Сильвия Эндрю - Франческа

Франческа напряглась, но сохранила безукоризненное спокойствие.

— Миссис Кэнфидд много рассказывала мне о том, как добры вы были к ним после смерти ее мужа. Должно быть, это дает вам право проявлять интерес к их будущему…

— Не будем об этом! Питер Кэнфидд был моим близким другом.

— …но по отношению ко мне у вас нет подобных привилегий. А я не намерена обсуждать свое будущее с теми, кто не имеет права интересоваться им, лорд Карн!

— Ради Бога, Франческа, перестаньте меня титуловать! Когда-то, вы звали меня просто Маркусом, так вспомните о давней привычке. Неужели я вам настолько отвратителен, что вы отказываетесь признавать существование любых уз между нами?

— Между нами нет никаких уз.

— Значит, для вас я всего-навсего еще одно лицо в толпе? Заявите об этом прямо, Франческа, глядя мне в глаза.

Рука Франчески на его плече дрогнула. Она побледнела, но не утратила выдержки. Смело глядя в глаза Маркусу, она произнесла:

— Вы просите слишком многого. Было бы неучтиво заявить, что вы мне отвратительны, поскольку я… Во всяком случае, как я могу питать к вам… неприязнь, если вы настолько внимательны ко всем нам? Но я не стану тешить ваше тщеславие ничем, кроме одного воспоминания.

— О чем?

— О том, как человек из другой жизни, некто по имени Маркус, однажды сказал, что любит меня. Уверена, он существовал разве что в девических грезах. А теперь я предпочла бы поговорить о чем-нибудь другом или вернуться к миссис Кэнфилд.

Вальс давно кончился, но они не заметили, что музыка смолкла. Стояли, с вызовом глядя друг на друга, не видя, что привлекают множество любопытных взглядов.

— Нет, так не пойдет! — решительно выпалил Маркус.

Взяв Франческу за руку, он повел ее по залу, но у дверей повернул не туда, где ждали миссис Кэнфидд и Лидия, а повлек свою спутницу в сторону выхода в сад. Франческа высвободила руку. Несмотря на бледность, она была невозмутима.

— Я не хочу выходить в сад, лорд Карн. Прошу вас, отведите меня к друзьям!

— Мне надо поговорить с вами, Франческа.

— Нетрудно представить, что вы хотите сказать, но я не желаю ничего слышать. Во всяком случае, сад леди Хантингтон не место для подобных бесед. — Ее тон остался ровным, она держалась отчужденно.

Ее холодность стала последней каплей. Схватив девушку за руку, Маркус силой повлек ее за собой в сад, где их не мог подслушать никто. Остановившись, он взял в руки обе ее ладони и сердито начал:

— Франческа, видеть вас такой невыносимо. Иная статуя живее вас! Можете сколько угодно обманывать свет неприступным видом, но меня вы не обманете: я слишком хорошо знаю вас. Что с вами стряслось?

— Когда я наконец сумею убедить вас в том, что я уже не та Франческа, которую вы знали прежде? Вы слишком много мните о себе. Я никогда не была и не буду вашей подопечной, Маркус. — Ее голос повысился, и Маркус заметил, что дышать она стала глубже и чаще.

— А, наконец-то подобие эмоций! И вы назвали меня по имени!

Франческа прикусила губу и отвернулась. При виде этого Маркус испытал нелепое удовольствие: первый поединок завершился его победой. Пройдет немало времени, прежде чем она начнет улыбаться ему с той же бесхитростной, дружеской теплотой, которую излучала Лидия, но Маркус не собирался останавливаться на достигнутом. По крайней мере в ее неестественной сдержанности появилась трещина. Эта мысль привела его в возбуждение. Из всех мужчин Лондона он один владел ключом к другой Франческе, о существовании которой не подозревал свет.

— Франческа… — мягко и вкрадчиво произнес он.

Франческа вырвалась из его рук.

— Нет! Я не желаю вас слушать! — выкрикнула она. — Не знаю, что вами движет — желание развлечься, любопытство, задетое самолюбие, — но, как бы там ни было, вы поступаете бесчестно! Десять лет назад вы разбили мое сердце, Маркус; как видите, я не боюсь признаться в этом. Теперь я понимаю причину вашего исчезновения. Вы покинули одинокую и несчастную девушку, и временами мне казалось, что я не переживу эту муку. Но я выжила! Мне понадобилось немало времени, чтобы обрести уверенность в собственных силах, но я добилась успеха. И теперь не собираюсь забывать усвоенные уроки! Я уже никогда не буду прежней — ни для вас, ни для одного мужчины в мире! Повторяю, я не стану вас слушать! — Франческа прикрыла ладонью глаза, резко отвернулась и направилась к дому, склонив голову.

Маркус последовал было за ней, но у дверей его остановили.

— Маркус, старина! Как, ты все еще добиваешься благосклонности прекрасной Франчески? Теперь она достойна и не таких усилий, верно? Бог ты мой, чего только не произошло за несколько лет!

— Фредди! Что ты здесь делаешь?

— Меня привез кузен. Респектабельный и дьявольски скучный малый, но он добился приглашения для меня, и я благодарен ему. Здесь подают отличное вино. Ты его пробовал?

Маркус понял, что Фредди уже попробовал. Его лицо дышало пьяным добродушием.

— Прошу меня простить, Фредди. Мне надо…

— Я иду с тобой, Маркус. Сказать по правде, в этой толпе почти нет знакомых лиц. Похоже, для большинства из них я — персона нон грата.

Меньше всего на свете Маркус нуждался в обществе Фредди Кантри, особенно в эту минуту, но отделаться от него было невозможно, как от расшалившегося щенка. С годами Фредди ничуть не изменился, мрачно подумал Маркус.

— По правде говоря, я изумился, увидев тебя с мисс Бодон. Особенно когда вы направились в сад, — добавил Фредди с понимающим видом.

— Мне надо было поговорить с ней наедине.

— Ну разумеется! Вы беседовали на протяжении целого вальса. Все недоумевали, наблюдая за вами. Прости, дружище, но бал — неподходящее место для подобных бесед. Любая мелочь становится предметом болтовни сплетников. Не удивлюсь, если после сегодняшнего вечера слухи о Денвере прекратятся…

— Слухи о Денвере? Что ты имеешь в виду? При чем тут Джордж? — Маркус заговорил так резко, что Фредди попятился.

— Прости, Маркус… Я думал, ты уже знаешь… В клубах болтают, будто Денвер — самый вероятный претендент на руку нашей наследницы.

— Денвер?

— О, никто ничего не знает наверняка. Прелестная мисс Бодон слишком скрытна во всем, что касается чувств. Но она оказывала явное предпочтение Денверу — до сегодняшнего вечера.

— Она никогда не выйдет за Денвера!

— Почему же? Денвер — весьма презентабельный малый. Он умеет обращаться с дамами, знает, как угождать и ухаживать… и в карманах у него не пусто — еще бы, при таком поместье! Она могла бы сделать и худший выбор. Но чем ты недоволен? Он ведь твой друг, не так ли? Конечно, если вы с очаровательной Франческой решили продолжить с того, на чем остановились в Шелвуде, это совсем другое дело…