Сильвия Эндрю - Франческа

Лицо Маркуса потемнело.

— Забудь о прошлом, Фредди! Ты понятия не имеешь, что несешь!

— Я нем как могила, старина! Но если ты опасаешься сплетен, не держись так скованно, танцуя с ней. И не уединяйся в саду с мисс Бодон, прославившейся своим самообладанием!

Маркус отошел от давнего приятеля небрежной походкой, но в душе у него бушевала буря. Он не мог поверить, что Франческа увлечена лордом Денвером. Этого просто не могло быть! За последние несколько недель он часто бывал в ее обществе — и вместе с Джорджем, и в его отсутствие. Ничто не указывало на наличие между ними чувств. Но известие о сплетнях в клубах неприятно поразило Маркуса. Конечно, новая Франческа не выставляла свои чувства напоказ… Но Джордж Денвер? Немыслимо!

Маркус медленно прошел по бальному залу и нахмурился, увидев уже успокоившуюся Франческу танцующей с легким на помине Джорджем Денвером. Некоторое время Маркус мрачно наблюдал за ними, а затем прошел в библиотеку, где были расставлены карточные столы. Здесь, в пустой комнате, он и нашел лорда Бодона.

— Карн! Вы выбрали чертовски удачный момент: я только что обчистил Стендиша и теперь готов к сражению с новой жертвой. Как насчет партии в пикет?

Маркус согласился весьма охотно, но во время игры мысли обоих мужчин были далеки от карт. Они небрежно беседовали о Вест-Индии, европейской политике и Париже, но каждого больше интересовал собеседник, нежели положение в мире. Оба насладились игрой, в которой победил лорд Бодон, а затем по взаимному согласию вышли на балкон, откуда открывался вид на бальный зал. Франческа вновь танцевала с лордом Денвером.

— По-видимому, ваша дочь очарована лондонскими развлечениями, сэр, — заметил Маркус.

— Франческа? Пожалуй, да. Хотя иногда она находит всю эту суету слишком утомительной.

— Как по-вашему, лорд Бодон, Лондон заметно переменился за время вашего отсутствия?

— Свет никогда не меняется, Карн. Это сборище такое же, как прежде. — Последовала непродолжительная пауза, затем лорд Бодон задумчиво добавил: — Впрочем, я удивился, увидев здесь сегодня Кантри. Я считал нашу хозяйку разборчивой особой.

— О, Фредди вполне безобиден!

— Он ваш друг, не так ли? В таком случае приношу свои извинения. Обычно он бывает у Уитема. Кстати, вы водите дружбу и с Чарли Уитемом?

— Да, мы с ним… скажем так, знакомы.

— И вы бывали в Уитем-Корте? — продолжал праздный допрос лорд Бодон. Получив ответный кивок, он продолжал: — В мои времена это был прелестный уголок. А теперь?

— Местность там и впрямь живописная, но поместье запущено.

— Вот как? Значит, вы хорошо знаете его?

— Едва ли, — ответил Маркус. — Я бывал там лишь дважды. — Он слегка нахмурился. — Поместье Уитема расположено по соседству с Шелвудом — должно быть, именно поэтому оно вас так интересует? Несомненно, ваша дочь может рассказать о нем больше, чем я.

Лорд Бодон невозмутимо встретил его взгляд.

— Она редко рассказывает о своей жизни в Шелвуде, а я никогда не расспрашиваю ее. Но иметь по соседству запущенное поместье не слишком удобно. Я уверен, что Шелвуд в прекрасном состоянии — иного моя покойная свояченица не допустила бы.

— Разумеется. Я слышал, сейчас поместье осталось под присмотром управляющего. Разве… мисс Бодон не намерена вернуться туда по завершении сезона?

— Полагаю, это зависит от многих причин. Возможно, она согласится пожить со мной — или выйдет замуж.

— Конечно.

Оба не сводили глаз с пестрой толпы, бурлящей внизу.

— Похоже, моей дочери трудно угодить. Франческа не болтлива, но думаю, она уже получила не одно предложение.

— Она красивая женщина.

— Не спорю, но не будем лукавить, Карн: многих поклонников привлекает не столько ее красота, сколько поместье Шелвудов.

— Полагаю, это неизбежно. Но ей ни к чему обращать на них внимание. Найдется немало других, более достойных людей. — И Маркус небрежно добавил: — Например, Джордж Денвер.

— Да, Денвер, похоже, влюбился. А она явно проводит с ним больше времени, чем с остальными — за исключением вас.

— Меня? Разумеется, я наслаждаюсь обществом мисс Бодон, хотя объектом моей особой заботы являются Кэнфилды. А поскольку мисс Бодон живет в их доме, это естественно…

— Конечно, конечно. Вполне естественно. Еще партию в пикет?

— Я пообещал миссис Кэнфилд побыть с ней во время ужина. Может быть, позднее?

— Я иду с вами, Карн. Надеюсь, Франческа уже освободилась и сможет сопровождать отца.

— Вряд ли. — Собеседники проследили, как лорд Денвер повел мисс Бодон из бального зала. Она улыбалась, и Карн, внезапно помрачнев, вернулся в библиотеку.

Лорд Бодон застыл в дверях, и Маркус удивился, увидев на его лице странное выражение: казалось, он спорит сам с собой, но спустя минуту лорд Бодон улыбнулся и произнес:

— Так мы идем?

Несмотря на жгучее желание поговорить с Франческой наедине, этим вечером такая возможность Маркусу не представилась. За ужином она держалась рядом с отцом или беседовала с лордом Денвером. А когда Маркус вознамерился потребовать второй танец, записанный за ним в программке, Франчески нигде не оказалось. Когда Маркус наконец разыскал ее, она беседовала с леди Клейтон. Пожилая вдова развлекала Франческу рассказами о похождениях лорда Бодона четверть века назад.

— Лорд Карн! Прошу меня простить, — оживленно воскликнула Франческа. — Мне пришлось поправить туалет, а к тому времени, как все было готово, танцы уже начались. Боюсь, я заставила вас искать другую партнершу. Должно быть, вы сочли меня на редкость неучтивой, но уверяю вас, платье действительно требовало починки.

— В таком случае разве я могу не простить вас? — Он поклонился. — Леди Клейтон!

— Полагаю, вы явились, чтобы увести от меня эту очаровательную юную леди?

— Лорд Карн наверняка извинит меня, если я откажусь от его приглашения, — возразила Франческа и повернулась к Маркусу: — Леди Клейтон рассказала мне столько интересного о моем отце!

— Как видите, моя притягательность перевешивает вашу, Карн! — с коварной улыбкой подытожила вдова. — Как вы намерены поступить?

— Сдаться на милость победительницы, мэм, — отозвался Маркус. — Ваши истории по праву снискали себе шумную славу. Вы позволите послушать? — И он уселся в кресло рядом с Франческой.

Черные, похожие на пуговицы глаза леди Клейтон подметили румянец на щеках Франчески, а затем — нетерпеливую гримасу на лице Маркуса.

— Само собой, Карн, — произнесла она. — Но признаться, не понимаю я нынешнее поколение! Балы придуманы для того, чтобы танцевать, а не слушать болтовню старух!