Джудит Френч - Мой нежный варвар

— Не трогайте ребенка, и мы сделаем все, как вы скажете. — Она соскочила с коня, подошла к Юрию и взяла его за руку. Маленькая рука крепко обхватила ее запястье, но мальчик не издал ни звука.

— Куда вы поведете нас? — спросил Кайан.

— Молчать! — приказал Деби. Он связал Кайану, Тизу и Валу руки. — Я не буду связывать вас, госпожа, но не делайте глупостей.

— Обещаю, что не сделаю, — ответила она.

— Помни о данном тобой слове, — предупредил ее Кайан по-фарсийски.

Деби ударил Кайана по плечу.

— Я сказал молчать!

— Пожалуйста, — проговорила Роксана так тихо, что ее голос почти перешел в шепот. — Позвольте мне ухаживать за ранеными. Они потеряли много крови.

— У нас есть врачеватель. Он позаботится о них.

— Благодарю.

Она не была уверена, что Кайан понял, и перевела для него ответ египтянина.

Деби снова повторил свой приказ не разговаривать. Египтяне вели их через поля, потом по тропинке к какому-то строению.

Когда они подошли к широким деревянным воротам, через которые могла проехать четверка лошадей, командующий кого-то окликнул. Двое вооруженных слуг открыли ворота, впустили пленников и солдат, затем снова закрыли ворота на засов. Высокие стены окружали амбары, сараи, помещения для слуг и просторный дом. Зажженные факелы освещали постройки.

Роксана услышала запах домашней птицы и скота.

— Это хозяйство аристократа, — шепнула она Кайану.

Залаяли собаки. Замелькали любопытные лица. Египтяне остановились перед каменным домиком, в котором не было окон. Деби вынул ключ, снял восковую печать и открыл дверь. Человек с факелом высоко поднял его, чтобы осветить помещение, оказавшееся складом для хранения зерна.

— Заходите внутрь, — сказал египтянин Кайану и обратился к Роксане, державшей мальчика за руку: — Мальчика это тоже касается.

— Я останусь с ними, — сказала она, обхватив Юрия руками.

— Нет, — возразил Деби, — мальчики останутся здесь с мужчинами, а вы пойдете со мной.

Двое здоровенных египтян затащили Тиза в дверной проем и толкнули его внутрь. Он прорычал проклятия, пошатнулся, но не упал.

Заглянув, Роксана увидела, что пол и стены сложены из каменных блоков, пригнанных друг к другу так тесно, что в щель не прошло бы даже лезвие ножа. На куче молотого ячменя лежали две кошки. Вдоль стен выстроились высокие закрытые глиняные горшки, такие широкие, что в них вполне мог поместиться взрослый человек.

Большая белая кошка выгнула спину и зашипела на бактрийца. Тиз зашипел в ответ, и кошка выбежала во двор.

Кайан начал вырываться.

— Мы останемся здесь все вместе, — сказал он и бросился к командующему, но двое солдат успели его схватить. Кайан отбросил их в сторону и продолжал наступать.

— Нет, Кайан, не делай этого! — закричала Роксана. С трудом сдерживая слезы, она страдала от каждого удара, как если бы их наносили ей. Кайан не мог победить: руки у него связаны, а соперников много. Что она станет делать, если его убьют? Она никогда не сможет попасть на родину и увидеть сына.

Солдаты накинулись на Кайана. Он застонал и упал на колени. Вал с криками отбивался от державшего его солдата.

Тиз рванулся и боднул головой одного из солдат, атаковавших Кайана. Юрий опустился на пол и пробрался к отцу.

— Не трогайте его, вы, дерьмо бабуинов! — закричал он, встав перед Кайаном со сжатыми кулаками, чтобы защищать его.

— Прекратить! — крикнул Деби. Он знаком отозвал солдат в сторону, схватил Юрия и толкнул его к Роксане.

— Больше не делай так, — предупредила она мальчика. — Ты подвергаешь своего отца еще большей опасности! — Она обняла его и прижала к себе.

Кайан поднял голову, и сердце Роксаны сжалось, когда она увидела у него на виске, на скуле и в уголке рта кровь.

— Госпожа будет в безопасности! — заверил египтянин. — Даю слово.

— Я пойду с ним, — сказала Кайану Роксана. — А ты береги Вала и Юрия.

Когда мужчин заперли в амбаре, египтянин вздохнул с облегчением.

— Не бойтесь, — сказал он Роксане, — моя хозяйка добрая. Я скажу своей жене Шефту, чтобы она позаботилась о вас. Здесь никто не причинит вам вреда.

— Я беспокоюсь о раненых, — ответила Роксана, — они потеряли много крови. Если бы мне позволили ухаживать за ними…

Баман даже не застонал, когда его уносили. Хомиджи был в сознании, но выглядел бледным и изможденным. Если их раны не лечить, оба неминуемо умрут.

— О них позаботятся, — пообещал Деби. — У нас хороший врачеватель. Он служил еще у Александра Македонского. Если этих людей можно спасти, он это сделает.

Он проводил ее к главному дому, где, как и обещал, передал в руки своей жены.

— Отдайте мне хотя бы детей, — попросила она. Она ясно представляла, как им сейчас страшно. Деби приказал связать Юрия, чтобы он не смог развязать остальных. Мальчики устали после езды в течение всей ночи и легко могли заболеть.

Деби покачал головой и улыбнулся.

— Это маленькие скорпионы. Нельзя рисковать, подвергая себя их укусам.

— Сейчас холодно, — сказала Роксана. — Если мальчикам нельзя быть рядом со мной, то пусть им хотя бы дадут одеяла.

— Это можно. Но предупреждаю вас, — сказал он почти дружеским тоном, — не пытайтесь бежать или причинить вред моей хозяйке или кому бы то ни было в доме. Этим вы лишь поставите своих сообщников под удар.

— Птолемею нужна я, а не они, — ответила она.

Все говорило, что она должна бежать отсюда, сделать что-то, чтобы спасти Кайана и детей. Но разум подсказывал, что сейчас неподходящий момент.

Деби покачал головой.

— Я лишь выполняю приказ, госпожа.

Он вышел, оставив ее со своей юной застенчивой женой. Эта женщина, которую звали Шефту, провела ее в комнату с ванной и приказала служанке принести еду и питье.

— Я не понимаю… — сказала Роксана. — Почему со мной обращаются как с гостьей, а члена моей семьи и его последователей держат как преступников?

Она не опасалась за свою жизнь. Птолемей не убьет ее, она была уверена в этом. Но он был беспощаден. Она не сомневалась, что он казнит Кайана и его сыновей, если она не придумает, как остановить его.

Шефту покачала головой.

— Чувствуйте себя как дома. Искупайтесь, поешьте. Сейчас подадут свежее белье.

— Я не могу есть, когда дети голодают, — ответила Роксана. Все, о чем она могла думать, это то, что они заперты в темном амбаре в ожидании своей участи. — Пожалуйста, хотя бы дайте им воду.

Рассудок подсказал, что она должна внимательно осмотреть комнату, в которой оказалась. Здесь отсутствовали предметы роскоши, но обстановка была уютной: узкая кровать, два табурета, кресло с высокой спинкой и кожаным сиденьем, стол и ванна. Белье было безупречным, на белых стенах — египетские росписи. На полу лежали циновки, в углу стояла корзина, в которой сидела белая кошка с тремя котятами.