Джудит Френч - Мой нежный варвар

— Я умею стрелять! — сказал Юрий. — Дай мне…

— Сейчас же дай мне лук, или я вышвырну тебя, как того возницу.

Юрий повиновался.

Она схватила лук и передала поводья мальчику.

— Ты сможешь управлять колесницей?

— Сейчас увидишь!

— Не давай им останавливаться, — прокричала она, — чтобы мы не стали легкой мишенью!

Мальчик стегнул лошадей. Роксана, с трудом удерживая равновесие, выпустила первую стрелу. Стрела не попала в солдата, в которого она целилась, а пронзила зад совсем другого. Юрий захохотал.

Роксана сделала следующий выстрел.

Она чувствовала, что мальчику еще предстояло научиться вождению, но, по крайней мере, колесница не опрокидывалась. Юрий криками подбадривал лошадей, и колесница подъехала близко к месту сражения.

Роксана видела, как Вал, заслоняемый взрослыми воинами, держал греческий меч, чересчур тяжелый для него. Она стала искать Кайана и увидела, как он, держа в одной руке меч, а в другой изогнутый бактрийский нож, сеял смерть вокруг себя.

— Останови! — скомандовала она.

Юрий намотал поводья на руки и откинулся назад, пытаясь удержать лошадей. Роксана выстрелила и попала греческому солдату в плечо. Тот упал на колени, сжимая копье.

Один из солдат заметил ее и побежал, занося копье, чтобы метнуть его в лошадь. Роксана прицелилась, ожидая, пока он приблизится, и выпустила стрелу. Его копье с бронзовым наконечником упало на землю…

Кайан сражался с двумя городскими стражниками. На нем не было ни шлема, ни брони; несмотря на мощное телосложение, он поражал Роксану быстротой движений. Он наносил и отражал удары с грацией охотящегося леопарда, а его непокорная черная шевелюра развевалась как знамя. Но он сражался не как дикарь, а как мастер, не позволяя врагам напасть на сына и раненого товарища.

— Держи лошадей! — крикнула Роксана Юрию, протягивая руку за следующей стрелой. В колчане оставалась только одна стрела, и она не стала стрелять.

— Держи лук, — сказала она мальчику, — а мне дан поводья!

К месту битвы спешили еще двое солдат. Один из них размахивал руками, чтобы напугать ее лошадей, но они и так были уже в панике и его крики не возымели действия. Роксана погнала лошадей через площадь к усыпальнице Александра, где стоял конюх, держа под уздцы двух коней.

— Ты умеешь ездить верхом? — спросила она Юрия.

Он рассмеялся в ответ.

— Возьми одну из этих лошадей! — приказала она и направила колесницу прямо к тому месту, где стоял конюх. Тот попятился, не выпуская поводья из рук.

Роксана зарядила последнюю стрелу и нацелилась в грудь египтянина.

— Ты хочешь умереть за своего хозяина?

Юрий выскочил из колесницы и бросился к коню. Конюх бросил поводья и с воплем убежал. Юрий поймал поводья одного из коней, второй ускакал от них. Роксана растерялась. Конь был большим, а Юрий всего лишь ребенком, одетым в длинные женские одеяния. Она боялась, что он запутается в складках одежды и не сможет взобраться на коня. А даже если сможет…

Юрий ухватился за гриву скакуна и взобрался на него, как белка по стволу дерева. Усевшись, ударил его в бока и бросился вдогонку за ускакавшим конем. Когда они поравнялись, мальчик перескочил на беглеца. Тот поднялся на дыбы. Черный парик слетел с головы Юрия, но мальчик цепко держался за спину скакуна.

Не выпуская из рук поводья норовистого коня, он потянулся и схватил поводья другой лошади. Улыбаясь, мальчик поскакал к Роксане, ведя за собой второго коня.

— Я попробую забрать сюда твоего брата, — крикнула она, закончив привязывать шелковым шарфом корзину к переду колесницы. — Держись в стороне от побоища!

Надеясь, что мальчик послушается, она повернула лошадей и направила их к зданию библиотеки. Число окровавленных тел увеличилось, битва стала еще напряженнее. Несколько греческих солдат стояли в сторонке, будто ожидая подкрепления. Одни зеваки скрылись в здании библиотеки, другие спрятались в помещении усыпальницы, остальные убежали на соседние улицы.

Юрий галопом пронесся мимо колесницы и помчался через площадь, издавая победный клич. Солдаты отскочили в сторону.

— Вал! — крикнул мальчик. — Вал!

Кайан схватил одного из раненых и легко, как ребенка, посадил его на коня. Вал уселся сзади бактрийского воина. Кайан запрыгнул на скакуна, на котором сидел Юрий, и, изогнувшись, нанес смертельный удар греческому воину, собиравшемуся пустить в него копье. Когда грек упал, Кайан поднял Юрия и посадил его сзади. Греческие солдаты отступали перед смертоносным мечом Кайана.

Египетский стражник метнулся вперед, пытаясь столкнуть Юрия с лошади, но еще один бактриец пронзил его копьем, взятым у убитого грека. Оставшиеся варвары собрались вместе под прикрытием лошадей.

Роксана ждала их на другой стороне площади.

— Сюда! — крикнула она. — Ко мне!

Тиз вскочил в колесницу, поддерживая истекающего кровью товарища.

— Дай сюда поводья!

— Ты справишься? — спросил Кайан. — Убери эту корзину!

— Нет! — возразила Роксана. — Она нужна мне!

Кайан перенес в колесницу раненого воина и усадил Юрия позади Вала. Роксану охватила дрожь. Все происходило так быстро, что у нее не оставалось времени, чтобы подумать. Теперь… теперь она видела, что побег невозможен. Она заметила, что слева к ним подбирается вооруженный отряд солдат Птолемея.

Кайан схватил ее за руку.

— Ты едешь со мной.

— Я… — начала она. Ее глаза сверкали.

— Молчи!

Он посадил ее на коня и сел сзади. Тиз уже направлял лошадей с площади, сзади мчались мальчики. Кайан ударил коня. Когда над их головами засвистели стрелы, он прикрыл ее собой. Наконец они выехали с площади и помчались по улице.

Птолемей, кашляя от едкого дыма, смотрел на развалины опочивальни Роксаны. В двух местах еще полыхал огонь, но благодаря усилиям вышколенных солдат пожар удалось остановить. При первых сигналах тревоги командующий отправил донесение царю. Птолемей покинул место казни у усыпальницы Александра и вернулся во дворец.

Сотни стражников и слуг ведрами носили воду из искусственного пруда, в то время как остальные перекрывали проходы, убирали мебель и занавеси, чтобы спасти их от пожара. Дворец в основном был выстроен из камня. Он состоял из отдельных помещений, соединенных проходами, поэтому пострадала лишь его десятая часть.

— Где она? — спросил Птолемей у главного евнуха. — Где госпожа Майет? Она не пострадала? Ее перенесли в другое место?

Евнух упал на колени в теплую золу. Визирь и свита царя отступили назад, чтобы участь евнуха не постигла и их.