Мэйдлин Брент - Тени прошлого

Эндрю Дойл отпустил мою руку и повернулся к хозяину дома.

– Чтобы все рассказать, потребуется много времени, а я уже и так совершенно смутил мисс Ханну.

– О, это ничего, – резко возразил мистер Райдер – Обед будет подан в половине девятого, и у нас еще есть время. Давайте сядем, и вы нам все расскажете, молодой человек.

– Сэр, я еще нужна вам? – спросила я, в душе надеясь, что он меня отпустит.

Уилларды начали огорченно переглядываться, а Эндрю Дойл с умоляющим видом воскликнул:

– Сэр, пожалуйста!

– Садитесь, Ханна, садитесь, – весьма учтиво попросил меня мой хозяин и повернулся к гостям: – Может быть, вы хотели бы, чтобы Ханна пообедала с нами? Если нет гостей, мы обычно обедаем вместе.

– Сэр, в таком случае, – ответил ему мистер Уиллард, – если мы не нарушим ваш домашний порядок, мы сочли бы за честь, если бы она удостоила нас своим присутствием.

– Прекрасно, – сказал мистер Райдер, и я поняла, что расположение ко мне Уиллардов он записал себе в прибыль. – Фарроу, проследите, чтобы поставили еще один прибор, – приказал он дворецкому. – Вы свободны.

– Да, сэр, – едва слышно ответил Фарроу и вышел из гостиной.

– Мисс Ханна, – сказал Эндрю Дойл и подвинул мне стул.

Я его поблагодарила и, смутившись еще больше, села. Дамы заняли свои прежние места, пожилые господа тоже сели, и только один Эндрю Дойл остался стоять, в задумчивости склонив голову набок. Так продолжалось несколько мгновений, после чего он обвел взглядом всех, кто был в гостиной, и сказал:

– Пожалуйста, постарайтесь представить узенькую улочку на Монмартре и холодную зимнюю ночь. И безрассудного молодого человека, решившего прогуляться по кабаре и ресторанам этого неспокойного квартала.

Он пожал плечами.

– Безрассудным молодым человеком был я, тем не менее у меня хватило ума не брать с собой много денег и тем более ценностей... да, не считая золотых запонок, которые я забыл снять. Я пошел один, что тоже было неумно, и, естественно, заблудился. Вдруг из темноты появляется апаш и бьет меня по голове.

– Апаш? – изумленно воскликнул Джеральд.

– Да нет, не краснокожий индеец, – ответил ему Эндрю Дойл. – Теперь так называют воров и бандитов, которые промышляют на Монмартре. – Он немного помолчал, а потом с досадой стукнул кулаком по колену. – Этот страшный удар удивительную штуку сыграл со мной. Я лежал на земле, не в силах шевельнуть ни ногой, ни рукой, и все видел так, словно я не принимал участия в происходящем. С апашем была женщина. Насколько я понимаю, это обычное дело, и их женщины такие же кровожадные, как мужчины. Я видел, как они обыскивают меня, вытаскивают бумажник, берут деньги и выбрасывают его. Они пришли в ярость оттого, что у меня оказалось мало денег, и стали меня бить, оба.

Он замолчал, обернувшись к Себастьяну Райдеру.

– Сэр, эта история не совсем годится для вашей дочери. Надеюсь, я ее не очень растревожу.

– Она у меня росла не маменькиной дочкой, – резко возразил Себастьян Райдер. – И ваша история не фантазия, мистер Дойл. Я не очень поддерживаю ту точку зрения, что от молодых людей надо скрывать жестокости нашего мира. Пожалуйста, продолжайте.

– Боли я не чувствовал, – задумчиво, как бы заново все переживая, проговорил Эндрю Дойл. – Наверно, они были пьяными, потому что не сняли с меня пальто и не нашли золотых запонок. – Он пожал плечами. – Они меня били, а я не чувствовал боли, но я понимал, что если они не перестанут меня бить, то я могу умереть. Однако я ничего не мог поделать. А потом... потом мне послышался стук каблучков. Да, я не только видел, я еще слышал. И я услышал, как совсем молодая женщина, которая вдруг оказалась рядом, кричит на апаша по-французски. Они стали смеяться над ней, и апаш даже хотел было ее стукнуть, но она вытащила из шляпы булавку и ткнула ею ему в руку, так что он взвыл от боли. А чуть погодя он опять взвыл, потому что, не ожидая, когда он придет в себя, она стукнула его каблуком по коленке.

Я услыхала, как вздохнул Джеральд, и поняла, что он смотрит на меня с еще большим обожанием, чем обычно, но не подняла головы, а осталась сидеть, как сидела, сложив руки на коленях и опустив глаза.

– Все быстро закончилось, – продолжал Эндрю Дойл. – Девушка, то есть мисс Ханна Маклиод, наверно, чем-то пригрозила напавшим на меня воришкам, но я почти ничего не понял из того, что она им кричала по-французски, и они просто-напросто сбежали. Потом она попыталась привести меня в чувство, и мне удалось немножко помочь ей, когда она поставила меня на ноги и почти потащила на себе... – Он умолк. – Потащила в свою конуру. Ну да, на шестой этаж мрачной трущобы. Только не подумайте о ней плохо, потому что она открыла для меня свой дом, то есть подарила мне жизнь, ведь если бы она оставила меня на улице, я бы наверняка умер от побоев и от холода.

В гостиной стало очень тихо. Я хотела украдкой поглядеть на гостей мистера Райдера, но тут же опять опустила глаза, потому что все, кто был в комнате, смотрели на меня, а не на мистера Дойла.

Потом я опять услыхала его голос:

– С помощью мужчины и старой карги, как выяснилось, консьержки и ее мужа, мисс Ханна дотащила меня до своей комнаты и уложила на свою кровать. Потом мои мысли стали путаться. Я то приходил в себя, то погружался в небытие. Я не понимал, где я и что происходит. Мне казалось, что Клара говорит со мной, смывает мне кровь с лица, смазывает раны на боках. Потом опять появилась старая карга и дала мне что-то выпить. – Его передернуло от воспоминания, и он махнул рукой. – С этой минуты я ничего не помню. В себя я пришел только в отеле через несколько дней, рядом была сестра милосердия и мои родные.

Какое счастье, что он ничего не помнит, подумала я, потому что не представляла, как он будет рассказывать о том, что я легла рядом с ним, чтобы не замерзнуть.

– К сожалению, – продолжал мистер Дойл, – тетя, дядя и кузина Клара были обмануты негодяем, сообщившим им, где меня найти, но обвинившим Ханну в воровстве. Кончилось это тем, что моя верная кузина была, мало сказать, недобра к Ханне, когда явилась к ней с двумя служащими из отеля, чтобы унести меня домой, и, боюсь, этой доброй и храброй девушке было весьма обидно слушать, как ее обвиняют в том, от чего она меня спасла, рискуя своей жизнью.

У меня вырвался нервный смешок, и я сказала:

– Наверно, все так и было бы, если бы я не боялась, что меня арестуют. – Я посмотрела на Клару. – Все это давно в прошлом, и пора забыть, что да как там было.

– Когда мы узнали правду, – вмешался мистер Уиллард, – мы немедленно отправились выразить Ханне нашу благодарность, но она уже уехала. – Он криво усмехнулся. – Наверно, естественный страх перед полицией заставил ее принять предложение, как я понимаю, вашего агента, мистер Райдер. Как бы то ни было, но мы познакомились с соседом Ханны, мистером Тоби Кентом, который недавно весьма прославился как художник и который тоже был весьма озабочен ее исчезновением. Мы с женой и дочерью должны были ехать дальше, Эндрю тоже отправился за океан, и у нас не было возможности самим искать Ханну, но, к счастью, этим занялся мистер Кент, и он сообщил нам добрые новости. – Он искоса взглянул на Себастьяна Райдера. – Мы были рады узнать, что она в безопасности и живет в доме джентльмена с безупречной репутацией, к тому же мы с вами должны были встретиться во время моего визита в Лондон.