Мария Грин - Охота на лис

Жюстина промолчала. Ей действительно надоело без конца пререкаться и пикироваться с этим человеком. Усталость давала о себе знать, хотелось уйти, уехать, отдохнуть… Дамиан удивленно посмотрел на девушку.

– У Вас кончились отравленные стрелы, мисс Брайерли?

– Лорд Левингтон, давайте прекратим эту словесную дуэль, и как только кончится танец, разойдемся в разные стороны!

Теперь замолчал Дамиан. Он снова был удручен неприступностью Жюстины, ее упорством и сопротивлением всем его попыткам приблизиться к ней.

Танец кончился, но лорд твердо взял мисс Брайерли за руку и повел мимо компании вдов и мамаш на террасу. Здесь уже прогуливалось несколько пар, и Жюстина вздохнула с облегчением – в присутствии посторонних он не позволит себе никаких вольностей.

Они медленно прохаживались по каменным плитам террасы. Дамиан крепко держал Жюстину за локоть, будто опасаясь, что девушка вывернется и убежит. Но мисс Брайерли была удивительно спокойна и даже наслаждалась прохладой и тишиной вечера. И общество Дамиана не угнетало ее сейчас.

– Я порвал свои отношения с той женщиной, которую Вы видели возле «Счастья рыбака», и не собираюсь заводить никаких других романов, – прервал молчание лорд Левингтон. Сердце девушки радостно забилось.

– А зачем Вы мне говорите об этом?

Дамиан резко остановился, повернул девушку лицом к себе и прижал к перилам террасы, заставляя ее сесть.

– Вы хотели доказательства того, что я переменился? Вот одно из них! – в его голосе слышалась решимость.

– Может быть, эта женщина просто очень досадила чем-нибудь вашей тетушке? – Жюстина не нашлась, как еще опровергнуть его слова.

– Моя тетушка даже не знала о существовании этой женщины.

– Это Вы так думаете. Слухи в ваших краях распространяются со скоростью света и давно уж достигли ушей миссис Траубридж! Ваши слуги наверняка позаботились об этом.

– Я отказался от аренды комнат в Сент-Джеймсе и намерен поселиться в Лондоне. У нас будет уютный семейный дом в Мэйфэйре.

– И Вы для этого ездили в столицу?

– И для этого – тоже. – Дамиан печально вздохнул. – Я не знаю, чем еще доказать Вам, что у меня самые серьезные намерения, что я покончил со своим прошлым. Остается только вырвать из груди сердце и бросить его к Вашим ногам!

Жюстина неожиданно для самой себя нежно прикоснулась к его щеке.

– Вы все уже доказали прежде всего самому себе, и меня это радует. Я готова поверить Вам. И все-таки меня не оставляет сомнение, что Вы не до конца откровенны со мной, Дамиан. Вы что-то утаиваете от меня?

Дамиан смутился и отвел глаза в сторону.

– Что Вы имеете в виду? – голос прозвучал неуверенно, и девушка поняла, что попала в точку.

– Я чувствую, что знаю о Вас и Ваших делах далеко не все. Вы никогда почему-то не рассказывали мне, что участвовали в войне с Наполеоном. Я слышала, что Вы работали в министерстве иностранных дел у герцога Веллингтона…

Жюстина втайне надеялась, что Дамиан закончит ее фразу словами: «…в разведывательной службе…», и вопросительно посмотрела на лорда, но он промолчал. Девушка слегка отодвинулась от него, давая понять, что не довольствуется изложенным. Лорд был озадачен.

– Я не совсем понимаю, почему Вас волнуют мои служебные дела? Да, я работал у Веллингтона во время войны и выполнял его задания потом, когда он командовал войсками во Франции. Он занимался сверхважными делами, связанными с разведывательной миссией, – нужно было выявить и ликвидировать сторонников Бонапарта, которых осталось еще повсюду видимо-невидимо… Они «перекрасились» под сторонников Бурбонов, но это на время, пока во Франции находится Веллингтон с союзными войсками. Но как только они уйдут, бонапартисты снова попытаются захватить власть.

– Я надеюсь, что Вы тоже на стороне Бурбонов? – Жюстина внимательно посмотрела на Дамиана, нетерпеливо ожидая ответа на свой вопрос, – подозрения все еще терзали ее душу.

На лице лорда Левингтона было написано такое удивление, что Жюстина готова была пожалеть, что спросила его об этом.

– Ну, конечно, да! Бонапарт – это безумный маньяк, кровожадный тиран, и если бы мы не одержали победу, он продолжал бы сеять разрушение и смерть на континенте. Сейчас нам нужно сделать все, чтобы помешать ему и его сторонникам вернуться в Европу… Но почему Вы вдруг перевели свой разговор на политику?

– Я считаю, что и влюбленным иногда не помешает поговорить о политике.

Лицо Дамиана вытянулось:

– Вы сказали, «влюбленным»? – переспросил он с недоверием.

– Вы так долго и настойчиво добивались меня, что мое сопротивление почти сломлено и сердце почти растоплено… – в ее голосе слышалась нежность.

– Я не верю своим ушам! Я уже потерял надежду… Должно быть, я не утратил еще способность покорять женские сердца, – в шутку добавил он, укрощая вспыхнувшую страсть.

– Не спешите, лорд, – спокойно произнесла девушка, – пройдет еще немало времени, прежде чем я поверю Вам окончательно и прощу все обиды. Но тем не менее, я уже сейчас могу признаться, что очень люблю Вас.

– Это правда? Вы действительно очень… – Дамиан не договорил, словно слова застряли в горле. Его волнение передалось девушке. От этого пылающего взгляда в ней все поднялось с новой силой, и в виде смутных и неясных переживаний, а теперь было точное желание, горячее, как полуденный жар: она жаждала почувствовать этого человека – не любить, не мучиться, не раздумывать, а только ощущать… В следующее мгновение она была в его объятиях, и он страстно покрывал поцелуями ее лицо, шею, руки… Голоса и смех, прозвучавшие совсем близко, охладили порыв страсти, и Жюстина отстранилась от лорда.

– Боже мой! Сейчас мне хочется только одного – отдать Вам всего себя, свое сердце, свое тело… – срывающимся голосом прошептал Дамиан.

Жюстину все еще била нервная дрожь.

– Пощадите меня, лорд! – взмолилась девушка – Сейчас не время и не место для таких слов!

– Но, дорогая моя, я же чувствую, что Вы разделяете мои желания…

Жюстина решительно отвела жадные, ищущие руки Дамиана и уже твердым голосом сказала:

– А Вы все такой же самоуверенный сердцеед! Пожалуй, мне лучше уйти!

– Я не отпущу Вас, – Дамиан снова схватил руку Жюстины. – Не уходите, я не хотел обидеть Вас.

– Боюсь, что если я останусь, то мои чувства к Вам окончательно погибнут, – мрачновато произнесла мисс Брайерли.

– Не бойтесь, умоляю Вас. Я буду контролировать свои дела и поступки.

– Пусть так, но мне становится не по себе от одной только мысли, что все эти слова Вы стократ повторяли каждой своей возлюбленной. И все эти женщины в конце концов становились игрушками в Ваших руках. Я не хочу, чтобы меня постигла та же участь…