Энн Бэрбор - Кузина Джейн

– Это правда, – смеясь, ответила Диана. – У них с Джередом хватило времени на то, чтобы переиграть только половину битв Пиренейской войны к своему удовлетворению, а осталось их еще немало.

– Не хотите ли вы немного полежать с дороги, отдохнуть? – спросила Джейн. – Мы можем немного отложить ленч.

– Полежать? – удивилась Диана. – А-а, вы хотите сказать, из-за… – она погладила свой живот. – Нет-нет, я превосходно себя чувствую, просто, когда я беременна, Джеред старается меня холить, ему доставляет удовольствие считать меня нежным цветком.

Румяные щеки и светящиеся светло-серые глаза Дианы подтверждали сказанное ею, и, после того как она умылась и позволила служанке поправить свою прическу, вместе с другими дамами вернулась на первый этаж, где все остальные уже сидели в Изумрудной гостиной, готовые приступить к еде.

– Хорошо ли вы добрались? – спросила леди Тиг, когда лакеи принялись раскладывать салат и холодное мясо.

– Путешествие было очень приятным, – ответил Джеред. – Мы замечательно провели время в дороге и приехали бы еще раньше, если бы моя женушка не настаивала на остановках каждые пять минут, чтобы подкрепиться.

– Да, – со смехом согласилась Диана. – Я, кажется, все время умираю с голоду. Когда я носила Питера, было то же самое, ты же помнишь. Если…

– Вы слышали, что я ставлю спектакль? – вмешалась Уинифред.

Диана удивленно взглянула на девушку.

– Уинифред! – рявкнул Саймон.

– Лорд и леди Чамфорд подумают, что ты самая законченная вульгарная девица, – резко заметила Джейн.

– О, извините, – Уинифред засмеялась своим неповторимым смехом. – Это просто оттого, что я рада их здесь видеть. Они появились как раз вовремя, не так ли?

Саймон, чувствуя, как в нем вскипает знакомая волна раздражения, спросил, обращаясь к Уинифред:

– О чем вы, черт возьми, говорите?

– О спектакле, конечно, о чем же еще? Лорд и леди Чамфорд будут замечательными Тезеем и Ипполитой!

– О, ради Бога! – Саймон нетерпеливо взмахнул рукой. Учитывая, что в руке у него была вилка с салатом, это оказалось довольно неудачным обстоятельством. Чарльз, сидевший рядом с ним, получил себе на воротник несколько листочков салата.

– Извините, старина, – сказал Саймон без намека на извинения в голосе. Он снова повернулся к Уинифред: – Я не позволю вам приставать к остальной части моей семьи со своим чер… несчастным спектаклем. Вам понятно?

Поскольку никто из присутствующих в комнате никогда не видел обычно хорошо владеющего собой Саймона в таком состоянии, в гостиной воцарилась тишина.

– А как называется спектакль? – наконец спросила Диана, пытаясь нормализовать создавшуюся ситуацию.

– Мы ставим «Сон в летнюю ночь», и я играю и Титанию, и Гермию. – Уинифред пустилась в перечисление ролей, которые играли другие члены семьи и гости Селуорта.

– Маркус играет Оберона? – спросила Диана, сдерживая улыбку.

Уинифред кивнула:

– И Деметрия.

– Можно было догадаться, – вздохнул Джеред.

– Вы знали, – затаив дыхание, спросила Уинифред, – что он настоящий акробат?

К этому времени Маркус выглядел очень сконфуженно. Посмотрев на Лиссу, Джейн заметила, что губы девушки сжались, а глаза наполнились слезами. Дальше за столом сидел Саймон, выражение лица которого ясно показывало, как он недоволен чрезмерным восхищением Уинифред акробатическими талантами Маркуса и как расстроен из-за осложнившихся отношений между Маркусом и Лиссой. – О да, – сухо пробормотал Джеред в ответ на неуместную реплику Уинифред. – Его… гм… опыты в этой области стали просто нашей семейной легендой.

– Я хорошо помню пьесу, – сказала Диана, успокаивающе глядя на мужа. – По правде говоря, я ставила сокращенную версию «Сна в летнюю ночь» в пансионе мадам дю Врэ.

Это утверждение, конечно, потребовало краткого рассказа о том, как Диана жила в Париже в качестве падчерицы французского купца, который она заключила словами:

– И мне кажется, что принять участие в вашей постановке, Уинифред, будет tres amusant.[9] Что скажешь, Джеред?

Джеред бросил испуганный взгляд на брата, перед тем как снова повернуться к жене.

– Диана, а почему ты считаешь, что я могу играть в спектакле, и вообще хочу это делать?

– Но, лорд Чамфорд, – охотно вмешалась Уинифред, – роль герцога афинского очень маленькая, и я уверена, что вы сможете запомнить текст. Лорд Саймон тоже принимает участие в спектакле, вы же знаете.

– М-м-м… да, – проговорил Джеред и бросил удивленный взгляд на брата. – Я все думаю, как это могло получиться, Саймон?

– Поговорим об этом позже, – поспешно заметил Саймон. – В любом случае, если Диане будет приятно…

– Мисс Тимбуртон! Лорд Саймон! – воскликнула леди Гермиона, которая очень мало говорила во время еды. – Леди Чамфорд чрезвычайно любезна, но не думаете же вы, что она или его светлость и в самом деле примут участие в какой-то странной возне, – ее нос смешно заострился.

В наступившей тишине Джеред посмотрел на леди Гермиону, а потом снова повернулся к Диане.

– Дорогая, если тебе доставит удовольствие участвовать в этой маленькой возне, я буду рад сделать одолжение, – сказал он и улыбнулся жене.

Леди Гермиона покраснела до корней волос и обиженно фыркнула.

Уинифред тотчас настояла на том, чтобы закончить ленч, хотя большая часть земляничных пирожных, приготовленных Куком этим утром, осталась лежать на блюде нетронутыми. Уинифред лично проводила всех в Малиновую гостиную, где возвела Джереда с Дианой на временную сцену и протянула им тексты пьесы, готовая приступить к конкретным указаниям.

К концу дня Джейн поняла, что Диана ей очень нравится, и когда вечером чайный стол принесли в Золотую гостиную, ей показалось, что она знакома с любезной маркизой уже несколько долгих лет, а не коротких часов.

– О, дорогая, – сказала Диана, обращаясь к Джейн и зевнув уже пятый или шестой раз за вечер, прикрывая рот пальцами. – Кажется, путешествие все-таки утомило меня. Наверное, мне лучше пойти поспать, любовь моя. Нет, нет, – поспешно продолжила она, когда Джейн встала, – я знаю, что вы захотите спокойно побеседовать с Саймоном. Меня проводит Гудбоди, а с вами мы увидимся, когда вы подниметесь.

Остальные леди тоже выразили желание пойти спать, и когда Джейн предложила руку Диане, та приняла это предложение с присущим ей изяществом и очарованием. Тетя Амабель шла вслед за ними, болтая всю дорогу.

– Ну как, Диана, все нормально? – спросила Джейн, когда женщины вошли в спальню.

– Более чем. Вы предусмотрели все наши потребности и кое-что сверх того. Это такой замечательный дом, Джейн, – проговорила она, усаживаясь в изящное кресло с подголовником и жестом предлагая Джейн и леди Тиг сесть рядом. – Я думаю, Саймону не захочется уезжать отсюда, когда он выправит дела Уинифред.