Стелла Камерон - Во власти желания

— Керсти . — тихо позвал он.

— Молчите. Сейчас я обработаю вам рану.

— Керсти, ты самая красивая девушка на свете. Мне нравятся твое лицо и твоя фигура Но больше всего мне нравятся твои откровенность и прямота. Ты очень непосредственная, и это приводит меня в восторг.

Керсти просияла, но не повернулась к нему лицом, чтобы он не видел, как польстили ей его слова Она принесла из соседней комнаты графин — там еще оставалось немного бренди — и, смочив рукав рубашки, приложила его к ране.

Макс взвыл от боли.

— Тише, тише, — сказала Керсти. — Я же просила вас поберечь силы.

— Бессердечная девчонка! — Он приподнялся. — Чем ты меня протираешь?

— Если бы у вас в голове оставалась хотя капля здравого смысла, вы бы не стали задавать такой вопрос. Это бренди.

Отличное средство для промывания ран.

— Оно жжет! — рявкнул Макс. — Я же просил тебя взять воду.

Керсти еще раз приложила рукав к ране.

— Вода хуже. Терпите.

Макс откинулся на подушку и процедил сквозь зубы:

— О… жестокая .

— Если бренди так сильно жжет вашу кожу, то вы только подумайте, что оно делает с вашими внутренностями!

— Обойдусь без нравоучений, — проворчал Макс.

— Помолчите, пожалуйста.

— Но мне же больно!

— Ничего страшного. Рана совсем не опасная. Я ее промыла, и она скоро заживет. — Керсти заметила кровь на его затылке — Перевернитесь, пожалуйста. Надо осмотреть ваш затылок.

Макс прищурился.

— Я не желаю ложиться на живот. Бог знает, какие еще пытки ты мне уготовила. Что у тебя в руке?

Она подняла вверх руки.

— Видите? Я ничего не скрываю.

Макс окинул ее взглядом Он только сейчас заметил, что на ней слишком уж тонкая рубашка.

— О да, ты, Керсти, ничего не скрываешь.

Она покраснела и опустила руки.

— Я буду вам очень признательна, сэр, если вы перевернетесь. Мне надо осмотреть ваш затылок. Там тоже кровь Макс прижал оторванный рукав к ране на плече и, поморщившись, улегся на живот.

— Теперь промывай водой, — пробурчал он в подушку.

Керсти склонилась над ним и внимательно осмотрела его затылок и шею, всю израненную мелкими осколками.

— У вас здесь стекло. Мне придется его извлечь. Я постараюсь осторожно.

Макс снова что-то пробурчал, но лежал спокойно. Керсти же принялась вытаскивать из его шеи осколки; она бросала их на комод у кровати.

Вскоре у нее заныла спина, и она выпрямилась.

— Подождите минутку. Мне очень неудобно.

У Макса были необыкновенно широкие плечи и довольно узкие бедра. На спине, над самым поясом брюк, тоже виднелись темные волоски. И еще у него были длинные и стройные ноги… «Слава Богу, что брюки он не снял», — подумала девушка и вдруг услышала голос Макса.

— Что ты делаешь? — спросил он.

— Что делаю? Смотрю на вас. — Девушка тут же прикрыла рот ладонью.

Макс застонал и опять уткнулся лицом в подушку.

— Керсти, о чем ты сейчас думаешь?

«Я не должна ему отвечать».

— О том, что вам не следует все время ходить в сюртуке.

Вы прекрасно сложены:

Он засмеялся.

Керсти взяла почти пустой графин и побрызгала остатками бренди на исколотую шею Макса.

Он зарычал и вскочил на матрасе на четвереньки.

— Черт возьми, что ты делаешь?! — заорал он, приподнимаясь. — Хочешь, чтобы я умер от болевого шока?

— Уже все, сэр, — успокоила его Керсти. — Все ваши раны и царапины скоро заживут. А теперь надо вызвать местного констебля — пусть поймает этого негодяя.

— Маккрэкита? — Макс усмехнулся. — Неужели ты думаешь, я приглашу сюда этого болвана и пьянчугу? Нет уж, спасибо, мисс Мерсер. Я сам проведу расследование — проведу так, как считаю нужным. И этот мерзавец скоро получит по заслугам, уверяю тебя.

— Но констебль…

— Никакого констебля мы звать не будем, ясно?

— Да, — кивнула Керсти и снова покраснела; она вспомнила, что на ней только ночная рубашка. — Простите, сэр, но я лучше пойду к себе. И пожалуйста, заприте дверь. Мне так будет спокойнее спать.

Макс вдруг схватил Керсти за руку, и девушка вскрикнула от неожиданности.

— Тебе будет спокойнее спать, если моя дверь будет заперта? — Он улыбнулся и привлек Керсти к себе. — Если я запру дверь и мы останемся по разные стороны от нее, ты, возможно, почувствуешь себя в некоторой безопасности. Однако я не могу допустить, чтобы ты осталась одна, без охраны… Ведь этот негодяй еще не пойман и не наказан. Тебе нельзя уходить в свои комнаты, Керсти.

Сломив сопротивление девушки. Макс усадил ее на свою широкую кровать.

— Может быть, мне не хватает опыта, но я не так глупа, — заявила она. — Сэр, прошу вас, проводите меня в мои покои.

Я запрусь там и лягу спать.

— Ты хочешь поднять раненого с постели?

Она взглянула на дверь, ведущую в библиотеку.

— Ну хорошо. — сказал Макс, — пойдем, я тебя провожу.

Ты права, мои раны, к счастью, не опасны. Спасибо тебе за помощь.

— Я с удовольствием вам помогала.

— Да, разумеется. — Он усмехнулся. — Воспользовавшись случаем, ты с удовольствием разглядывала голого мужчину.

Они вышли в библиотеку.

— Вы не голый, — возразила Керсти. — На вас брюки. И надо заметить, брюки прекрасного покроя.

— Пойдем быстрее, — со смехом проговорил Макс. — Кстати, о покрое. Миссис Могг сердится. Пришла модистка, а ты была занята другими делами. Пришлось найти для нее комнату. Но все уладилось. Ты встретишься с ней утром.

Только не спорь! И прошу тебя: больше никаких темных тонов! Можешь одеваться, как тебе нравится, но я не потерплю на тебе черных платьев. Они совсем не идут молодым и красивым девушкам.

Они вышли в коридор, и Керсти снова вспомнила о незнакомце, пробравшемся в покои Макса.

— Как вы думаете, каким образом проник сюда этот негодяй? — спросила девушка и посмотрела в сторону лестницы. — Мне кажется, он без труда мог пройти по этой лестнице, ведь здесь живем только мы с вами…

Керсти прикусила язык. Зачем она напомнила Максу о том, что в башне кроме них, никто не живет?

Макс бесцеремонно обнял ее за плечи.

— Ты никого не видела, когда поднималась к себе?

— Нет. И ничего не слышала.

— Я уверен: он пробрался в мои покои до моего прихода.

Не слишком приятная мысль, правда?

Керсти невольно поежилась.

— Вы полагаете, что он вас ждал?

— Наверное, ждал. А теперь давай убедимся, что в твоих комнатах никого нет.

Оттеснив Керсти, Макс открыл дверь, вошел в гостиную и вполголоса выругался. Девушка переступила порог — и замерла в изумлении.

— О Боже! — воскликнула она. В комнате царил полнейший беспорядок. — Значит, от тебя он сразу направился ко мне. Какой наглец! Ведь я могла в любую минуту вернуться.