Стелла Камерон - Во власти желания

— Скажи ему, графиня, чтобы он не разговаривал со мной в таком тоне, — сказала Гермиона Она уселась на кушетку и, подобрав под себя ноги, оправила нижние юбки. — Я думала, ты уже лег спать, кузен.

Хорас усмехнулся.

— Очаровательно, дорогая — Он подошел к кушетке и сел рядом с Гермионой. — Полагаю, на тебе все те же кружевные панталончики?

Она не обращала на Хораса внимания. Когда, же он сунул руку ей под юбки, она громко завизжала и принялась колотить его кулаками в грудь.

Герти со смехом проговорила:

— Прекрати, Хорас! Прекрати немедленно'. Сюда может войти слуга Хорас что-то пробормотал и задрал пышные юбки Гермионы.

— Ox! — вскричала та.

— Этот мальчик ненасытен, — с улыбкой заметила графиня. — Таким когда-то был и его отец. Я скучаю по его отцу.

Замечательный был человек Гермиона тихонько застонала и раздвинула ноги Ей хотелось забыть обо всей, улечься на спину и предаться маленьким удовольствиям.

— Наш Хорас — очаровательный мужчина», — заметила Герти. — Он умеет скрасить скучный вечер.

Гермиона кокетливо улыбнулась:

— Перестань, Хорас. Сейчас же прекрати! О, Хорас!

Она улеглась на спину и снова застонала.

Он рассмеялся и впился поцелуем в ее губы.

— Браво, Хорас!. — воскликнула Гертруда.. — Ты знаешь свое дело!

Хорас отстранился, спустил с дамы корсет и уткнулся лицом в ее пышные груди.

— Хм.

— Герти внезапно нахмурилась. — Думаю, хватит развлекаться, пора приступать к делу.

Гермиона хихикнула и, хлопнув Хораса по плечу, проговорила:

— Кажется, у нас гости, не так ли?

— Да, гости, — подтвердила Герти. — Если бы кто-то из местных жителей узнал, какие это знатные гости, у нашей двери собралась бы толпа любопытных.

— Они приехали сюда только потому, что боятся, — пробормотал Хорас.

Герти налила себе рюмку портвейна и сказала:

— Может, и так. Но в данный момент они развлекаются и наверняка забыли о своих страхах.

Гермиона громко расхохоталась.

— Кто бы мог подумать?! Мельбурн и Броугхем под нашей крышей! — Она теребила светлые локоны Хораса. — Дорогие мои, нам неслыханно повезло! Ведь мы наверняка сумеем извлечь кучи золота из их глубоких карманов.

— Как знать… — протянула Герти. Она обмакнула палец в свою рюмку и облизала его. — Хорас, ты рассказал Гермионе о нашем разговоре, когда вернулся из Кирколди?

— Мой дорогой кузен ничего мне не говорил, — заявила Гермиона. Она толкнула Хораса локтем в бок, и тот свалился с кушетки. — Так что ты должен был мне сказать?

— Не очень-то ты любезна, — проворчал Хорас, поднимаясь с ковра.

— У тебя есть соперница, моя дорогая, — сообщила Герти.

— Эта дочка фермера? — усмехнулась Гермиона. — Вряд ли ее можно считать соперницей. Даже если Россмара разок-другой позабавится с ней в своем кабинете — какое мне до этого дело?

— Ты не видела тоге, что видел я сегодня вечером, — сказал Хорас. — Я пытался уговорить мистера Россмара объявить о помолвке пораньше. Он категорически отказался. Впрочем, у него есть предлог: он хочет дождаться приезда родителей. Но мне кажется, его удерживает нечто другое.

— Не говори загадками, — в раздражении бросила Гермиона. — Что ты имеешь в виду?

— Когда я пришел, он был наедине с этой девушкой. И они явно «забавлялись», как ты изволила выразиться.

Гермиона заерзала на кушетке.

— При моем появлении девушка ушла, — продолжал Хорас. — А Россмара не мог оторвать взгляда от двери — точно ждал, что она вернется… Он думал только о ней.

— Вздор! — воскликнула Гермиона. — У тебя девичье воображение.

Не колеблясь ни секунды, Хорас влепил ей пощечину. Удар был так силен, что из глаз Гермионы брызнули слезы. Всхлипывая, она схватилась за щеку.

— Впредь думай, прежде чем говорить, — заявил Хорас. — Во мне нет ничего девичьего, запомни. А наши планы… они под угрозой. Если мы лишимся доступа в замок, у нас не останется ничего, кроме ваших родовитых гостей. Может, тебе этого и достаточно, а мне — нет. Из-за этой Мерсер мы можем остаться ни с чем! Дождавшись, когда я уйду — то есть он думал, что я ушел, — Россмара сразу же помчался наверх. Поверьте мне, у него с ней все гораздо серьезнее, чем вы думаете.

Гермиона с трудом поднялась с кушетки и проговорила:

— Эта девица нам не помешает. Я узнала, что виконт едет домой.

— От кого ты об этом узнала? — насторожилась Гертруда. — Кто твой осведомитель?

— Это мое дело. Достаточно сказать, что я свела одно полезное знакомство. Но скоро у Россмара не будет повода откладывать нашу свадьбу. А если он заупрямится… Я знаю, как его подстегнуть.

Глава 13

Керсти подняла лампу с пола и зажгла ее. Затем молча указала на кровать.

Макс пожал плечами.

— Керсти, ты…

— Ложись, — перебила она. — Раздевайся и ложись.

— Мне не нужна нянька.

— Ты раздражен. К тому же слишком много выпил.

— Черт бы тебя побрал! Оставь меня в покое! — Он скрипнул зубами и отвернулся.

Однако Керсти не собиралась сдаваться.

— Макс, у тебя плохое настроение. Ты не в себе, и это меня огорчает.

— Не забывай, кто здесь хозяин!

— Снимайте рубашку и ложитесь, хозяин. Будь вы трезвее, вы бы не заработали царапину на плече.

— Царапину? Да это самая настоящая рана! — воскликнул Макс. — К тому же ужасно болезненная… — проворчал он, снимая рубашку и усаживаясь на край кровати. — Возьми воду, она вон там.

— Вы очень бледны. — Девушка приложила ладонь к его влажному лбу. — Пожалуйста, ложитесь, хозяин.

— Ладно-ладно. Прости мне мою резкость. Я не хочу, чтобы ты называла меня хозяином.

— Хорошо, сэр, не буду.

Он растянулся на кровати.

— Почему бы тебе не называть меня по имени, как раньше?

— Вы сами знаете, что это невозможно. А теперь помолчите. Вам нужно набраться сил, а разговоры вас утомляют.

Керсти поправила подушку под головой Макса. Потом осмотрела рану у него на плече и по обеим сторонам от нее надавила пальцами.

— Он! — Он приподнялся. — Осторожнее!

Она легонько толкнула его рукой в грудь, заставив снова лечь — Хм… Вы прекрасно сложены, сэр. Вы очень возмужали за последние голы — Проклятие Я серьезно ранен, мисс, а ты стоишь здесь и самым бесстыдным образом разглядываешь меня, вместо того чтобы промыть мою рану!

Керсти посмотрела на его могучую грудь, поросшую волосами, — темная дорожка спускалась к животу и исчезала под поясом брюк Девушку бросило в жар. Она задрожала, охваченная восторгом и любопытством.

— Ну? — спросил Макс. — Что ты еще скажешь?

Она улыбнулась и посмотрела ему в лицо — Вы очень красивы, сэр Глядя на вас, мне хочется плакать — не от грусти, а от радости. Когда я смотрю на некоторые картины, что висят здесь, в замке, у меня на глаза наворачиваются слезы. Но картины — ничто по сравнению с вами. — Резко отвернувшись, она подняла с пола порванную рубашку Макса и оторвала от нее рукав.