Линда Уинстед - Золотоволосый капитан

— Черт побери, — произнесла она достаточно громко, чтобы ее услышали. — Кто-нибудь, уберите здесь.

Когда несколько человек склонились над Роджером, Квент вырвался из рук Томми и, подбежав к Лили, схватил ее за плечи.

— Боже мой, — прошептал он хрипло. — Ты же убила его!

— Похоже на то, — Лили улыбнулась кончиками губ. — Теперь ты понял, почему мой экипаж подчиняется мне?

Она протянула испачканную саблю Томми, и тот, с видимым отвращением на лице, взял ее.

— Я никогда не сомневался…

— Никогда? — она приподняла бровь.

— Лили…

Ее взгляд смягчился, а усмешка стала шире. На мгновение Квент решил, что влюбился в совершенно сумасшедшую женщину. Затем Лили сказала, не отводя глаз от Квента:

— Можешь встать, Роджер.

Роджер вскочил на ноги и повернулся к толпе матросов с преувеличенно низким поклоном. Экипаж приветствовал его легкими аплодисментами, и затем все вернулись к своим обязанностям. Когда Роджер подошел к своему капитану, на его потном лице сияла широкая улыбка.

— Неплохо получилось, а? — прерывисто дыша, спросил он, пылая румянцем.

Квент взглянул на «кровавое пятно» и, протянув руку, потрогал липкую рубашку.

— Раздавленные ягоды и сок в тонком мешке, — объяснила Лили с довольной улыбкой.

Квент с негодованием обрушился на нее.

— Это не смешно, Лили, — прошипел он. Квент повидал много смертей за свою жизнь. — Черт побери, совсем не смешно.

Роджер снял липкую рубашку, обнажив мокрые от пота грудь и плечи, и тихо ускользнул, на ходу отвязывая от тела тонкий мешок.

— В любом случае, Роджер «умер», как подобает мужчине, — присоединился к ним Томми. — А вот Лили излишне суетилась…

— Вы хотите сказать, что одобряете это представление?

Внезапно Квент закричал на Лили, не беспокоясь о том, что их могут услышать:

— Тебя могли убить! Ты никогда…

Лили взглядом заставила его замолчать.

— Никогда не говори мне о том, чего я не сделаю, — прошептала она. — Считай это уроком, о котором мы с Томми мечтали с тех пор, когда начали приучать парней к дисциплине и послушанию. Это отвлекает их и определенно пугает пару-другую новичков в команде. Пойми, им нужны развлечения.

— Развлечения, — пробормотал Квент. — Я волновался за тебя. — Никто, кроме Лили, не услышал его нежный голос. — И все равно, я считаю, что это — не смешно! — добавил он громче.

Томми шумно вздохнул.

— В этом вопросе мы с тобой сходимся, приятель.

Квент повернулся к старому моряку, который внезапно превратился в его союзника.

— Не смешно, — повторил он.

Лили пошла в трюм, и Квент слышал ее удаляющийся звонкий голос:

— Нет, смешно!

Серебристый туман был не таким густым, как хотелось бы Лили. Корабль приближался к скалистым берегам устья реки Кейп-Фир. Экипаж затих, как обычно, а сердце Лили забилось так, словно собиралось взорваться в груди. На этот раз прорыв блокадного кольца отличался от всех предыдущих. Рядом с Лили находился Квент, не внявший ее просьбам остаться внизу, и Лили не винила его за это. Она сама никогда бы не смогла усидеть в темной каюте в то время, как ее «Хамелеон» ускользал от патруля северян.

Кольцо блокады сжималось все плотнее, патрульных кораблей становилось все больше. Лили не собиралась уходить с палубы, пока «Хамелеон» не окажется в безопасности, в проливе, где вражеские суда, имевшие низкую осадку в воде, не смогут преследовать ее корабль, который вскоре очутится под защитой орудий форта Фишер.

Патрульный корабль со стороны порта первым заметил «Хамелеон» и дал предупредительный выстрел. Лили знала, что северянам предпочтительнее захватить корабль неповрежденным, но в случае неудачи они потопят его. Лили даже думать не хотела о том, что оружие и боеприпасы, находившиеся у них на борту, попадут в руки янки и будут использованы против солдат-южан и мирных жителей.

Внезапно послышался крик:

— Капитан!

Раздался второй выстрел, и необходимость сохранять тишину отпала сама собой. В свое время Лили отказалась от установки орудий на борту «Хамелеона», предпочитая, чтобы он оставался торговым судном, что давало возможность экипажу вернуться домой через несколько недель в случае захвата в плен. У них не было даже пистолетов, исключая старинное ружье, принадлежавшее Томми. Сабля Лили — самое грозное оружие, которое имелось на корабле.

Со стороны правого борта раздался еще один выстрел, на этот раз ядро едва не попало в цель. Остался один шанс из ста, чтобы прорваться между двумя кораблями противника, и, при небольшом везении, это бы им удалось. «Хамелеон» двигался быстрее, а его осадка позволяла проходить над мелями. Лили до боли в глазах всмотрелась вперед.

Вдруг она громко вскрикнула. Из тумана, словно призрак, появился третий вражеский корабль. Лили не собиралась рисковать жизнями своего экипажа, пытаясь совершить невозможное, ни ради груза шелка и виски, ни ради винтовок, боеприпасов и пороха. Она побежала на другой конец палубы, Квент не отставал от нее ни на шаг.

— Поднять белый флаг! — приказала она, перекрикивая грохот очередного выстрела, который на сей раз достиг цели. «Хамелеон» покачнулся, и Лили едва удержала равновесие, широко расставив ноги. Сирил стоял у штурвала и выглядел спокойнее, чем обычно. Но суетившиеся на палубе юноши, ее экипаж, поглядывали на Лили широко раскрытыми глазами.

— Мы обсуждали это раньше, — сказала она без следа страха в голосе. — Вы все знаете, что нужно делать. Черт побери, ребята, мне жаль, что так случилось. Просто не повезло, вот и все.

Лили отвернулась от них и исчезла в трюме.

Квент хотел было пойти за ней, понимая, что Лили что-то задумала. Несмотря на ее бесстрашие, какой-то странный огонек, мерцавший в ее глазах, испугал Квента. Но Томми сгреб его за руку и оттащил назад.

— Оставь ее, — лающим голосом приказал он Квенту. — Если ты помешаешь ей, все пойдет прахом.

Голос Томми звучал так тревожно, что Квент подчинился и остался на палубе, ожидая появления Лили. Патрульные корабли приближались, а абордаж оставался делом нескольких минут. Атака затихла, и экипаж «Хамелеона» притих вместе с ней. В неожиданно наступившей тишине ночное безмолвие приняло нереальный оттенок. Короткая речь Лили успокоила экипаж, хотя матросы явно нервничали, ожидая приближающийся к ним флот северян.

Спустя несколько минут на палубу поднялась Лили, и Квент восхитился произошедшей с ней переменой. Перед ним стояла изысканная Лили Рэдфорд, настоящая леди. Чересчур яркое розовое платье покрывали сатиновые розочки; высокий воротник, длинные пышные рукава и белые перчатки полностью скрывали шею и руки. Оказавшись на палубе, Лили ослепительно улыбнулась Квенту, и он неожиданно понял, что она либо не осознает, либо не придает никакого значения реальной опасности. Квент захотел обнять ее, встряхнуть за плечи, но у него не осталось времени.