Дебра Маллинс - Сладкий грех

Она тут же гордо вздернула подбородок.

— Я же говорила, что такой порядок вещей меня не устраивает. То, что я живу в вашем доме, уже слишком, Вайльдхевен. Я не могу позволить себе зависеть от вас во всем. Я должна сама зарабатывать деньги.

— У меня есть деньги. Почему бы вам не воспользоваться ими?

— Вы в любой момент можете меня лишить их. Я не хочу ни от кого материально зависеть.

— Вы уже зависите от моего решения позволить вам оставаться с ребенком или нет. — Он медленно выпрямился на стуле. В этот момент он даже получал какое-то садистское удовольствие, глядя на ее встревоженный вид. — Что, если я предложу вам работу гувернантки Джеймса?

Она секунду помолчала, прежде чем произнести:

— До недавних пор я хотела этого всей душой. Но теперь поняла, что мне нужен не зависящий от вас источник дохода.

— И это путь, который вы избрали? — Он старался не улыбаться. Она явно была к нему неравнодушна, иначе не упустила бы такой шанс. — Что мешает мне забрать Джеймса навсегда? Отдать его в приют. Что тогда вы будете делать?

Если бы взглядом можно было испепелять, от него бы уже осталась горстка пепла.

— Я этого не исключаю, и именно поэтому мне нужен свой собственный заработок.

— На здоровье, только если заработок не предполагает обманывать моих друзей.

— Я никого не «обманываю». Я просто выступаю под другим именем — сейчас многие так делают.

— Мне это не нравится. — Он встал, подошел к ней, развернул ее вместе со стулом к себе лицом, наклонился и уперся обеими руками в подлокотники, будто загнав ее в клетку. — Я здесь ставлю условия, Миранда. Стоит мне захотеть, и вы никогда больше не увидите этого ребенка.

Он уловил на ее лице тень страха и был поражен тем, насколько быстро она овладела собой.

Она уставилась на руки, державшие ее в плену.

— Вы так много говорили о своей непохожести на других мужчин, ваша милость. Но, как по мне, вы такой же, как и все остальные, — хотите, чтоб все было по-вашему любой ценой. И вас не волнует, что при этом чувствуют другие.

— Будь это правдой, я при первой же нашей встрече просто вышвырнул бы вас на улицу. Вместо этого я содержу вас. Разве так поступают эгоистичные люди?

— Если за вашу щедрость я должна буду лечь с вами в постель, то да, вы поступаете эгоистично.

— После смерти жены я совершенно не интересовался женщинами. — Эти слова вырвались у него случайно, но он не пожалел, заметив, что она приятно удивлена. Он провел ладонью по ее щеке. — Вместе мы взрывная смесь, Миранда. Почему вы противитесь тому, что так естественно? Неужели вам совсем не любопытно, что из этого может получиться?

— Я не пойду наперекор своим убеждениям ради сиюминутного удовольствия.

Она отстранилась от него.

Он убрал руки и сжал пальцы в кулак.

— А соблазнять мужчин своим голосом это, по-вашему, правильно? Чем вы лучше женщин, которые более явно используют свои прелести?

Она резко вскочила и ударила его по лицу. Звонкий хлопок пощечины привел в чувство обоих.

Он потер щеку и выпрямился.

— Извините, это было грубо.

— Вы совершенно меня не знаете. — Произнесла она это настолько тихо, что ему пришлось напрячься, чтобы расслышать. Руки ее теребили простенькую ткань платья. — Я сделала то, что должна была, чтобы выжить в этом жестоком мире, несмотря на низкие поступки окружающих меня людей. Я пообещала Летти, что позабочусь о судьбе ее сына. — Она смотрела ему прямо в глаза. Взгляд ее был полон решимости, в глазах блестели слезы. — И я сдержу слово.

— В вашем понимании, сдержать слово означает петь за деньги?

— А что еще мне остается?! — отчаянно воскликнула она. — Вы и так снимаете для меня дом, я не могу еще и деньги у вас брать. Это только приблизит меня к черте, которую я не хочу пересекать.

— Я был бы рад, если б вы все-таки решились ее пересечь — со мной.

Пронзительный взгляд очень точно передал все, что она думала по поводу его предложения.

— Я могла бы стать прачкой и работать за копейки. Я умею читать и считать, но кто возьмет меня без рекомендаций на приличный оклад? Если выяснится, что вы все же не отец Джеймса, то, кроме меня, у него никого больше нет. Поэтому я должна иметь хороший способ зарабатывать на жизнь, не рискуя при этом своей жизнью или честью.

Он отступил на шаг назад.

— Почему вы считаете, что способ, который я предлагаю, хуже, чем любой другой для одинокой женщины?

— Я не одинокая. У меня есть Тадеуш.

— Тадеуш? — Он презрительно усмехнулся. — Дорогая моя, у Тадеуша ЛеГранда своих забот полон рот. Он основательно влип.

Она вскочила с места.

— Тадеуш помогал мне с самого начала. Это ему пришла в голову идея с графиней, и я ему бесконечно благодарна!

— Как вы можете так безраздельно доверять человеку, которого едва знаете?

Она встала в позу.

— Он старинный друг нашей семьи.

— То есть вашей матери? — многозначительно уточнил он. — Друг Фанни?

Она застыла.

— Что вы знаете о моей матери?

— Я знаю, что она была очень красивой женщиной. — Уверенный, что преимущество теперь на его стороне, Вайльд завел руки за спину. — Фанни Фонтейн, легенда лондонской сцены! В свое время она исчезла из Лондона и никогда больше здесь не появлялась.

— Кто вам сказал? — прошептала она. — Тадеуш?

— Мои источники вас не касаются.

Щеки ее стали пунцовыми от злости.

— Вы наняли человека копаться в моем прошлом?

Чтобы погасить назревающий скандал, он просто медленно произнес:

— Ко мне в дом приходит барышня и заявляет, что я сделал ребенка женщине, которую никогда прежде не встречал. В тот же вечер эту барышню представляют мне под совершенно другим именем. Если учесть, что я богатый человек, то что бы вы решили на моем месте?

Она помолчала какое-то время.

— Да уж, наверное, это выглядело подозрительно, — признала она наконец.

— Вот видите, — продолжил он. — Я так понимаю, Фанни уехала из Лондона из-за того, что ждала ребенка?

Миранда молча кивнула.

— И вы не знаете, кто ваш отец?

— Нет. Она никогда о нем не вспоминала. Знаю только, что он был благородных кровей.

— Теперь понятно, почему вы так рьяно защищаете Джеймса.

— А что еще мне остается делать? — с горечью воскликнула она. — У меня была хотя бы мать. А Джеймс вообще сирота. Я пообещала Летти, что найду его отца.

— Благородное дело, что тут скажешь. — Он подался вперед. — Но я ему не отец.

— Летти утверждала обратное!

Он вздохнул.

— Есть человек, похожий на меня как две капли воды. Он выдает себя за меня и уже успел причинить мне массу неприятностей.