Барбара Мецгер - Санта-Клаус, или Отец на Рождество

– До скорой встречи, кузен Лиланд. – Отлично, он будет слишком занят, отбиваясь от ее младшей сестры.

Когда все Беквиты вышли, Уэр позволил мальчикам распотрошить остальные пакеты. В вихре оберточной бумаги и лент, Грейс-Энн увидела книжки с картинками и загадками, оловянных солдатиков, и некоторые другие, в высшей степени неуместные подарки, такие, как крикетные биты и наборы для дартса.

После того, как все было распаковано, и дети начали играть с коробками, Лиланд спросил:

– Вы извините меня? Мне нужно…

– Туалет на заднем дворе, – подсказал ему Уилли.

– …опустошить свой сапог.

Должно быть, в магазине игрушек он вел себя как ребенок, подумала Грейс-Энн, когда Лиланд вышел, покупая все, что ему нравилось, не обращая внимания ни на возраст, ни на силы близнецов. Крикетные биты, шпаги и дартс, Боже мой. С таким же успехом он мог бы вручить мальчикам пушку и покончить с этим. А от барабана и трубы у любой матери возникала головная боль, даже когда она просто смотрела на них.

Лиланд вернулся с еще одним подарком – еще одним ужасом для Грейс-Энн. Этот подарок вилял хвостом и лаял, а вокруг его шеи был повязан красный бант.

– О, Боже, папа никогда не разрешит им держать собаку.

Лиланд сидел на полу вместе с детьми и щенком.

– Тогда маленький приятель сможет жить в замке, а мальчики будут приходить навещать его.

– Вот и скажите им об этом, – ответила она с оттенком горечи. Близнецы пребывали в исступлении. Собственная собака была даже лучше, чем снег. И это не просто какая-то собака, заявил Уэр, это – самая настоящая чистопородная колли. Поэтому близнецы мгновенно и одновременно назвали собаку Герцог – так как своего собственного герцога они звали Колли.

– Мне кажется, это вполне разумно, – согласился Лиланд. – Пусть будет Герцог.

Грейс-Энн показалось, будто она тонет.

– Но вы уверены, что это мальчик?

– Да, мама. Видишь, вот его…

– Думаю, что Герцогу нужно выйти на улицу. Бегите за своими пальто и варежками. – Грейс-Энн начала собирать кое-какие игрушки, предвещавшие грядущие катастрофы. Затем она повернулась к герцогу, все еще сидящему на полу вместе с щенком, который смотрел на нее, словно проказливый мальчишка. – Не могу не заметить здесь тенденцию, ваша светлость. – Она подняла набор для дартса и махнула им в сторону Уэра. – Это же вещи, которые доводят родителей до кошмара. Крикетные биты для трехлетних мальчиков? И собака? Послушайте, вам следовало бы знать, что к чему.

Он просто улыбнулся, той же улыбкой, какая сияла на лицах Уилли и Леса, когда они сбежали от Мэг и сорвали последние цветы миссис Беквит:

– Это для тебя, мама.

– Не думал, что вы разгадаете меня так быстро. – Лиланд поднялся и посмотрел на нее сверху вниз. Теперь он уже больше не напоминал маленького мальчика. Грейс-Энн сделала шаг назад, споткнулась об игрушечный барабан и упала бы, если бы он не вытянул руки, чтобы помочь ей устоять на ногах. Лиланд отпустил ее плечо, но сделал это не сразу. Затем он еще раз улыбнулся ей и наклонился, чтобы поднять барабан.

– Я купил все, что викарий возненавидит больше всего, самые шумные, самые разрушительные игрушки, какие я только смог найти. – Герцог снова улыбнулся. – Таким образом, он выбросит вас из дома и у вас не будет другого выбора, кроме как переехать в замок.

Глава 12

Опасность. Этот мужчина просто излучал опасность. И располагал к себе, что, конечно же, делало его еще более опасным. После ленча Уэр вернулся, чтобы забрать их, на санях, как он пояснил, ради близнецов, но и его собственное лицо сияло от возбуждения. Грейс-Энн не смогла бы придумать лучшего развлечения для снежного рождественского полдня. А Пруденс могла. Она беспокоилась о том, что ее волосы будут растрепаны, а цвет лица пострадает из-за ветра. Но девушка все равно поехала, иначе ей пришлось бы сидеть дома и скучать, когда все ее друзья готовились к приему у сквайра. Кроме того, ни одна из местных красавиц не была приглашена к ее кузену герцогу, так что Пруденс поехала, но особой любезности не выказывала.

Близнецы, напротив, были в восторге, даже несмотря на то, что Герцога оставили на конюшне, «чтобы составить компанию Пози». Сани оказались большими, запряженными двумя дюжими лохматыми фермерскими лошадьми, и повсюду звенели колокольчики. Мальчики пытались не наступать мокрыми ботинками на юбки Пруденс, в самом деле, пытались.

Но даже Пруденс перестала дуться, когда вошла в Большой Холл Уэр-Холла. Конечно же, Грейс-Энн и мальчики уже видели это огромное помещение украшенным к празднику, но не таким образом.

– Я хотел, чтобы это стало сюрпризом, – проговорил Лиланд, гордо выпрямившись на том месте, где полагалось находиться лакеям в ливреях – если бы они внезапно не заболели гриппом как раз в тот момент, когда услышали, кто приедет к чаю. Сюрпризом Лиланда оказалась великолепная ель, по меньшей мере, восемнадцати футов высотой, украшенная от верхушки до самого низа горящими свечами в подставках. Когда его гости вдоволь нагляделись расширенными от изумления глазами на это чудо – а Пруденс даже захлопала в ладоши – герцог объяснил: – Это рождественское дерево. На самом деле, это немецкая традиция, называемая tannenbaum. Принцесса Каролина устраивала себе такое же, и сама идея распространилась по Лондону. Я счел эту традицию настолько очаровательной, что захотел поставить такое дерево у себя в замке.

После этих слов Пруденс хихикнула.

– У папы будет истерика! Не только языческие, но еще и ганноверские обычаи. Я ведь думала, что он упадет в обморок, когда этим утром вы упомянули Санта-Клауса.

Грейс-Энн тоже улыбнулась.

– Это чудесная традиция и это дерево просто… удивительное! Оно великолепно, кузен Лиланд, но вы уверены, что это безопасно? – Она все еще стальной хваткой держала каждого мальчика за руку.

– Конечно, это безопасно. Мильсом не потерпит, чтобы что-то неподобающее произошло в его замке. Посмотрите, в углу стоят ведра с водой. И лакей дежурит рядом с деревом каждый раз, когда зажигают свечи – хотя, черт меня возьми, если я знаю, куда он подевался сейчас. Мильсом заменит его кем-нибудь, я уверен.

– Прекрати портить нам удовольствие, Грейси.

Герцог рассмеялся и подхватил одного из мальчиков на руки.

– Уилли?

– Нет, глупый, я Лесли!

Он пожал плечами и повернулся к матери мальчиков.

– Да, Грейс, не стоит расстраивать наши планы. Сегодня Рождество, время для чудес, а не для беспокойства! Но пойдемте, тетушка Юдора ждет нас в Адамовой гостиной с чашей пунша.

– О, замечательно, – прощебетала Пруденс, что вовсе не успокоило нервы Грейс-Энн.