Гэлен Фоули - Надменный лорд

Он покачал головой и снова улыбнулся.

— Миранда, я не уверен…

— Вы очень устали, Деймиен. Вам нужно хотя бы сегодня выспаться и отдохнуть как следует. И потом… это все ужасно! Вы же граф! Останьтесь в этой комнате, вы будете спать на постели. А я устроюсь в кресле.

— Нет, это невозможно, — заявил Деймиен. — Я все-таки джентльмен.

— Подождите же! У меня появилась прекрасная идея. — Миранда вскочила с постели и подбежала к багажу в углу комнаты. Схватив свой саквояж, она водрузила его на середину кровати и пояснила: — Вы будете спать на этой половине, а я — на той. Так что теперь у нас есть перегородка.

Деймиен пожал плечами и с усмешкой проговорил:

— Вы полагаете, что это действительно прекрасная идея?

— Конечно, — кивнула Миранда. — А почему нет? Я вполне уверена в вашей порядочности. Прошу вас, Деймиен, не ходите ночевать в конюшню. Поймите, я и так чувствую себя виноватой из-за того, что уже доставила вам столько неприятностей. Вы займете вашу часть кровати, а я — свою. Спокойной ночи. — Откинув покрывало, она скользнула в постель и, устроившись поудобнее, закрыла глаза.

В течение следующих нескольких минут Миранда слышала, как граф расхаживал по комнате — словно не знал, на что решиться. «Удивительно, до чего нелепо он иногда ведет себя», — думала девушка, прислушиваясь к шагам опекуна. Наконец она приоткрыла один глаз и увидела, что Деймиен подошел к столу. Задув свечу, он направился к своей половине кровати. Улегся же на самом краю — так, чтобы ни в коем случае не прикоснуться к своей подопечной.

Какое-то время они лежали в полутьме — в окно заглядывала луна, — лежали под одним одеялом, но разделенные «перегородкой». Наконец Миранда не выдержала и принялась ворочаться с боку на бок; ей казалось, что кровать слишком уж неудобная. Деймиен несколько раз тяжело вздохнул, потом пробормотал:

— Перестаньте ворочаться. Не могу из-за вас заснуть.

— Ох, простите, — отозвалась Миранда и покосилась на него через плечо. — По-моему, вы даже не накрылись как следует, Деймиен.

— Это не важно, — проворчал он.

— Почему же? Я ведь знаю, что вам холодно.

— Не беспокойтесь, я прекрасно себя чувствую.

— А я говорю, что вы дрожите от холода. И вся кровать из-за вас трясется. Может, вы все еще боитесь, что я нарушу границу? — добавила она с иронией в голосе. И тут же, протянув руку над «перегородкой», осторожно прикоснулась к плечу Деймиена.

— Прекратите, Миранда! — Едва удерживаясь от смеха, граф повернулся на другой бок, спиной к девушке, — Спокойной ночи, — добавил он, немного помолчав.

Несколько минут спустя Миранда поняла, что Деймиен действительно уснул. Она слышала его спокойное глубокое дыхание и чувствовала, что и ее клонит в сон. Уже засыпая, она думала о том, что было бы очень приятно прижаться к Деймиену покрепче и согреться от его близости, заснуть в его объятиях холодной зимней ночью.

Миранда не заметила, как уснула, и не знала, сколько времени проспала. Проснувшись же, услышала невнятное бормотание графа. С минуту она прислушивалась, но ни слова не разобрала.

Приподнявшись, Миранда заглянула за «перегородку». Деймиен беспокойно метался во сне — так обычно бывает, когда снятся кошмары. «Но что с ним? — думала девушка. — Что же ему снится? Может, что-то из прошлого?

Да, скорее всего… Наверное, ему снится война — снятся сражения, в которых он принимал участие».

Собравшись с духом, Миранда протянула руку и осторожно прикоснулась к плечу графа, пытаясь успокоить его.

— Деймиен… — прошептала она.

В следующее мгновение он резко приподнялся и тотчас же навалился на нее всей своей тяжестью. Девушка попыталась высвободиться, но граф еще крепче придавил ее к матрасу, а затем вдруг схватил ее за горло. Миранда почувствовала, что вот-вот задохнется, и в ужасе закричала:

— Деймиен!..

Несколько секунд спустя пальцы, сжимавшие ее горло, разжались. Граф отстранился и, уставившись на нее в недоумении, пробормотал:

— Господи, что случилось?..

Он окинул взглядом комнату, залитую лунным светом, и снова посмотрел на девушку.

Миранда села на постели и прикоснулась к горлу — оно все еще болело.

Деймиен вскочил с кровати; лоб его покрылся испариной.

— Я сделал… что-нибудь не так? Миранда, ответьте. С вами все в порядке?

— Да, в порядке, но вы… Вы чуть меня не задушили. Граф в ужасе уставился на свою подопечную.

— Вы ко мне прикасались, да? Зачем вы это сделали? Я же мог убить вас.

На глаза девушки навернулись слезы.

— Я только хотела вас успокоить, — прошептала она. — Вам снились кошмары, и вы метались во сне.

Граф внимательно посмотрел на нее, однако промолчал. Затем, так же молча, подошел к креслу, взял свою куртку и, накинув ее на плечи, направился к двери. У порога он все же обернулся и сказал:

— Я иду спать в конюшню.

— Деймиен! — Миранда бросилась к двери, пытаясь остановить его. — Деймиен, не уходите. Объясните мне, что с вами происходит, я хочу помочь вам.

— Вы не сможете мне помочь. Никто не сможет.

Шагнув за порог, он захлопнул за собой дверь.

Глава 7

Небо прояснялось, и вскоре на горизонте появились туманные очертания Лондона. Миранда, сидевшая у окна экипажа, с облегчением вздохнула — путешествие подходило к концу, и теперь все ее прежние тревоги и печали уже не имели значения. И все-таки она ужасно волновалась, ведь ей предстояло познакомиться с совершенно новым и неведомым миром — ей предстояло начать новую жизнь. Конечно же, ее опекун прекрасно знал тех людей, с которыми собирался ее познакомить, однако Миранда очень опасалась, что эти люди при всем своем уважении к графу могут не принять незаконнорожденную дочь актрисы Фанни Блэр.

Миранда молча смотрела в окно, в то время как все остальные пассажиры то и дело восторженно вскрикивали и делились своими впечатлениями. Вдалеке уже сиял в лучах солнца собор Святого Павла и виднелись бесчисленные башни и шпили церквей. Это был город роскошных особняков, высоких башен и множества многолюдных улиц. Впрочем, Миранда сейчас думала вовсе не об этом — она думала о своем спутнике, о человеке, которому надо было довериться, вступая в совершенно незнакомый ей мир. Разумеется, она нисколько не сомневалась в том, что лорд Уинтерли — человек глубоко порядочный, то есть настоящий джентльмен, однако мысли о его странном поведении минувшей ночью никак не выходили у нее из головы. Он не пожелал ничего объяснять — этого она до сих пор не могла ему простить. Действительно, что с ним произошло? Почему он не захотел с ней поделиться?

Тут экипаж подъехал к Бордели-Грин, и пассажиры еще больше оживились. Но Миранда даже не взглянула в окно, она по-прежнему думала о своем опекуне и о том, что происходило с ним прошедшей ночью.