Гэлен Фоули - Надменный лорд

— Значит, вы намерены продать меня? — с улыбкой проговорила Миранда. — И как дорого я стою на рынке невест? Вы, наверное, уже прикинули?

Деймиен тоже улыбнулся и вновь пригубил вина.

— Всего золота Мидаса не хватило бы, чтобы заплатить за вас, мисс Фицхьюберт.

— Что ж, все-таки это получше, чем три шиллинга за выступление, которые мне платили в «Павильоне», — заметила Миранда.

Граф погрозил ей вилкой.

— В Лондоне не смейте говорить со мной об этом. И не только со мной, но и со всеми остальными.

— И даже с моим будущим мужем?

— С ним — тем более.

— Но ведь брак строится на доверии…

— Глупости. Он строится на деньгах и на достижениях семей с обеих сторон.

— Ну, что касается моей семьи, то тут мне не повезло…

— К несчастью, вы правы. Но у вас все же есть кое-что.

— Кое-что? Что же именно?

— Красота, — ответил граф, немного помедлив. — Да, вы очень привлекательная девушка.

— Полагаете, этого достаточно?

— Полагаю, что да. Кроме того, у вас есть протекция моих родственников, а это не так уж мало. Мой старший брат — герцог Хоксклифф. Младший, Алек, — также весьма уважаемый человек. Но только вам следует помнить: вы не должны рассказывать моим родственникам о том, чем занималась мисс Уайт. Если же возникнет необходимость поведать об этом, то я сам им все объясню.

— Что ж, договорились, — кивнула Миранда. — Пусть это будет нашей тайной. Как, впрочем, и то, что вы так настойчиво мне предлагали, — добавила она с лукавой улыбкой.

Деймиен пожал плечами.

— Неужели вы полагаете, что мне нужно напоминать об этом?

Миранда рассмеялась; казалось, ее забавляла мысль о том, что она теперь может шантажировать графа.

— Нет-нет, не буду напоминать. Скажите, а что было бы, если бы я тогда сказала «да»? Ведь такое вполне могло бы случиться — вы были так настойчивы… О, не волнуйтесь, я шучу, — поспешно добавила Миранда, заметив, что граф смутился. — Вы просто восхитительны, лорд Уинтерли. Но почему же вы так покраснели?

— Я вовсе не краснею…

— Я же вижу, что краснеете. Но я для этого не давала вам никакого повода. И не воображайте, что вы первый бравый офицер, который потерпел неудачу в своих домогательствах. Во всяком случае, вы не последний.

— Миранда!

Она запустила в Деймиена подушкой.

— Я вас слушаю, милорд.

— Миранда, вы что, пьяны?

— Мне так не кажется. То есть я полагаю, что я не совсем пьяна. Вообще-то вина нам в «Ярдли» никогда не давали, но зато я чувствую себя ужасно счастливой.

— Счастливой?.. Даже если так — прекратите дурачиться.

— Вы слишком серьезны, милорд! — Она потянулась за второй подушкой. — Я буду колотить вас, пока вы не развеселитесь.

Граф усмехнулся и поднялся с кресла. Девушка снова запустила в него подушкой, но он поймал ее и положил на кровать. И тотчас же оба рассмеялись.

— Вы просто невыносимы, Миранда. — Деймиен прикоснулся кончиками пальцев к ее щеке.

— Со мной трудно, но все же не скучно, — сказала она, положив руки ему на плечи. — Все зависит от человека, который пытается меня укротить.

— Это звучит как поощрение… — пробормотал Деймиен.

— Возможно, и так, — прошептала она, откидывая с его лба темную прядь. — А вам хотелось бы этого?

Деймиен медлил с ответом.

— Не знаю, — проговорил он наконец.

— А вы подумайте хорошенько…

В следующее мгновение она привлекла Деймиена к себе, и губы их соприкоснулись. Миранда боялась, что граф отстранится, но он этого не сделал. Она закрыла глаза и затаила дыхание, наслаждаясь теплотой его губ. Сердце ее гулко билось в груди, и ноги подгибались. Охваченная страстью, опьяненная горячим дыханием Деймиена, Миранда старалась еще крепче к нему прижаться. Обвивая руками шею Деймиена, она ерошила его густые волосы и с готовностью отвечала па его поцелуи. Он же целовал ее с такой страстью, словно пытался утолить давно мучивший его голод. В эти мгновения Миранда была абсолютно уверена: если бы Деймиен сейчас захотел овладеть ею, она бы не задумываясь ответила «да».

Внезапно он крепко прижал ее к себе и глухо застонал. Теперь Деймиен прижимался к ней всем телом, и Миранда чувствовала, что он действительно желал ее, желал так же страстно, как в тот вечер у театра.

Он по-прежнему прижимал ее к себе и целовал, но Миранде уже было этого мало. Она вдруг чуть отстранилась, и тотчас же руки ее скользнули под рубашку Деймиена. Она погладила его по груди, затем по спине, а потом ладони ее прижались к его ягодицам.»

— Довольно же, Миранда, пора остановиться, — пробормотал он, тяжело дыша. — То, чего вы хотите… Это невозможно, подобное не может произойти.

— Но ведь это уже происходит, Деймиен, — прошептала Миранда. — Неужели вы не понимаете?

Деймиен решительно разъял объятия и, отступив на шаг, присел на край кровати. Немного помолчав, пробормотал:

— Вы сами не понимаете, что говорите, Миранда. Вы просто возбуждены сейчас. Все это из-за… — Деймиен от вернулся и принялся застегивать рубашку; было заметно, что он очень нервничает. — Все это Из-за вина. Мы оба слишком много выпили, но подобное больше не повторится.

Миранда со вздохом присела на постель. Она была ужасно разочарована. Конечно, она знала, что граф — человек довольно сдержанный и даже суровый. Но почему он вдруг остановился? Почему так внезапно охладел к ней? Ей казалось, что она еще никогда не была так обижена.

Деймиен с беспокойством посмотрел на нее и снова отвернулся. Миранда же опять вздохнула. Он был такой страстный и такой нежный, когда целовал ее. И он безумно желал ее, хотя и пытался скрыть это. Да-да, конечно же, он желал ее — она ведь это чувствовала, когда прижималась к нему. А сейчас он даже не хотел смотреть на нее…

— Почему вы остановились? — спросила она.

— Потому что я ваш опекун, Миранда. Она немного помолчала, потом сказала:

— Да, опекун. И что же?

Он наконец-то повернулся к ней и пристально посмотрел ей в глаза.

— Вы очень красивая девушка, Миранда. Но у вас должна быть возможность выбора. Если бы я не остановился, то тем самым погубил бы вас.

— Может, любой другой мой выбор принес бы мне еще больше страданий, — возразила Миранда.

— Вы недостаточно хорошо меня знаете, — проговорил Деймиен. — Узнай об этом ваш дядя, он бы меня убил.

Она рассмеялась, однако промолчала. Он улыбнулся и добавил:

— Пожалуй, мне пора идти.

— Куда?

— Я переночую в конюшне.

— Но, Деймиен…

Он поднялся с постели.

— Не беспокойтесь, у них наверняка есть сеновал, где я…

— Нет! — Она обхватила его руками. — Останьтесь! Я больше не буду так себя вести. Даю слово.