Сабрина Джеффрис - Коварный повеса

— Проверьте сначала садовый павильон. Это единственное уединенное место в парке. Когда найдете их, сразу же скажите леди Тарли, чтб она должна говорить, когда придет на обед.

— Хорошо, я все ей объясню, — ответила Мэдлин. С ее стороны это будет нечто вроде подвига, но она сделает все, что сможет.

— Виконт может прийти позже, — продолжила директриса. — Я уверена, он сумеет выкрутиться из любой ситуации, так что пусть сам придумает объяснение. Но только проследите, чтобы вы с леди Тарли пришли с другой стороны.

Снова кивнув, Мэдлин уже хотела идти, но миссис Харрис остановила ее.

— Потом дадите мне полный отчет о том, что вы видели.

Мэдлин почувствовала, что у нее пересохло во рту.

— Вы хотите, чтобы я шпионила за ними?

Щеки миссис Харрис порозовели.

— Я хочу знать, как закончился мой эксперимент. Тогда я смогу решить, что делать дальше.

О Боже! Все было плохо, очень плохо…

— Как пожелаете. — Мэдлин пожала плечами.

В ярости сжимая кулаки, она направилась к каретам. Затем, удалившись от всех подальше, быстро свернула на боковую тропинку, чтобы выйти к садовому павильону. Неужели ее планы вот–вот рухнут? И из–за чего?! Нет, она не позволит виконту помешать ей, она должна спасти папу, даже если ей придется криками отгонять от Энтони пышнотелую леди шлюху!

Приблизившись к павильону, скрытому за деревьями, Мэдлин услышала голоса и, замедлив шаги, стала прислушиваться. Да, миссис Харрис оказалась права — в павильоне находились виконт и леди Тарли. Однако голоса их вовсе не были воркованием — напротив, они звучали довольно враждебно.

Подкравшись к открытому окну, Мэдлин заглянула внутрь и увидела Энтони, стоявшего у центральной колонны. Скрестив руки на груди, он с мрачным выражением наблюдал за графиней, а та в этот момент говорила:

— Ох, Тони, раньше вы были совсем другой и…

— Перестаньте звать меня «Тони», — перебил виконт. — Вы прекрасно знаете, что я этого не люблю.

— И еще я знаю, что раньше вы были веселее. — Леди Тарли надула губки, но это, похоже, совсем не тронуло его. — Не могу поверить, что титул превратил вас в такого скучного человека, что вы даже не можете подарить девушке немного удовольствия.

Выругавшись, Энтони отошел от колонны.

— Вы не девушка, Китти. Вы замужняя женщина. А я не завожу интрижек с замужними дамами.

Она выпятила грудь:

— Даже с такими прелестями, как у меня?

— Даже с такими, черт возьми! Сколько раз нужно повторять, что адюльтер — это не для меня?

«Так, значит, у него все–таки есть какие–то принципы?» — думала Мэдлин, немного успокаиваясь.

— Уж если так, — резко проговорила леди Тарли, — то адюльтер — это единственное, чего вы избегаете! Какой глупый принцип для распутника…

— Что бы вы ни говорили, это действительно мое правило, и я никогда не нарушу его.

— Но граф вряд ли заметит, что я…

— Мне все равно! — прорычал виконт. — Мне наплевать, что ваш муж надоел вам в постели или что он игнорирует вас. Я не заинтересован в возобновлении нашей связи, и сегодня я ясно дал вам это понять уже не раз. — Он схватил ее за руку и попытался подвести к двери. — Вам пора вернуться. Я пойду следом через несколько минут. Мы же не хотим, чтобы кто–то догадался, что мы были вместе, не так ли?

— Почему же не хотим? — Высвободив руку, она заглянула ему в лицо. — Только не говорите, что вдова Харрис очаровала вас! Это бессмысленно, вы же знаете… Мой брат Чарлз хочет от нее чего–то большего — не просто покувыркаться в постели, поэтому она даже не посмотрит на вас. Кроме того, она никогда не позарится на такого развратника, как вы.

— Вот и хорошо. Потому что я совершенно не интересуюсь ею.

Леди Тарли заморгала. Потом ее глаза вдруг расширились.

— О Боже! — воскликнула она в ужасе. — Вы хотите соблазнить эту костлявую учительницу?!

Костлявую?! Мэдлин снова сжала кулаки. Как смеет эта особа называть ее костлявой?!

А леди Тарли между тем продолжала:

— Если так, то я положу этому конец. Скажу брату, что бы он выгнал эту наглую девицу! И он позаботится о том, чтобы миссис Харрис выгнала ее из своей школы.

И тут виконт, не выдержав, в гневе закричал:

— Вы не сделаете ничего подобного, мерзкая тупица!

Он легонько толкнул леди Тарли к каменной скамье, и графиня, попятившись, уселась. Виконт же, угрожающе нависая над ней, продолжал:

— Если вы скажете хоть что–нибудь о мисс Прескотт, если она из–за вас потеряет свое место, я заставлю вас пожалеть об этом. Эта женщина нужна мне… для моих планов, черт побери!

«Нужна для моих планов». От внезапной боли в груди Мэдлин задержала дыхание. Но почему же она так реагирует? Ведь они с Энтони действительно заключили договор… Да, конечно, но слышать, как он заявляет об этом так прямо… О, это ужасно!

— Вы никак не сможете мне помешать, — усмехнулась леди Тарли.

— Думаете, не смогу? — Угроза в голосе Энтони удивила Мэдлин. — Нет сомнений, графу будет интересно узнать о вашем друге с Бонд–стрит, о том, который одалживает вам деньги для игры в карты и не берет с вас проценты. То есть не берет до тех пор, пока вы предоставляете ему кое–какие услуги.

Леди Тарли побледнела как полотно.

— Вы не посмеете…

— Нет, я посмею, моя дорогая. И с превеликим удовольствием.

Мэдлин в волнении затаила дыхание — ведь Энтони сейчас защищает ее, пусть даже только потому, что она «нужна для его планов».

— Иногда вы можете быть таким… Ах, вы просто ужасный человек, — пробормотала графиня, поднимаясь со скамьи. — Что ж, прекрасно. Если хотите, берите ее. Все равно эта костлявая учительница недолго будет удовлетворять вас в постели. А когда вы приползете на коленях ко мне, вам придется ждать очень долго, прежде чем я вас прошу.

Вскинув подбородок, леди Тарли направилась к двери.

— И еще одно, Китти, — сказал виконт ей вдогонку.

Графиня поморщилась и, остановившись, повернулась к нему.

— Говорите же…

— Так вот, миледи, советую запомнить: любая попытка шантажировать меня повредит только вам. Если вас спросят, где вы были, скажите, что осматривали свое любимое местечко в саду. Одна. А меня вы не видели. Понятно?

Леди Тарли выглядела так, будто была на грани апоплексического удара. Не сказав ни слова, она кивнула и вышла из павильона.

Мэдлин тут же прижалась к стене, чтобы леди Тарли ее не заметила. Она прекрасно помнила наставления миссис Харрис, но последовать за графиней не посмела. Та решила бы, что она пришла сюда для свидания с Энтони. Пусть уж лучше графиня говорит то, что велел ей Энтони. К тому же очень может быть, что никто даже и не заметил ее отсутствия.

Мэдлин вздохнула. Никто, кроме миссис Харрис. И, конечно же, она заметит и возвращение графини.