Барбара Картленд - Звезды над Тунисом

Когда тягостная процедура похорон осталась позади, Виктор уехал из Куина в Лондон и поселился в доме Бурнов на Парк-лейн.

Он прекрасно понимал, что не только семья смотрит на него как на рог изобилия.

Королева, премьер-министр, министр иностранных дел и неизбежно большое количество его друзей в Уайт-клубе смотрели на нового маркиза точно так же.

Их слишком много, цинично думал Виктор, и слишком это все унизительно.

То, что люди заискивают перед ним лишь потому, что он богат и влиятелен, было ему неприятно вдвойне по сравнению с той жизнью, которую Виктор вел за границей.

Там человека уважали за его личные качества, а наличие собственности имело второстепенное значение.

В конце концов, когда Виктор распечатал одно за другим письма от государственных деятелей, начиная с премьер-министра, и все прочие, требующие его внимания, он не выдержал и сбежал.

Маркиз так часто делал это раньше, что это не представляло для него никаких проблем.

Он уехал из Лондона, только своему секретарю сообщив, куда едет.

Виктор сделал остановку в Париже, чтобы захватить Жанну Бове, и с ней отправился на виллу своего отца близ Эзе, где собирался спокойно подумать о будущем.

В одном он был абсолютно тверд: он ни за что не женится.

Еще до отъезда из Англии Виктор получил письмо от своей тетушки, герцогини Уэйбриджской.

Я очень хочу, чтобы ты пообедай со мной в среду. Хочу познакомить тебя с очаровательной девушкой, дочерью герцога Халльского. Она бы замечательно тебе подошла и стана бы идеальной хозяйкой Куина. Она очень мило говорит по-французски и по-итальянски, и при твоем интересе к языкам ты, безусловно, найдешь с ней много общего.

Дочитав письмо, маркиз откинул голову и засмеялся.

Интересно, что скажет герцогиня, если он сообщит ей, что женится только на девушке, знающей японский, русский и африкаанс?

Нет, сказал он себе, это было бы жестоко.

Но еще более жестоко пробудить в девушке надежды, соглашаясь встретиться с ней за обедом, потому что это только поощрит ее смотреть на Виктора как на своего будущего мужа.

Ощущение, что на него давят, что его преследуют и чуть ли не силой принуждают жениться, так ужаснуло новоявленного маркиза, что он бросился искать Жанну, как будто она могла защитить его.

К счастью для Виктора, никто в тот момент не занимал исключительного положения в ее жизни.

Поскольку в прошлом они не раз очень весело проводили время, Жанна охотно приняла приглашение маркиза поехать с ним на Лазурный берег.

Виктору ив голову не пришло, что она будет изнывать от тоски без казино.

Или что ей захочется покрасоваться в богатом обществе, которое всегда наполняет Монте-Карло в это время года, делая его самым очаровательным и дорогим местом для отдыха в Европе.

Увы, маркиз не учел, что он в трауре по отцу.

Его сочли бы крайне бессердечным, если бы он стал принимать приглашения на званые обеды и прочие светские рауты в ближайшие два-три месяца.

Несомненно, на него устремилось бы немало недоуменных взглядов, появись он в чьей-нибудь частной гостиной под ручку с очаровательной французской кокоткой.

Маркиз вдруг осознал, что Жанна безумно скучает, если он не занимается с ней любовью.

И это еще не все. С нежданной горечью Виктор обнаружил то, чего не замечал раньше: красавица мало что могла сказать, помимо остроумных замечаний, которые неизбежно касались l'amor , или комплиментов ему за его опыт в том же вопросе.

— Я ошибся, — Сказал себе маркиз.

Он заверил Жанну, что нисколько не обидится, если она оставит его и уедет в Монте-Карло, где, он не сомневался, ей и дня не придется скучать в одиночестве.

Теперь Виктор остался один и снова спрашивал себя, что делать.

Долг требовал, чтобы он вернулся в Англию.

Он должен принять на себя обязанности, которые ждут его, и постараться сделать их такими же интересными, как поиски давно забытого храма посреди джунглей.

Виктор много лет провел в исследованиях, он был первым белым человеком, поднявшимся по не отмеченной на карте реке, он открыл племя, прежде неизвестное другим исследователям.

Он так часто бывал на волосок от смерти, что сама мысль о том, чтобы «остепениться», ужасала его.

И сейчас его преследовало неприятное чувство, что люди никогда больше не будут говорить с ним нормально.

Они всегда будут перенимать тот почтительный тон, который внушал его отец не только из-за титула, но и потому, что понимал свою собственную важность.

— Я хочу быть самим собой, — сказал маркиз солнечным бликам, вспыхивающим на море.

И будто еще чей-то голос добавил:

— А еще хочу, чтобы любили меня самого, а не мое богатство.

В его жизни было много женщин, в основном подобных Жанне, потому что им можно заплатить и оставить без слез и упреков.

Были и иноземки, которые находили Виктора неотразимо привлекательным, но они были для него просто случайным капризом, и, расставшись с ними, маркиз больше о них не вспоминал.

По никогда и речи не шло о его знакомстве с женщиной, которую Виктор хотел бы постоянно видеть в своей жизни и которая не ограничивала бы его в путешествиях — часто лишенных удобств, изнурительных и опасных.

— Что же мне делать? — вопросил маркиз дивный пейзаж, как будто само море могло дать ответ, или чайки, мелькающие над головой, могли подсказать верное решение.

Внизу стояла в гавани яхта его отца, которой тот пользовался всего по несколько недель в году, но которая всегда была готова к отплытию просто на случай, если ему захочется покататься.

«Вот как живут богачи!»— с улыбкой подумал маркиз.

Он вспомнил, как часто бывал без денег, потому что отец перестал выплачивать ему содержание.

А это значило, что он был вынужден снимать самые дешевые комнаты, часто кишащие паразитами, и плавать на старых развалинах, грозящих вот-вот утонуть.

Однажды в пустыне Виктору пришлось делить палатку с очень грязным арабом.

Теперь у него было шесть собственных домов, несколько больших конюшен, и перед отъездом из Англии он подумывал; а не купить ли легковой автомобиль?

— Как я смею жаловаться на судьбу? — вслух спросил маркиз.

Он представил себе Куин и все, что с ним связано, премьер-министра и королеву в образе больших пауков, готовых поймать его в свою паутину.

Потом взглянул на горизонт, туда, где море встречается с небом, и понял, чего он хочет.

Оставался вопрос, какой выбрать маршрут.

Но в данный момент, насмешливо подумал маркиз, лучший способ найти ответ — это подбросить монету, и пусть она решит за него.

— Поехать мне на север или на юг? — спросил он Парок.

Вот так же Виктор спрашивал их, когда терялся в лесу или в пустыне и знал, что, прими он неверное решение — и его кости останутся гнить в этих гиблых краях.