Хиллари Эскотт - Испытание любви

Та повернулась к слегка притихшей Франческе.

— Если посмеешь подойти ко мне ближе чем на пять метров, я упеку тебя за решетку! — резко, но с достоинством предупредила она, что было не так-то легко, учитывая взбудораженные нервы.

Джеймс препроводил итальянку на улицу, а Мей тем временем взглянула на перевернутые тарелки и мокрые осколки стекла на полу.

— Я прошу прощения за весь этот беспорядок. Она открыла сумочку и вынула бумажник, но метрдотель замахал руками.

— Что вы, мадам! Ни в коем случае. Сейчас я распоряжусь подать новые блюда.

— Благодарю, но я должна вернуться на работу. — Мей хотелось поскорее оказаться на свежем воздухе.

— Вам следует дождаться детектива.

Да! Телохранитель! Он непременно доложит Косте о нынешней стычке, поморщилась Мей. И тогда мне придется держать ответ.

Действительно, вновь появившись в ресторане, Джеймс Патерсон первым делом поинтересовался у метрдотеля, где находится телефон, и отправился в другой конец зала звонить своему работодателю. Быстро переговорив с мистером Киприади, он повернулся к Мей и вежливым жестом попросил подойти.

— Ваш супруг хочет вам что-то сказать, мэм, — сообщил детектив, протягивая трубку.

— Послушай, что за игры ты устраиваешь? — резко спросил Коста, услыхав голос жены.

— Защищаю свою собственность, — произнесла Мей как можно спокойнее и услыхала на том конце провода приглушенное ругательство.

— Не остри!

— Да ничего особенного не случилось. Артиллерия прибыла вовремя.

— Мей! — рявкнул Коста. — Мне вовсе не смешно!

— Я и не пытаюсь рассмешить тебя.

— Закрывай бутик и марш домой!

— Это еще почему? Со мной абсолютно все в порядке.

— Мей…

— Если ты собираешься совершить убийство жены, то с этим вполне можно подождать до вечера.

Наступившая в трубке тишина казалась почти осязаемой. Мей словно наяву видела, как Коста пытается взять себя в руки.

— Ладно, поговорим позже. А пока я велел Джеймсу не отходить от тебя ни на шаг. Ясно?

Детектив понял инструкции таким образом, что ему следует лично присутствовать внутри бутика. На виду у покупателей!

Линда разволновалась, увидев красное пятно на щеке Мей. Она принесла из холодильника лед, заставила приложить к пылающей коже и настояла на том, что останется в магазине до закрытия.

Франческа больше не появлялась и не звонила. Позже Джеймс словно под конвоем отвел Мей к автомобильной стоянке, а потом следовал за «фордом» на таком близком расстоянии, что почти касался его бампером своего джипа.

Коста встретил жену на крыльце. Взяв ее лицо в ладони, он внимательно оглядел его, не обращая внимания на сердитый взгляд. На щеке уже проступил едва заметный синяк.

— Уж не сломала ли эта мерзавка тебе челюсть? — озабоченно пробормотал Киприади. — Скажи, ты не испытываешь боли, когда говоришь?

Мей пожала плечами.

— Вроде нет. Только немножко щиплет. Муж крепко взял ее за руку и повел в кабинет. Закрыв дверь, он повернулся к Мей.

— А теперь ты должна рассказать мне, как тебя угораздило оказаться за одним столиком с Франческой.

Начинается допрос третьей степени, пронеслось в голове Мей. Придется, видно, расколоться.

— Накануне я сама позвонила ей и пригласила на встречу.

На лице Косты появилось изумленное выражение. Он молча направился к столу и присел на краешек.

— Не понимаю, зачем тебе это понадобилось? — Вопрос был задан мягким тоном, однако Мей ощутила в нем для себя скрытую опасность.

— Я устала быть жертвой. Франческа единолично правит бал. Поэтому, пораскинув мозгами, я пришла к выводу, что пора потолковать с красоткой. Объяснить, что с меня достаточно.

— И ты пошла на это, зная, что я уже предпринимаю шаги по удалению ее из страны? — Взгляд Косты был холоден как лед. — А также, что Франческа непредсказуема и потому опасна?

— Я ни минуты не оставалась с ней наедине, — заметила Мей. — Кроме того, Джеймс был рядом и вовремя вмешался.

По лицу Косты пробежала тень.

— А тебе не приходило в голову, что могло случиться, если бы его не было поблизости?

Мей гордо выпрямилась.

— Если допрос окончен, то я, с твоего позволения, пойду приму душ и переоденусь.

С этими словами Мей направилась к выходу, однако Коста соскочил со стола и поймал ее у самой двери. Стиснув плечи жены, он легонько тряхнул ее, заставляя взглянуть ему в глаза.

— Дай слово, что подобного безрассудства больше не повторится.

Коста стоял близко, слишком близко к Мей. Ее сердце забилось сильнее, однако она продолжала спокойно смотреть на мужа, пока тот пожирал взглядом ее лицо.

Мгновения текли, и Мей стало трудно дышать. Ее глаза словно приклеились к глазам Косты. Они были сердитыми, почти злыми, но одновременно очень трогательными.

— Я подумаю.

Он скрипнул зубами.

— Ну довольно! — рванулась Мей. — Отпусти меня!

Глаза мужа побелели от гнева.

— Ужин будет готов через полчаса. В театре мы должны быть к восьми.

Мей едва не взвыла от досады. Театр! Она совсем забыла о пьесе. Но не пойти было невозможно, потому что режиссер их хороший знакомый.

— Я не голодна, — устало произнесла Мей. За последнее время на ее хрупкие плечи лег слишком тяжелый груз. И пережить пришлось немало. Казалось, с момента появления настырной итальянки прошла целая вечность.

— Если через полчаса ты не спустишься в столовую, я приведу тебя туда силой.

Голубые глаза Мей гневно сверкнули.

— Не пытайся разыгрывать из себя домашнего деспота.

— Мей! — предупреждающе произнес Коста.

— Оставь меня в покое!

Коста сразу отпустил жену, и она покинула кабинет.

Неспешное принятие душа во многом способствовало восстановлению утраченного равновесия. Выйдя из ванной, Мей надела свежее белье, натянула джинсы и майку и спустилась в столовую.

Сегодня Молли приготовила рагу из кролика, а также салат из огурцов, помидоров и сладкого перца. От витавшего в воздухе аромата текли слюнки, поэтому Мей не заставила себя долго упрашивать, а сразу присела к столу и стала с аппетитом есть.

Еще в ванной она придумала несколько нейтральных тем для разговора, однако сейчас отказалась от всех.

— Что молчишь? — спросил Коста.

Мей подняла голову, встретила его взгляд и удерживала несколько секунд. Затем опустила глаза в тарелку.

— А о чем говорить? После сегодняшней схватки с Франческой я чувствую себя разбитой.

— Звонила твоя мать. Она хотела поговорить с тобой, но потом сказала, что успеет сделать это сегодня вечером.