Дорин Малек - У алтаря любви

– Юлия, я знал, что это будет именно так, впервые увидев тебя, уже тогда знал это.

Как в бреду, девушка отодвинула ткань его туники и поцеловала ямочку у основания шеи – от него исходил мужской запах мускуса, губы ощутили солоноватый вкус кожи, ее глаза закрылись от наслаждения. Желая большего, нащупала руками пояс, собираясь расстегнуть его, – голова безвольно упала на его плечо.

Марку казалось, что он погиб: застонав, провел руками по ее стройному телу и поднял платье к коленям, продолжая ласкать дрожащими руками. Юлия хотела его, почти сходила с ума от желания, и мужчина чувствовал это: ее тело отвечало на каждое его прикосновение, словно лира под пальцами музыканта, исполняя прекрасную мелодию. Но перед ним была девственница, и ему не хотелось причинить ей боль – нельзя торопиться, применять силу, иначе можно навсегда потерять ее.

Юлия, приподняв отяжелевшие веки, взглянула на него – ее лоб покрылся капельками пота. Марк чувствовал очертания ее тела, и ему хотелось раздеть ее. Она обвила его бедра ногами – нет, он не должен торопиться. Сдерживая себя, крепко обнял ее, заставляя себя быть терпеливым.

Неожиданно в дверь постучали.

Они замерли: Марк почувствовал, как страсть уходит из податливого тела девушки, внешний мир снова вторгся в их жизнь, напомнив о себе.

– Ответь, – тихо прошептал он ей на ухо.

– Кто там? – спросила Юлия нетвердым голосом.

– Госпожа, я принес постельное белье, как вы и просили, – послышался голос Нестора. – Можно внести его?

Марк отстранился от Юлии и приложил палец к ее губам.

– Подожди, выйду из комнаты, – прошептал он. – И ты впустишь его.

Юлия кивнула, но, дрожа от страха и поправляя платье непослушными пальцами, только с третьей попытки застегнула застежку на левом плече, быстро подобрала с пола брошенную вуаль и накидку, а Марк тем временем выскочил через дверь на галерею; приведя одежду в порядок, сделала несколько глубоких вдохов, а затем только направилась к двери и открыла ее.

Нестор удивленно уставился на нее.

– Госпожа Юлия! Я думал, здесь госпожа Сеяна.

– Я отдыхала после визита врача. Давайте белье. – Юлия поразилась, но голос ее прозвучал естественно.

Слуга протянул стопку белья.

– Извините, что потревожил вас.

– Все хорошо. Спокойной ночи.

– Спокойной ночи, – ответил слуга и побрел назад через зал. Юлия закрыла за ним дверь и, совершенно обессиленная, прислонилась спиной к двери, закрыв глаза, с бешено стучащим сердцем в груди. Через несколько секунд дверь на галерею открылась, и в комнату вернулся Марк.

– Все уладилось? – спросил он.

Юлия кивнула и без сил упала в его объятия – ее била дрожь, он крепко держал ее, пока она не прекратилась.

– Марк, как мы можем продолжать встречаться? – наконец произнесла она, отстраняясь и заглядывая ему в лицо. – Мы ловим счастливые моменты для встреч, словно отверженные! Я негодую, потому что чувствую себя преступницей каждый раз, когда встречаюсь с тобой. И все же, кажется, другого пути у нас нет. Одна мысль, что не увижу тебя, кажется невыносимой.

– Надо найти другой способ встреч, – твердо заявил центурион.

– Какой?

– Еще не знаю, но придумаю.

Он повел ее назад к постели, страсть его остыла, ему очень хотелось успокоить ее.

– Что ты имеешь в виду? – задала вопрос Юлия, когда они опустились на край постели.

– Могли бы уехать из Рима куда-нибудь еще.

– Но ты же умеешь только воевать, Марк, как мы проживем?

– Я не такой уж беспомощный, Юлия. Например, мог бы стать наемником.

– Где?

– Может быть, в Британии. Местные племена там все время сражаются друг с другом, мелкие царьки постоянно ссорятся между собой из-за территорий. Мой военный опыт, уверен, вызовет у многих интерес.

– Но Марк, ты сделал здесь блестящую карьеру, прославленный герой, участвовавший во многих триумфах. Неужели сможешь отказаться от всего этого ради меня?

Он нежно убрал золотисто-рыжие волосы от ее лица.

– Для меня это уже не имеет такого значения, как раньше, – тихо проговорил он.

– А переживешь ли позор, если нас разоблачат до того, как мы сумеем скрыться? – с тревогой спросила Юлия. – Насколько мне известно, римский воин не может перенести его.

– Ради тебя вынесу все, – ответил центурион.

В дверь снова постучали, и женский голос сказал:

– Это я, Ларвия.

– Входи, – отозвалась Юлия.

Когда Ларвия вошла, Марк поднялся на ноги.

– Нестор был здесь? – встревожено спросила она.

Юлия кивнула.

– И он видел… – начала она, но Юлия ее прервала.

– Нет. Марк скрылся через дверь на галерею. Ларвия облегченно закрыла глаза.

– Жаль, что так получилось: я попросила его принести белье, имея в виду утро, но его усердие чуть не испортило все. Когда он сообщил, что приходил сюда и увидел тебя, то испугалась до смерти.

Марк наклонился и поцеловал Юлию в щеку.

– Мне надо идти, Юлия. Следует вернуться в казармы до смены караула. В следующий раз постараюсь остаться подольше.

Юлия кивнула.

– Госпожа Сеяна, благодарю вас, – сказал Марк и снова взглянул на Юлию. – Увидимся в следующий базарный день, – добавил он и вышел через дверь. Юлия проводила его глазами, а затем повернулась к сестре.

– Все могло быть гораздо хуже.

– Да.

– Наверное, мне нужно предпринять меры, чтобы этого больше не случилось.

Юлия вздохнула.

– Что ты можешь предпринять?

– Когда вы будете здесь находиться, могу поставить у дверей охранника.

Юлия изумленно посмотрела на сестру.

– Но тогда же придется довериться ему. Кто у тебя есть на примете?

– Мой телохранитель.

– Ларвия, что ты говоришь? – изумленно ахнула Юлия. – Он галл, и к тому же раб.

– Раб, который получит документы об освобождении только тогда, если прослужит три года. Он выполнит мою просьбу и будет хранить молчание.

– Не знаю, Ларвия… Думаю, рискованно.

– А я так не считаю. Нет ничего важнее для него, чем освобождение, все остальное безразлично: спишь ли ты с воином, уборщиком улиц или с Помпеем Великим – он сохранит тайну, если я попрошу его об этом. Это самый лучший выход.

– В данный момент я ни с кем не сплю, – мрачно заметила Юлия.

Ларвия бросила на нее внимательный взгляд.

– Нестор помешал нам в самый критический момент, – продолжала с несчастным видом Юлия.

– Понимаю.

– Может быть, и к лучшему. Когда я думаю об этом… имею в виду, заниматься любовью… – дрожь наслаждения прошла по ее телу. – Так его хочу и одновременно боюсь.

– Но ведь не боялась, когда была рядом с ним? – задала вопрос Ларвия.

Юлия покраснела.