Сюзанна Баркли - Мятежный рыцарь

Он чуть не обнял ее, но вовремя спохватился.

– Почему вы здесь? – ласково спросил он.

– Жду вас.

Ему вдруг представилось, как он каждый вечер возвращается в крепость, а она с улыбкой ждет его.

– Я рад, – просто сказал он.

– И я. – Элис улыбнулась. – Вы были огорчены, когда уходили, и я хотела убедиться, что все в порядке.

– У меня все хорошо. Энид долго не засыпала?

– Нет, уснула сразу. – Элис села и откинула волосы с лица. – С ней Руби.

Неловким жестом Говейн намотал на палец завиток темных волос и ощутил запах розмарина.

– Вы помыли голову, – заметил он.

– Да. Я пыталась расчесать волосы, но заснула. – Элис вздохнула. – Боюсь, что эта задача мне не по силам.

Говейн взял деревянный гребень с широкими зубцами, который выстругал для себя, и стал расчесывать пряди ее волос, морщась, когда гребень застревал.

– Я никогда этого не делал, – как бы оправдываясь за свои неловкие действия, заметил он.

– Мне не больно.

Говейн погрузился в новое для него и такое, как оказалось, трудное дело. Он разбирал пряди пальцами там, где не проходил гребень. Постепенно он дошел гребнем до самой макушки и сразу почувствовал, как напряглась Элис. Стараясь не показать собственного волнения, Говейн осторожно положил руку ей на голову и провел гребнем сверху до завивающихся кончиков волос.

Она расслабилась.

– Как приятно… У вас так ловко получается!

– Это не трудно, – улыбнулся он. – Как будто чешешь конскую… – Тут Элис рассмеялась, а он закончил: —…гриву.

Она села, обхватив руками колени.

– Мне нравится, когда меня причесывают. Много лет это было для меня единственным способом соприкосновения с другим человеком.

Говейн провел пальцами по волосам Элис, погладил ей затылок. Раздался тихий стон.

– Вам плохо?..

– Это… чудесно…

Тогда Говейн, улыбаясь, стал поглаживать ей шею и подбородок. Приподняв ей голову, наклонился и нежно поцеловал ее в губы.

– Я мечтала об этом, – не открывая глаз, прошептала Элис, – мечтала, что окажусь рядом с человеком, чьи чувства не засасывают меня.

– Это потому, что мы хотим одного – подарить радость друг другу.

Она зарделась и от этого стала очень хорошенькой.

– Лысый принес плохие вести?

– Не совсем. Ранульф с большей частью воинов уехал из Истэма.

– Он едет сюда? – воскликнула она.

– Нет. Судя по всему, на восток.

– Почему туда?

– Чтобы попросить еще людей у какого-нибудь могущественного лорда.

– Возможно, он отправился к своему сюзерену, лорду Джеймсу. Говейн, напишите этому человеку и попросите его вмешаться! Если бы он знал.

Говейн фыркнул.

– Скорее всего, он даст Ранульфу людей, но мне важно совсем другое – мы должны поспешить с выходом на Малпас.

– Мы скоро отправляемся?

– Через пару дней.

– Говейн… может быть, лорд Джеймс поверит вам, когда узнает о злодеяниях Ранульфа?

Говейн отложил гребень и стал ходить взад и вперед по комнате.

– Это не важно. Не бойтесь – к тому времени, когда Ранульф соберет подкрепление, мы уже будем в Малпасе.

– Но он ведь может попытаться отбить его!

– Крепость неприступна.

– Тогда как же вы собираетесь ее завоевать?

– Хитростью. Малпас – песчинка по сравнению с Истэмом. Моего сводного брата это место интересует лишь по одной причине – он не хочет отдавать его мне. Но ради этого он не будет рисковать людьми и тратить деньги. – Говейн протянул Элис руку: – Пойдемте, я отведу вас в вашу комнату.

– Давайте еще посидим и поговорим.

– Мне тоже не хочется расставаться с вами, но нам обоим необходимо отдохнуть. Предстоят трудные дни, – сказал он, боясь, что не сможет сдержать разгорающуюся страсть.

– Я хочу дотронуться до вас. – Элис сняла тонкую кожаную перчатку, провела пальцами по его лицу и вскрикнула.

Этот болезненный крик пронзил ему сердце. Он обнял ее, стараясь одновременно не потерять самообладания.

– Простите…

– Ничего. – Она положила руки ему на плечи. – Я просто ощутила сильный жар. По щеке Элис скатилась слеза. – Я думала… я надеялась…

Он осторожно коснулся ее щеки.

– Вам лучше?

Она кивнула и слегка улыбнулась.

– Лорд Ранульф? Что привело вас? – спросил Гарет Соммервиль, уставившись на гостя.

– Печальные вести, милорд, – мрачно произнес Ранульф.

В огромной зале Рэнсфорда наступила тишина.

– Что-то случилось с Элис? – Леди Арианна вцепилась в край стола и побелела как полотно.

Ранульф застал их за вечерней трапезой. Управляющий хотел задержать прибывших, поскольку граф и графиня принимали дядю короля – герцога Джона Ланкастерского. Но Ранульф бесцеремонно прошел прямо в залу. Вглядываясь в лица Соммервилей, он прикидывал, как лучше преподнести случившееся и добиться желаемого результата, а именно – погибели Говейна.

Подумать только, а ведь он мог стать зятем Соммервиля, принимать членов королевской семьи! Будь проклят Говейн! Из-за него ничего не получилось.

– Она погибла.

– Погибла?! – Возглас Гарета эхом разнесся по зале и был подхвачен многочисленными слугами.

– Нет! – пронзительно закричала леди Арианна.

– Это правда. – Ранульф возвысил голос. – Ее убил злодей Говейн, мой брат. – И он начал излагать историю, которую придумал во время долгого пути. – Я привез тело домой, чтобы вы похоронили ее здесь, – заключил он.

– Я хочу посмотреть на нее. – Леди Арианна поднялась с кресла. – Не поверю, пока не увижу сама.

Ранульф подошел поближе к графу и произнес:

– Лучше не надо.

– О, Боже милостивый! – Леди Арианна упала на руки мужа, отчаянно рыдая.

Стенания и плач достигли такой силы, что у Ранульфа закружилась голова, но он не дрогнул. Гарет помог жене встать, и они вышли из залы. Седовласый воин по имени Уильям стал задавать Ранульфу вопросы.

– Я останусь только до похорон, – запинаясь, произнес Ранульф, – чтобы попрощаться с моей возлюбленной, и тут же отправлюсь преследовать негодяя.

– С вашей возлюбленной? – раздался скрипучий голос.

Ранульф поднял голову и встретился с жестким взглядом герцога Джона.

– Я… дело в том, что во время нашего путешествия между нами возникла привязанность и…

– Какая еще привязанность?! – воскликнул герцог, сверля Ранульфа пронзительными темными глазами.

– Ничего неподобающего, – заверил старика Ранульф. – Я… влюбился в нее с первого взгляда, и она оказала мне честь, признавшись в том, что я ей не безразличен. Но клянусь, я не дотронулся до нее!

– Еще бы! – хмыкнул герцог и сдвинул густые брови. – Продолжайте.

– В чем дело, ваша светлость? – Вернувшийся Гарет подошел к столу. – Ари уложили в постель, и я должен быть с ней, но сначала скажите мне, что вы узнали?