Диана Уайтсайд - Северный дьявол

Коллинз сжал губы. Мейтленд говорил невнятно из-за швов, которые были так близко от его губ. И от настойки опия, которую хирург использовал» чтобы его обездвижить. «Будь она проклята, проклята, эта сучка!»

– Главная часть поезда не уходит. Но мы отправляемся с этим грузовым составом, чтобы успеть на рабочий поезд. Это снегоочиститель, который идет перед пассажирским поездом, освобождая путь. Мы сэкономим меньше часа.

Здоровый глаз Мейтленда сверкнул.

– Достаточно, чтобы причинить неприятности.

– Или что-либо похуже, – согласился Коллинз. – Не сомневаюсь, Хамфрис устроит все на «Синей птице» именно так, как нам надо. Донован с самого начала раздражал его своими требованиями точной отчетности.

Мейтленд кивнул.

– Т-телеграфируй ему указания с п-поезда, чтобы он знал, что д-делать.

Сначала ему необходимо разделаться с этим ирландским выскочкой, а не с Рейчел Дэвис, как это ни печально. Крайне обидно, что поспешное нападение на ее убежище в личном вагоне Грейнджеров провалилось и стоило ему слишком большого количества его самых надежных людей – тем более что он узнал, что на самом деле она в тот момент находилась в шикарном частном отеле. Теперь у него не осталось ресурсов, чтобы открыто соперничать с Грейнджером.

Но у Донована есть возможность отдать его под суд за мошенничество или обрушить на его голову гнев банкиров Калифорнии и их весьма влиятельных союзников. Как бы то ни было, ему необходимо сначала уничтожить его, а потом уже сучку.

– Ты уверен, что Донован ничего не узнает?

Похоже, Мейтленд стал чувствовать себя лучше, раз способен принимать во внимание подобные моменты.

– Этот корабль прибудет в Сан-Франциско только через несколько дней. Но и потом подкупленный мной телеграфист не станет передавать ему обо мне никакой информации. Значит, Донован должен отправиться с корабля прямо на поезд, ни о чем не подозревая.

– Ты подкупил личного телеграфиста богача, который находится на другом конце страны? Отличная работа, отец!

Коллинз позволил себе быструю усмешку. Судя по звуку, двигатель паровоза стал работать мощнее.

– Похоже, наш транспорт готов. Завтрак тоже должны были приготовить. Ну что, уезжаем из этого жалкого городишки, сын мой?

Мейтленд кивнул.

– Когда будем возвращаться д-домой, давай поедем морем, как п-подобает Коллинзам, минуя эту клоаку, – сказал он.

У Коллинза болезненно сжалось сердце. Проклятие! Его сын должен был бы говорить с такой же уверенностью в себе, какая была у него неделю назад, до того, как Рейчел Дэвис его покалечила.

– Конечно, морем, – согласился Коллинз. – Триумф семьи всегда следует отмечать согласно традициям.

Первые лучи солнца осветили вестибюль, когда Рейчел спустилась туда, опираясь на руку Лукаса. Все с любопытством смотрели на них. Молодые люди приехали в город порознь и поспешно заключили брак.

Лукас гневно осмотрелся, вид у него был далеко не дружелюбный. Поэтому все перестали смотреть на молодоженов, притворившись, будто никого не интересует эта супружеская пара.

Рейчел удивленно на него посмотрела. Он раздражен и потому предостерег взглядом людей, чьим единственным преступлением было любопытство? Им грозит опасность? А может быть, у него есть для этого какая-то личная причина?

Хорошо хоть, что он устроил ей долгую горячую ванну и массаж, так что она способна идти, а не ковылять, словно древняя старуха. Прошло больше года с тех пор, как она спала с Элиасом, но даже и тогда ее страсть не бывала так полно утолена. Если бы Лукас не позаботился о ней с такой нежностью, тщанием и умением, она с трудом волочила бы ноги.

Темноволосый мужчина открыл перед ними входную дверь. Кожаная куртка красноречивее всяких слов говорила о том, кто он такой.

– Доброе утро, мэм, Грейнджер, – проговорил Митчелл по-виргински нараспев. Он держался также услужливо, как в тот момент, когда спас их от громил Коллинза. – У крыльца ждет кеб.

От холода у Рейчел перехватило дыхание. Воздух здесь был гораздо суше, чем в Бостоне с его морскими ветрами. Лукас привлек ее к себе и накрыл ее руки своими. Она была тронута его заботой, а вот примириться с тесной близостью к его пистолетам ей было гораздо труднее.

В этот ранний час улицы был пустынны. Несколько лавочников подметали тротуары перед своими магазинами или выкладывали образцы товаров. Один-единственный прохожий, явно не в лучшем состоянии, медленно плелся вверх по крутой улице к гостинице.

Лукас все время был настороже, ведя Рейчел вниз по ступеням крыльца. Она удивлялась его странной реакции на обычную уличную сценку.

Когда он стал осматривать крыши, Рейчел хотела спросить его, в чем дело, но первым заговорил Митчелл:

– Наши люди заняли господствующие позиции, но беспокоиться о снайперах нет особой нужды: Коллинз утром уехал.

Лукас пристально посмотрел на него, но промолчал. Лишь когда они сели в кеб и направились к железнодорожному вокзалу, спросил:

– Уехал? Но пассажирский поезд уходит только после полудня!

– Он прицепил свой личный вагон к грузовому составу.

Рейчел изумилась:

– Они идут очень медленно и сходят на запасные пути всякий раз, когда надо проехать пассажирскому поезду!

Митчелл пожал плечами:

– Мне это тоже показалось странным, потому что ему вряд ли удастся сохранить разрыв достаточно долго.

– Как долго ему это удастся? – спросил Лукас. Он обнимал Рейчел за плечи и использовал свое тело как амортизатор, оберегая ее от рывков и ударов наемной кареты. – Ты помогал Гиллеспи отправлять грузы через Скалистые горы. Что скажешь?

– Если принять во внимание расписание поездов и погоду? Один день, если погода не ухудшится.

– Что позволит ему добраться до Шайенна первым. Или даже до Ларами, – в раздумье проговорил Лукас. – И тогда он сможет успеть на рабочий поезд со снегоочистителем.

– А мы поедем с главным составом, несколькими милями дальше, – подтвердил Митчелл.

Наступившее молчание было мрачным.

– О чем вы говорите? Разве снегоочиститель не прицепляют прямо к пассажирскому поезду? – удивилась Рейчел.

Лукас посмотрел на нее – и его черты стали намного суровее, чем этим утром в спальне их гостиничного номера.

– Нет, зимой «Юнион Пасифик» делит свои большие поезда, идущие с востока на запад, на три части. Сначала рабочий поезд со снегоочистителем и теплушкой с людьми, которые будут отгребать снег.

– А спустя примерно час идет главный состав с пассажирами первого класса. Еще через шесть часов – состав для эмигрантов, – сказал Митчелл.

Рейчел кивнула, мысленно представляя себе разницу в вагонах. Пассажиры первого класса едут в условиях, которые соответствуют уровню лучших отелей. А вот составы для эмигрантов еще хуже тех перенаселенных нищих трущоб, которые сгорели в Бостоне несколько месяцев назад.