Джулия Куин - В погоне за наследницей

— Почему?

— Посмотри на свою лодыжку.

— Это не имеет никакого отношения к…

— Все имеет отношение к…

— Так-так, — раздался от дверей протяжный голос. — Значит, беседуем?

Джеймс поднял голову.

— А, привет, Рейвенскрофт.

— Куда ты подевался утром?

Джеймс протянул ему газеты, которые привез из города.

— Я ездил наводить справки о нашей мисс Трент.

— Она не наша мисс Тр…

— Прости, — с кислой улыбкой перебил Джеймс, — о твоей мисс Трент Каролина сделала обиженное лицо.

— Я не…

— Глупый разговор, — прервал его Блейк.

— И я так думаю, — согласилась Каролина. Потом указала на заметку о ней и сказала:

— Смотрите, что привез маркиз.

— Мне казалось, я говорил тебе, чтобы ты звала меня Джеймс — Маркиз звучит отлично, — возразил Блейк. — А что в этой чертовой заметке?

Джеймс протянул ему газету.

— Она здесь совсем не похожа.

— Ты уверен? — ангельским голосом спросил Джеймс.

— Конечно. Любой дурак заметит, что глаза нарисованы слишком близко друг к другу, и рот не такой. Если художник действительно хотел сделать похожий портрет, он должен был изобразить ее с улыбкой на лице.

— Вы так думаете? — с восторгом спросила Каролина.

Блейк нахмурился, явно сердясь на самого себя.

— Можно не беспокоиться, что тебя разыщут по этому рисунку. Кроме того, никто не знает, что ты здесь. Да и кому волноваться? Здесь не сказано ни слова о награде.

— Никакого вознаграждения? — воскликнула Каролина. — Ах он, старый скупер…

Джеймс громко расхохотался, и даже Блейк, хоть и злился, не смог скрыть улыбки.

— Нет, мне совершенно все равно, — заявила она, — что он не предложил вознаграждения. Я даже этому рада.

Здесь я чувствую себя гораздо счастливее, чем когда-либо со своими опекунами.

— И я бы чувствовал себя неплохо, — сухо заметил Блейк, — если бы Перривик и миссис Майкл обращались со мной так же, как с тобой.

Каролина повернулась к Блейку, и на ее лице появилась ехидная улыбка. Искушение сказать колкость было столь сильно, что она не смогла ему противостоять.

— Видимо, это зависит от человека.

Блейк начал было что-то говорить, но замолк и рассмеялся, а Каролина внезапно почувствовала себя счастливой оттого, что заставила этого мужчину смеяться. Она нуждалась в нем, в его защите, нуждалась в укрытии, которым стал ей этот дом. — Но что-то подсказывало ей, что и Блейк Рейвенскрофт тоже чуточку в ней нуждается.

В его душе зияла рана, может быть, более глубокая, чем в ее. Она улыбнулась ему и тихо сказала:

— Жаль, что вы редко смеетесь.

— Ты уже это говорила, — буркнул он.

— И была права. — Каролина от волнения всплеснула руками. — Возможно, я во многом ошибаюсь, но здесь я права. Ни один человек не может жить без улыбки так долго, как вы.

— Откуда ты это знаешь?

— Что человек не может жить без улыбки или что вы давно не смеялись?

— И то и другое.

Она на мгновение задумалась и сказала:

— Что касается вас, то я могу сказать только то, что уже сказала. Когда вы смеетесь, у вас такой удивленный вид, словно вы не верите, что можете быть счастливым.

Глаза Блейка изумленно расширились, и он машинально прошептал:

— Да.

— А что касается другого вашего вопроса… — Печальная, задумчивая улыбка появилась на лице Каролины. Она помолчала, подбирая подходящие слова. — Я знаю, как тяжело переживать душевную боль.

— Правда?

— И я знаю, что вам придется научиться смеяться и вновь обрести покой. Я обрела его… — Она покраснела. — Впрочем, это не важно.

— Нет, важно, — решительно произнес Блейк. — Расскажи мне.

Каролина неуверенно оглянулась.

— Что случилось с маркизом? Похоже, он опять исчез.

Блейк не обратил внимания на ее слова. У Джеймса был талант исчезать, если в этом возникала необходимость.

— Расскажи, — повторил он.

Каролина отвела взгляд, не понимая, почему ей так хочется излить душу перед этим человеком.

— Я нашла покой в ночном небе. Этому научила меня мать. Всего лишь простая уловка, но… — Она посмотрела ему в глаза. — Я, наверное, кажусь вам глупой.

— Нет, — ответил Блейк, чувствуя, как какое-то странное тепло окутывает его. — Мне кажется, это самая умная вещь из тех, что я слышал за последние годы.

Глава 9

Ут-раж-ный (прилагательное). Выдающийся в плохом смысле; вопиющий, отвратительный.

Мой рот часто произносит утражные слова, которые не следует употреблять в приличном обществе.

На следующий день лодыжка у Каролины болела гораздо меньше, но ей все еще требовалась палочка для ходьбы. О том, чтобы завершить начатое в библиотеке, не могло быть и речи — она и без книг еле передвигалась. Бог знает, что она еще натворит, если примется за дело с распухшей ногой.

Накануне за ужином Джеймс обмолвился, что она могла бы нарисовать план комнат в Пруитт-Холле. Когда она спросила об этом Блейка, который во время еды не проронил ни слова, он утвердительно хмыкнул. Сгорая от нетерпения поскорее выполнить просьбу своих хозяев, она села за стол в голубой комнате и принялась рисовать.

Вычертить план, однако, оказалось труднее, чем она предполагала, и вскоре пол в комнате покрылся скомканной бумагой. Потратив полчаса на безуспешные попытки нарисовать чертежи, она в сердцах воскликнула:

— Теперь я буду уважать и ценить архитекторов!

— Прости, что?

Каролина смущенно подняла голову. В дверях стоял Блейк, и Каролина не могла с уверенностью сказать, забавляется он или злится.

— Я разговаривала сама с собой, — запинаясь, произнесла она.

Он улыбнулся, и Каролина с облегчением решила, что он забавляется.

— Я догадался, — сказал Блейк. — Кажется, что-то насчет архитекторов.

— Я пыталась нарисовать план Пруитт-Холла для вас и маркиза, — пояснила она, — но у меня не получается.

Он подошел к столу и посмотрел ей через плечо на очередной рисунок.

— В чем проблема?

— По-моему, мне не удается правильно передать размеры комнат. Я.., я… — Она проглотила подступивший к горлу комок. Блейк стоял так близко, что его запах всколыхнул в ней воспоминание о поцелуе. От него пахло сандалом, мятой и еще чем-то, что она не могла определить.

— Ну? — напомнил Блейк.

— Я , ах.., видите ли, очень трудно передать форму и размер комнат одновременно. — Она указала на чертеж. — Я начала с комнат западного крыла, но мне кажется, что я ошиблась, потому что…

Он наклонился еще ближе, и она потеряла мысль.

— Что «потому что»? — тихо переспросил он.