Джулия Куин - В погоне за наследницей

— О, не беспокойтесь, мисс Трент, — прервал ее Перривик, — он грозится выгнать меня чуть не каждый день.

— На этот раз я выполню угрозу, — прошипел Блейк.

— Это он тоже говорит каждый день, — заметил Перривик, и Каролина усмехнулась в ответ.

— Я перенесу их в другую комнату, — внезапно сменил тему Перривик, собирая чашки на поднос. — Чай будет вас ждать в зеленой гостиной.

— Как я туда попаду? — проворчала Каролина, глядя вслед исчезнувшему в холле дворецкому. — Наверное, останусь без чая.

Не говоря ни слова, Блейк сгреб ее в охапку и поднял на руки.

— Если хочешь чаю, — еле сдерживаясь, произнес он, — ты его получишь. Даже если мне придется идти за дворецким в Борнмут.

— Я не думала, что вы такой покладистый, — сухо заметила Каролина.

— Не дразните меня, мисс Трент. На случай, если вы еще не заметили, мое терпение почти иссякло.

— Я заметила.

Блейк недоверчиво посмотрел на нее.

— Удивительно, как это никто до сих пор не убил тебя.

Он пронес ее через холл и вошел в зеленую гостиную, а Каролина всю дорогу крепко держала его за шею.

Никакого чая там не было.

— Перривик! — взвыл Блейк.

— Мистер Рейвенскрофт! — раздался издалека голос дворецкого.

— Где он? — не удержалась от вопроса Каролина, вертя головой и оглядываясь по сторонам.

— Бог знает, — с досадой проговорил Блейк и крикнул:

— Где ты, черт по… А, вот ты где, Перривик!

— Вы появились так незаметно, — с улыбкой произнесла Каролина.

— Это один из самых полезных моих талантов, — ответил Перривик, стоя в дверях. — Я взял на себя смелость накрыть чай в голубой комнате. Я подумал, что мисс Трент будет приятен вид на океан.

— О, мне, несомненно, понравится, — с восторгом сказала Каролина. — Спасибо, Перривик, вы такой заботливый.

Перривик поклонился, а Блейк нахмурился.

— Могу я сделать еще что-нибудь для вас, мисс Трент, чтобы вы чувствовали себя как дома? — осведомился Перривик.

— Ей уже хорошо, — буркнул Блейк.

— Совершенно ясно, что…

— Перривик, тебе не кажется, что горит западное крыло?

Перривик заморгал, понюхал воздух и недоуменно уставился на хозяина.

— Я не чувствую никакого запаха, сэр.

— Если оно не горит, то его следует поджечь, — сказал Блейк. — Может, тогда ты найдешь себе другие дела.

— Да, конечно, мистер Рейвенскрофт, — ответил дворецкий и с легким поклоном удалился.

— Вам не следует так строго разговаривать с ним, — сказала Каролина.

— А тебе не следует указывать мне, как обращаться со слугами.

— Я и не собиралась. Я только хотела вам подсказать, как стать лучше.

— Это еще более неуместно.

Блейк понес Каролину в другую часть дома, а она пожала плечами, стараясь не замечать, что прижимается к его груди.

— Я часто веду себя неуместно.

— Нет надобности долго общаться с тобой, чтобы понять это.

Каролина промолчала. Вероятно, не стоит разговаривать с хозяином так нагло, но ее губы часто произносят слова прежде, чем их разрешит произнести мозг. Кроме того, теперь она была совершенно уверена, что Сикрест-Мэнор станет для нее безопасным прибежищем на следующие пять недель. Возможно, Блейку Рейвенскрофту не нравится ее присутствие в доме, возможно, ему не нравится она сама, но он чувствует вину перед ней за то похищение, и чувство чести требует, чтобы он обеспечил ей укрытие до тех пор, пока она не освободится от опеки Оливера Пруитта. , Каролина еле заметно улыбнулась. Чувство чести у мужчины — совсем неплохая вещь.

Несколько часов спустя Каролина все еще находилась в голубой комнате, уже больше не похожей на ту, которую она видела утром того дня.

Перривик, стараясь создать для очаровательной мисс Трент уютную обстановку, принес туда несколько подносов с едой, книги, газеты, набор красок и флейту, а когда Каролина сказала, что не умеет на ней играть, вызвался научить ее.

Блейк окончательно потерял терпение, когда Перривик предложил перенести в комнату фортепиано, точнее, предложил это сделать самому Блейку, как более молодому и сильному. Каролина попросила Перривика сыграть ей что-нибудь, на что дворецкий ответил, что играть не умеет, а вот мистер Рейвенскрофт будет счастлив развлечь ее после обеда.

Услышав заявление дворецкого, Блейк всплеснул руками и вышел из комнаты, ворча под нос, что по отношению к нему Перривик никогда не был так заботлив.

После полудня Каролина ела пирожные и листала последние номера «Лондон тайме». Пожалуй, ей нравится такая жизнь. Даже лодыжка теперь болела гораздо меньше.

Ее внимание особенно привлекла светская хроника. Нет, она и понятия не имела, о ком там шла речь, разве что заподозрила в «блистательном и опасном лорде Р.» своего нового друга Джеймса. Именно в этот момент он и появился комнате.

— Вас не было несколько часов, — заметила Каролина. — Хотите пирожных?

Джеймс с нескрываемым любопытством оглядел комнату.

— Здесь готовится пир?

— Нет, просто Перривик хотел, чтобы я чувствовала себя как дома, — пояснила Каролина.

— А, понятно. Кажется, слуги наперебой стараются угодить тебе.

— Это сводит Блейка с ума.

— Отлично. — Он взял с тарелки пирожное. — Угадай, что я нашел?

— Наверное, не сумею.

Он протянул ей свежий номер газеты.

— Про тебя.

— Что?

— Похоже, твой опекун ищет тебя.

— Что ж, ничего удивительного. — Она пробежала глазами страницу. — Я обхожусь ему слишком дорого. Ой, вот смех-то!

— Ты о чем?

— Смотрите. — Каролина показала на свой портрет, помещенный под заголовком «Пропала девушка». — Его нарисовал Перси.

— Перси?

— Да. Бьюсь об заклад, Оливер велел Перси нарисовать меня. Он слишком жаден, чтобы тратить деньги на настоящего художника.

Джеймс поднял голову и посмотрел на портрет более внимательно.

— Не слишком-то похоже.

— Ага, совсем не похоже, но, я думаю. Перси сделал это нарочно. На самом деле он неплохо рисует. Просто он не хочет, чтобы меня нашли. Как и я.

— Глупый мальчишка! — возмутился Джеймс.

Каролина удивленно подняла глаза, уверенная, что ослышалась.

— Кто, простите?

— Этот Перси. Из того, что ты рассказывала, мне совершенно ясно, что он относится к тебе не лучше, чем ты к нему Будь я на его месте, уж я бы не жаловался, что отец выбрал мне такую невесту.

— Если бы вы были Перси, — сухо заметила Каролина, — Перси был бы гораздо лучше.

Джеймс рассмеялся.

— Кроме того, — добавила она, — Перси считает меня ужасно непривлекательной. Он всегда жаловался, что я не могу минуты посидеть спокойно.

— Так оно и есть.

— Почему?