Энн Бэрбор - Кузина Джейн

– Милорд, а у вас есть дом в Лондоне? – спрашивала Уинифред, широко раскрыв свои фиалковые глаза.

– Конечно, – пробормотал в ответ граф, прижав к себе Уинифред чуть сильнее. – Может быть, вы как-нибудь побываете у меня в гостях.

– О, это то, чего мне хотелось бы больше всего! – ворковала та. – Вы намереваетесь поехать в Лондон прямо отсюда?

– Совершенно верно, – ответил Чарльз, не собиравшийся предпринимать ничего подобного. Лондон сейчас был для него полон опасностей. Не стоило давать понять, что он живет в своем поместье. Но, с другой стороны, в Лондоне скучновато в это время года. Он позволил своим пальцам погладить изысканный изгиб плеча Уинифред. Лакомый она, однако, кусочек. Конечно, если она приедет в Лондон, с ней наверняка будет какая-нибудь компаньонка. Это здесь, в глуши, Саймон, видимо, не придает значения отсутствию подходящей компаньонки, а в Лондоне такое сокровище надо хорошо охранять.

Он вздохнул и убрал руку. На его месте только сумасшедший мог бы решиться поразвлечься с Уинифред. Она могла как угодно распускать лепестки, заманивая мужчину, но при этом оставаться невинной. Она была хорошо воспитана в полном смысле этого слова. После первой же попытки залезть к ней под юбку он несомненно окажется или в кандалах, или под кнутом.

Граф поднял глаза и встретился со взглядом Джейн Бург. Вот эта – другое дело. Когда дело касается ее, Саймон начинает говорить о приличиях, но сейчас тот по горло занят своей невестой на выданье. Девочка Бург, кажется, не горит желанием отдаться Чарльзу, но ему нравятся сложные задачи. Он улыбнулся в ответ на ее неодобрительный взгляд.

Остаток пути он строго соблюдал все приличия в отношении Уинифред, а когда они добрались до римской виллы, обратился к Джейн.

– Как очаровательно, право же, – пробормотал он, пытаясь взять ее за руку, чтобы помочь перебраться через то, что когда-то было каменной стеной. – Только подумайте, чье-то поместье кишмя кишело римлянами сотню лет назад.

– Скорее тысячу лет или больше, милорд, – ответила Джейн, ловко избегнув его руки. – И, судя по всему, здесь жили бритты – конечно, романизированные и являвшиеся подданными империи, но тем не менее англичане.

– Да что вы говорите! – с напускной заинтересованностью воскликнул Чарльз. – В любом случае немного же после них осталось, верно?

Джейн поглядела на разбросанные вокруг камни, по расположению которых с трудом можно было догадаться, что это были комнаты, коридоры и внешние стены.

– Да, они почти ничего после себя не оставили, кроме подтверждения своего существования, но, кажется, этого вполне достаточно, чтобы возбудить мое воображение.

Чарльз слегка приподнял брови.

– Правда? – протянул он. – Что касается меня, то, чтобы возбудить мою кровь, вполне достаточно присутствующей здесь компании. – Глаза графа сверкнули, когда его озабоченный взгляд опустился на ее грудь.

Джейн смерила лорда Уи презрительным взглядом. Если она оттолкнет ухаживания графа, тот будет слишком докучать Уинифред. Джейн широко улыбнулась.

– Кто бы ни были эти люди, они выбрали красивое место для своего дома. – Она показала рукой в направлении далеких зеленых долин, окаймленных цветущими зарослями живой изгороди.

– Да, правда, очаровательное местечко, – раздался совсем рядом мужской голос. Она обернулась и увидела Саймона, подошедшего так тихо, что Джейн вздрогнула при звуках его голоса.

– Да, – чуть дыша, произнесла Джейн. Она перевела взгляд с Саймона на Чарльза.

Странно, подумала она, как много может сказать о личности и характере человека одежда! Лорд Уи в своем модном наряде выглядел, на ее взгляд, просто нелепо, в то время как консервативная одежда Саймона, совершенная в своей элегантной простоте, подчеркивала его грацию. Она с неподобающим восхищением смотрела на лорда Тэйлента.

– Я здесь часто бывала в поисках артефактов, но нашла очень мало. – Джейн мешало говорить биение сердца, отдававшееся в горле.

Чарльз, который не проявлял к античности никакого интереса, зевнул и неторопливо пошел туда, где Герард и Гарри играли в догонялки. Уинифред, как с удовольствием заметила Джейн, была увлечена беседой с лордом Стедфордом. Саймон заметил это и тотчас же направился к ним. Джейн пошла следом.

– О, Марк! – говорила Уинифред, и Джейн передернуло от ее фамильярности. – Какая замечательная мысль! – Она обернулась, когда Саймон и Джейн подошли. – Послушайте-ка! – воскликнула она, ее щеки порозовели от возбуждения. – Только я успела сказать о красоте спектакля и о моем желании поставить «Сон в летнюю ночь», как у Марка родилось самое замечательное предложение. Скажи им, Марк!

Марк радостно улыбнулся:

– Я просто подумал, что мы сможем усилить впечатление, если будем играть на открытом воздухе.

– На открытом воздухе? – подозрительно переспросила Джейн.

– Это ли не великолепно! – Уинифред блаженно улыбнулась. – Только подумайте – Шекспир под звездами! Живые декорации! И не придется притаскивать деревья в кадках и папоротники в ведрах.

Герард, который тоже подошел вместе с Гарри, неуверенно осмотрелся.

– Не далековато ли сюда добираться для послеобеденного представления? – начал он. – Я не вижу…

– Да нет же, глупый! – воскликнула Уинифред. – Не здесь. Мы поставим его на южной лужайке – прямо возле террасы. Туда же принесем стулья, повесим на кустах фонари. Это же будет просто волшебство! – Фиалковые глаза Уинифред по-колдовски сверкнули, и Герард громко вздохнул.

Джейн же вздохнула с отвращением.

– Уинифред, ты что, решила, что уже не зависишь от погоды? А если дождь? – спросила она с нескрываемым возмущением.

Уинифред мило надулась.

– Да полно. В июле дождь бывает очень редко, а даже если и начнет накрапывать, мы всегда можем перейти в Малиновую гостиную. – Разделавшись таким образом с возможным вмешательством Всевышнего в ее планы, она вновь повернулась к Маркусу: – Вы обещали мне сегодня, что покажете кое-что из своих акробатических трюков. – Она дотронулась кончиками пальцев до его плеча. – Может быть, сделаете это сейчас? Вон там, среди руин.

– О! – произнес Маркус, слегка опешив. – Я когда-то поддерживал форму, но последние несколько лет ничего подобного не делал. Боюсь, сейчас я не очень-то гибок. Вот, может, если бы я несколько дней потренировался…

– А я хочу увидеть что-нибудь сейчас! – нижняя губка Уинифред опять соблазнительно надулась. – Ну? Просто сальто? Для меня?

– Ради Бога, Уинифред, – свирепо посмотрев на нее, вмешался Саймон. – Вам хочется посмотреть, как молодой идиот сломает себе шею? И с каких это пор вы обращаетесь к джентльмену, которого едва знаете, по имени?