Кэтрин Куксон - Кэти Малхолланд том 2

Мистер Хевитт рассеянно кивал в такт словам Эндри. Когда экипаж накренился, чуть не увязнув в грязи, он сказал с улыбкой:

— Нельзя было выбрать более неподходящий день для прогулки.

Кэти смотрела на знакомый пейзаж за окном. Прошло двадцать лет, с тех пор как она в последний раз ехала по этой дороге, и за эти годы Джарроу успел превратиться из рабочего поселка в большой город, но здесь, на подступах к Гринволл-Мэнору, все осталось таким же, как прежде, — те же поля, тот же холм, где она воскресными вечерами прощалась с дедом, чтобы продолжать свой путь одна… Она подумала, что, по логике вещей, должна гордиться тем, что возвращается в Гринволл-Мэнор уже в новом качестве — не как жалкая судомойка, а как женщина с деньгами и с определенным положением в обществе. Но она не испытывала гордости, страх перед предстоящей встречей заглушал в ней все другие чувства, Этот страх был помножен на все те страхи, которые она пережила в прошлом и которые были неизменно связаны с Бернардом Розье. Сейчас она снова превратилась в Кэти Малхолланд, самую низкооплачиваемую прислугу в доме Розье — в девочку-подростка, над которой надругался хозяйский сын в ночь после бала.

Экипаж въехал на подъездную аллею, и здесь Кэти заметила значительные перемены. Декоративный кустарник, который, по всей видимости, уже долгое время не подстригали, превратился в беспорядочные заросли по обеим сторонам аллеи, а тисовые деревья без ножниц садовника потеряли свою причудливую фантастическую форму, и их изогнутые ветви разрослись и переплелись между собой. Там, где раньше были цветочные клумбы, теперь рос сорняк; территория усадьбы была в полнейшем запустении. Когда Эндри взял ее за руку, Кэти обернулась и посмотрела на него.

— Тебе не надо входить со мной, — тихо сказала она. — Ты лучше подожди во дворе… прошу тебя.

Он не ответил, но его пальцы еще крепче сомкнулись вокруг ее запястья. Она бросила быстрый взгляд в сторону мистера Хевитта, молчаливо прося его о поддержке.

— Миссис Фрэнкель права, капитан, — сказал мистер Хевитт. — Я думаю, вам не стоит входить с нами в дом.

Борода Эндри дрогнула, и он упрямо сжал челюсти.

— Пожалуйста, Эндри, не входи, — с мольбой в голосе повторила она.

Тогда он опустил голову, давая тем самым понять, что согласен выполнить ее просьбу. Когда экипаж остановился, капитан вышел из него, прежде чем мистер Вейр успел открыть дверцу и помог сойти Кэти. Крепко сжимая ее руки в своих, он посмотрел ей в глаза, потом отпустил ее и смотрел ей вслед, пока она вместе с мистером Хевиттом поднималась по ступенькам крыльца.

Мистер Хевитт дернул за шнур звонка, и раздалось нестройное бренчание. Сердце Кэти отчаянно билось, она подумала, что может лишиться чувств. Через минуту дверь отворилась, и на пороге появился Кеннард. Дворецкий очень сильно изменился за последние двадцать лет и из подтянутого моложавого мужчины с бодрой походкой превратился в сгорбленного седовласого старика.

Кеннард с любопытством посмотрел на гостью. Он сразу же узнал в ней Кэти Малхолланд, — она мало изменилась с тех пор, как он видел ее в последний раз, только повзрослела и стала одеваться как светская дама. В течение этих лет ему очень часто случалось слышать имя Кэти Малхолланд, и не только от местных сплетников. Для его хозяина эта женщина была каким-то дьявольским наваждением: когда он вспоминал о ней, им овладевала такая бешеная ярость, словно в него вселялся сам дьявол. А вспоминал он о ней чуть ли не каждый день, как в пьяном, так и в трезвом состоянии. Кэти Малхолланд оставила хозяину неизгладимую память о себе — шрам от удара подсвечником до сих пор красовался над его левой бровью. И след, который она оставила в его душе, тоже был неизгладимым. Ненависть хозяина к этой женщине была, наверное, даже сильнее, чем ненависть самого дворецкого к хозяину. Кеннард заглянул в лицо Кэти Малхолланд, выискивая на нем следы беспутной жизни, которую, судя по слухам, она вела последние четырнадцать лет, но ее красивое и совсем еще молодое лицо было чистым и безмятежным, только в глазах застыл какой-то непонятный страх. И вдруг дворецкому стало жаль эту женщину. Он догадывался, что встретиться с хозяином ее вынудили особые обстоятельства, и интуиция подсказывала ему, что из этой встречи не выйдет ничего хорошего. Этот дьявол уже давно что-то замышлял — Кеннард не знал, что именно, но он всегда улавливал чутьем, когда хозяин строил свои дьявольские козни.

Кеннард был примерным слугой, и ни один мускул на его лице не дрогнул, не выдав того, что дворецкий узнал Кэти Малхолланд.

— Проходите, мадам, — он посторонился, пропуская гостей. — Проходите, сэр.

Впервые в жизни Кэти входила в Гринволл-Мэнор через парадную дверь. Она смотрела прямо перед собой, но ничто из окружающей обстановки не ускользнуло от ее взгляда. Перемены, происшедшие в доме, поразили ее еще больше, чем перемены снаружи. Зал представлял собой весьма плачевное зрелище — мебель была покрыта толстым слоем пыли, обои выцвели и пожелтели, а паркет, наверное, не натирали уже долгие годы. Раньше полы в зале были гордостью миссис Дэвис — экономка заставляла горничных натирать их до тех пор, пока они не блестели, как зеркало.

— Мистер Дэниел Розье нас ждет? — спросил мистер Хевитт, когда они направились вслед за дворецким к библиотеке.

Кеннард ответил на этот вопрос легким кивком головы. Он шел впереди них, и они не могли видеть его лица. Не оборачиваясь, словно боясь встретиться с их взглядами, дворецкий распахнул дверь библиотеки. Кэти вошла в комнату вслед за ним, а за ней последовал мистер Хевитт. Кеннард объявил только одного из них.

— Мисс Малхолланд, сэр, — приглушенным голосом сказал он.

Кэти быстро обернулась к дворецкому.

— Мое имя миссис Фрэнкель, — поправила она.

Кеннард промолчал и, склонив голову, вышел из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Кэти медленно прошла на середину длинной комнаты, уставленной шкафами с книгами. В этот пасмурный зимний полдень в библиотеке царил полумрак, и она, входя, не различила темной фигуры, стоящей в углу справа от двери.

— Миссис Фрэнкель? — раздался насмешливый голос откуда-то сзади.

Она вздрогнула и обернулась на голос. Ее рука непроизвольно поднялась к губам, когда она увидела мужчину в углу. Бернард Розье стоял, прислонившись спиной к книжному шкафу, широко раскинув руки, опираясь ими о книжные полки. После их последней встречи он изменился до неузнаваемости, но она бы узнала его, даже если бы встретила в аду.

Мужчина, который посмотрел на нее за шторами окна на галерее, был молодым и привлекательным; мужчина, который погрозил ей пальцем, выталкивая из спальни, был грубым и устрашающим, но все же привлекательным внешне; мужчина, который молча смотрел на нее, когда она стояла в ночной рубашке с подсвечником в руках в своей квартире на Крэйн-стрит, больше не был привлекательным, но все же вид у него был достаточно представительный. Но мужчина, который смотрел на нее сейчас из угла библиотеки, выглядел весьма плачевно. Его небритое лицо было красным и опухшим, губы и щеки отвисли, а глаза заплыли жиром и превратились в две маленькие черные бусинки. Но взгляд этих глаз, как и прежде, пугал Кэти. Она отпрянула и, повернувшись к мистеру Хевитту, прошептала, хватая ртом воздух: