Кэтрин Куксон - Кэти Малхолланд том 2

— Мистер Розье! — воскликнул Хевитт.

— Успокойтесь, адвокат, женщины ее профессии привыкли к подобным выражениям. Они общаются между собой именно на таком языке. — Бернард обернулся и покосился на Хевитта, потом снова перевел взгляд на Кэти. — Было бы большим грехом, если бы они стали мужем и женой, не так ли? Так, по крайней мере, выразились эти две милые старые девы, мисс Анн и мисс Роз. «Грех перед Господом и перед людьми», — сказали они. Насколько я понял из разговора с этими двумя леди, они не желают, чтобы удочеренная ими девочка узнала правду о своем рождении, потому они и обратились ко мне с просьбой отослать моего сына куда-нибудь подальше отсюда, таким образом, их дорогая девочка не будет осквернена любовной связью с собственным братом. Вас, быть может, удивит, если я скажу, что впервые услышал о связи моего сына с мисс Сарой Чапмэн от этих двух дам. И как вы думаете, что я сделал? — Бернард приблизился еще на шаг к Кэти и наклонился к ней, наблюдая за выражением ее лица. — Как вы думаете, дорогая леди, что я сделал? Запретил моему сыну встречаться с вашей дочерью? Приказал ему уехать? Ничего подобного! Напротив, я поощрял их связь, как только мог. В последние две недели я только тем и занимался, что поощрял их связь. Я стал покровителем двух юных сердец.

— Сэр, вы грязное, низкое животное! Вы…

— Вас никто не спрашивал, адвокат. Я сейчас говорю не с вами. — Бернард повернулся к Хевитту и в упор посмотрел на него. — Если вы еще раз откроете ваш поганый рот, я прикажу вышвырнуть вас из моего дома.

Сказав это, он снова повернулся к Кэти, с удовольствием наблюдая, как ее лицо покрывается мертвенной бледностью.

— Из разговора с дорогими мисс Чапмэн я также узнал и кое-что другое, — продолжал он, переходя почти на шепот. — Я узнал, что вы не виделись с вашей дочерью с тех пор, как она была годовалым младенцем. О Боже! Боже мой! Какой стыд для такой любящей матери, как вы! Но я могу это исправить, мадам, — он сделал широкий жест рукой. — У меня есть для вас сюрприз. Вам, наверное, будет приятно узнать, мисс Малхолланд, что ваша дорогая дочь — точнее, наша дорогая дочь — находится сейчас в этом доме?

Так больше не могло продолжаться. Нет, она больше не могла этого терпеть. Кэти подумала, что, если б у нее в руках был сейчас какой-нибудь тяжелый предмет, она бы непременно запустила им в Бернарда… Но что он сказал? Он сказал, что ее дочь находится сейчас в этом доме? Значит, она может увидеться с дочерью?

Она еще не успела полностью осознать смысл его слов, когда Бернард, обернувшись к двери, позвал:

— Кеннард!

В ту же секунду дверь распахнулась, и на пороге появился дворецкий.

— Скажи мистеру Дэниелу, чтобы он сейчас же спустился в библиотеку вместе… вместе со своей женой.

Лицо Кеннарда осталось таким же невозмутимым, каким оно было всегда. Кивнув, он прикрыл за собой дверь и пошел выполнять приказ. Кэти пошатнулась и посмотрела вокруг себя обезумевшим взглядом. Мистер Хевитт тут же подскочил к ней и, пододвинув стул, помог ей сесть.

Бернард Розье, теперь полностью удовлетворенный, отвернулся от Кэти и подошел к столу, на котором стояли графин с виски и стакан. Налив себе полный стакан и залпом осушив его, он повернулся лицом к двери и стал терпеливо ждать, время от времени поглядывая краем глаза на Кэти, сидящую на стуле, и Хевитта, который стоял рядом с ней, положив руку на ее плечо.

Кэти тоже не сводила глаз с двери. Когда дверь открылась и в комнату вошла высокая стройная девушка, ее сердце болезненно сжалось. Не в силах пошевелиться, она смотрела на девушку широко раскрытыми глазами, — и ей казалось, что она видит себя саму в далекие времена своей встречи с Энди. Ее дочь была в точности такой, какой Кэти была в юности, с той лишь разницей, что Кэти в двадцать лет еще не обучилась манерам светской дамы, а эта девушка держалась как настоящая леди.

Вслед за девушкой в комнату вошел молодой человек. Он недоуменно огляделся, и его взгляд остановился сначала на отце, потом на незнакомой женщине, сидящей на стуле возле окна. В течение нескольких секунд он с любопытством разглядывал женщину, так, словно что-то в ее внешности поразило его, потом снова перевел взгляд на отца.

— Ты хотел меня видеть?

Бернард Розье медленным шагом направился к сыну. По пути он взял с маленького стеклянного столика коробку с нюхательным табаком, не спеша открыл ее и взял большим и указательным пальцами левой руки щепотку табака. Так же медленно он поставил коробку на место, переместил табак из левой руки в правую и, сунув его себе в нос, втянул в себя воздух.

— Да, я хотел тебя видеть, — сказал он, наконец. — И не только я. Как видишь, у нас гости.

Дэниел Розье снова посмотрел на Кэти и на мистера Хевитта. От юноши не ускользнуло огорченное выражение их лиц, в особенности лица женщины, и он понял, что здесь происходит что-то неладное.

— Может, ты все-таки объяснишь, зачем ты вызвал меня… нас? — осведомился он, поворачиваясь к отцу, и его тон был резок и нетерпелив.

Бернард, казалось бы, не придал значения тому, что его девятнадцатилетний сын обращается к нему без должного почтения. Широко улыбаясь, он подошел к дивану и остановился в нескольких шагах от того места, где сидела Кэти. Опершись рукой о спинку дивана, он повернулся к девушке, стоящей посреди комнаты.

— Я хочу, чтобы ты посмотрела на эту женщину, одетую как леди, — сказал он, сделав презрительный жест в сторону Кэти. — Она случайно никого тебе не напоминает?

Кэти и ее дочь посмотрели друг на друга. Рука Кэти судорожно сжимала воротник шубы. Она с трудом удерживалась от того, чтобы не броситься к этой девушке, которая была плотью от ее плоти, прижать к себе свою единственную дочь, которую она в течение стольких лет мечтала увидеть.

— Нет.

Ответ Сары был четок, в нем не было и тени колебания.

Бернард Розье громко расхохотался.

— Ты, наверное, редко смотришься в зеркало, моя дорогая, — сказал он. — Вы двое должны встать рядом перед зеркалом, тогда ты, быть может, заметишь, как ты на нее походишь, потому что эта женщина, — он кивнул в сторону Кэти, — твоя родная мать.

Взгляды Кэти и ее дочери снова встретились. В течение долгой минуты они молча смотрели друг на друга, и Кэти казалось, что эта минута длится целую вечность.

— О нет! — вдруг воскликнула Сара так, словно отталкивала от себя что-то постыдное. — Нет!

Это восклицание ранило Кэти в самую глубину души. Никогда в жизни ей не было так горько, как сейчас.

— Да, — сказал Бернард Розье. Его тон был невероятно довольным. — Да, моя милая, да. Посмотри, у нее в точности такие же глаза, как у тебя. Разве это недостаточное доказательство? Эта женщина отдала тебя Чапмэнам, когда тебе был год. Насколько мне известно, они внушили тебе, что ты — дочь их умершей сестры. Но это ложь. Твоя настоящая мать — вот эта женщина. — Он снова махнул рукой в сторону Кэти, прежде чем заключить: — И эта женщина — потаскуха и сводня.