Рут Лэнган - Спасенный рай

Мужчины молчали, потрясенные и этой историей, и храбростью мальчика.

– Да, это удача, что ты нашел мисс Трентон, – сказал Барк, посмотрев на склоненную голову Натаниэля. – Они с Фионой всегда жили вместе?

– Нет. Плантация принадлежала Далси, а когда я стал там жить, Фиона была такой слабой, что не могла даже встать с постели. Далси нашла ее, а потом меня, Клару, Белль, Эмили и Старлайт.

И снова наступила тишина, пока мужчины размышляли над словами мальчика. Тут Кэл спросил:

– Ты говоришь, Далси жила на плантации? А почему вы оттуда ушли?

Мальчик быстро вскочил, и глаза у него наполнились слезами. Как же он мог быть таким неосторожным? Он же обещал, поклялся! И он затараторил, как попугай:

– Далси не сделала ничего плохого!

Кэл встал и протянул мальчику руку, но Натаниэль отскочил. Он явно был очень расстроен.

– Я этого и не говорил, сынок. Я просто удивился, почему она ушла из дома и забрала с собой всех вас.

– Просто она… ушла. И мы с ней. Может, продолжим работу? – спросил Натаниэль. У него дрожали губы.

– Хорошо, давайте работать. – Кэл отвернулся и взял в руки топор, обдумывая услышанное. Натаниэль чего-то очень боялся. И это что-то имело отношение к Далси. Как он не догадался, что ее история о краже еды – всего лишь выдумка? Кэл поднял топор и с такой силой обрушил на ствол дерева, что прорубил его насквозь. Здесь таилось что-то гораздо более опасное, а свидетелями – или участниками – были Натаниэль и все остальные.

– Натаниэль! – звонко воскликнула Эмили, мчась к повозке. – Ты срубил какое-нибудь дерево?

Мальчик сидел на бревне, лихо сдвинув шляпу на затылок и закатав рукава. Никогда еще он не был так доволен собой. Он, конечно, немного проговорился, но ничего ужасного не случилось. Джермейны больше не приставали с расспросами, и Натаниэль был уверен, что они уже обо всем забыли.

– Не называй меня Натаниэлем, – небрежно ответил он. – Я хочу, чтобы теперь меня звали Нат.

Прикрывая ладонью глаза от солнца, Далси перевела взгляд с Натаниэля на Кэла. Казалось, он тоже был удивлен заявлением мальчика.

– И почему же мы должны тебя так называть? – спросила она.

– Ну, раз Кэлхен – Кэл, Барклай – Барк, а Дарвин – Дарв, то я уже вполне взрослый, чтобы меня звали Натом.

Мальчик спрыгнул на землю вместе с Барком, чтобы помочь женщинам и детям забраться в повозку. Через несколько минут они уже ехали через зеленые поля. Сидевший сзади Натаниэль рассказывал девочкам о своих успехах. Далси, расположившаяся рядом с Кэлом, была странно молчалива.

– Что-то случилось? – спросил он.

– Еще вчера он был ребенком.

– Не печальтесь так, – сказал Кэл, ловко управляя упряжкой. – Взрослеть приходится всем.

– Но он так и не побыл беззаботным малышом, не успел поиграть, как остальные дети.

– Многие не успели. Он хотя бы остался жив и пока находится в безопасности. А это, должно быть, очень много значит. Разве вы не говорили этого Натаниэлю, когда взяли его к себе?

Далси повернула голову к сидящему рядом мужчине. Голос его был тихим, лицо – безразличным. Но было в его словах что-то, вызвавшее в ней тревогу. И тут ее словно ударили. Неужели Натаниэль нарушил их клятву? Придется очень осторожно разузнать это.

– Что вы хотите сказать, мистер Джермейн?

– Вы очень заботитесь, чтобы ваши подопечные не подвергались опасности. И ради этого вы способны на что угодно. Разве не так?

Она поняла, к чему он клонит.

– Да. – И она вздернула подбородок тем движением, которое всегда приводило его в ярость.

– Значит, эта история о том, как вы украли еду, – всего лишь уловка, чтобы убедить меня, будто все вы заслуживаете доверия.

– Я не просила вас мне доверять. Мы нужны, вам, мистер Джермейн. Точно так же, как вы нужны нам.

Он говорил тихо, чтобы остальные не услышали:

– Пока – может быть. Но помните, мисс Трентон: урожай скоро будет собран. А когда это произойдет, мы с семьей останемся здесь, в безопасном месте. А вам и вашей компании придется вернуться к тому, от чего вы скрываетесь. Если только… Кэл заметил, как она вздрогнула после его слов.

– Если только – что?

– Если только вы не доверитесь мне и не скажете правду. Сказками я сыт по горло.

Далси вспыхнула и отвернулась, но он успел заметить боль в ее глазах.

– В дупле дерева, которое мы сегодня срубили, жил енот, – начал Натаниэль, как только они расположились в гостиной после ужина. – Не представляете, как он разозлился, когда мы начали рубить.

– Там ведь был его дом. Почему вы не оставили енота в покое? – огорченно спросила Клара.

– Мы не со зла, Клара. Мы даже не знали, кто там живет, пока не принялись рубить дерево, – пояснил Натаниэль. – А потом он высунул голову и зашипел на нас, и я так испугался, что топор уронил.

– Он за вами погнался? – Глаза у маленькой Эмили стали большими, как тарелки.

– Нет, там были детеныши. Но когда Барк и Дарв стали пилить дальше, еноту пришлось уйти вместе с малышами.

– Бедняжки еноты, – тихо сказала Клара. – Теперь у них нет дома.

Барк с мягкой улыбкой успокоил девочку:

– Она нашла для своей семейки другое дерево с дуплом. Нет никого сильнее и умнее мамы-енотихи. Бьюсь об заклад, что сейчас все ее детки спят, свернувшись, вокруг нее.

Глава четырнадцатая

Погожие, наполненные тяжелой работой дни пробегали с необыкновенной быстротой. На поле, с любовью возделанном женщинами и детьми, заколыхались под летним ветерком тяжелые колосья.

Уже поспели кукуруза, фасоль и фрукты. Персиковый пирог Роберта стал настоящим украшением вечеров в гостиной, где все воодушевленно обсуждали религию, политику и хозяйственные новшества. Тетя Бесси даже приглашала к участию в разговоре детей, объясняя это тем, что ее родители в свое время поступали так же.

А дети просто расцвели – не только от обилия вкусной пищи, любви и заботы, но и от занятий с Дарвом, который до войны был учителем. Работы на ферме становилось все меньше, и дети каждое утро проводили два часа в бальном зале, который был теперь наполнен книгами, грифельными досками, музыкой и смехом.

Новая конюшня и амбар, вдвое больше прежнего, строились очень быстро.

Далси стояла на балконе в утренней дымке, на душе у нее было неспокойно. Кэл становился все более холодным и отстраненным, и она знала: это из-за того, что она не хочет ему довериться. Но если она это сделает, их могут немедленно выдворить отсюда. Очень скоро Джермейны перестанут в них нуждаться, и в любом случае придется возвращаться в Чарлстон. Будущее казалось беспросветным.

Зато ей удалось выиграть хоть немного времени, и за это она вечно будет благодарна. Они отдохнули, окрепли и подготовились к новым опасностям.