Диана Гэблдон - Чужеземец. Запах серы

Однако сегодня она выглядела несколько возбужденной.

— Мистрисс Фрэзер! — сказала девушка. — У меня есть для вас известие!

И сообщила, что вдова Дункан заболела и просит меня прийти поухаживать за ней.

Я засомневалась, вспомнив требование Джейми, но сострадания и скуки оказалось достаточно, чтобы уже через час я скакала к деревне, привязав к седлу свою аптечку.

Дом Дунканов выглядел заброшенным, ощущение запустения и беспорядка словно сочилось из самого здания. На мой стук никто не ответил. Я толкнула дверь и увидела, что прихожая и гостиная завалены книгами и грязными стаканами, циновки сбиты, а мебель покрыта толстым слоем пыли. Ни одна служанка не явилась на мой зов, кухня тоже пустовала и была в таком же беспорядке, как и весь дом.

Со все возрастающей тревогой я поднялась наверх. В передней спальне пусто, но тут я услышала тихий шорох из буфетной на той стороне лестничной площадки.

Я толкнула дверь и обнаружила Гейлис. Она сидела в удобном кресле, положив ноги на буфетную стойку. Она выпивала — на стойке остались стакан и графин, а в комнате сильно пахло бренди.

Гейлис вздрогнула, увидев меня, потом, улыбаясь, с трудом поднялась на ноги. Взгляд у нее поплыл, но в остальном она выглядела совершенно нормально.

— В чем дело? — спросила я. — Ты не больна?

Гейлис изумленно вытаращилась на меня.

— Больна? Я? Нет. Все слуги ушли, и в доме не осталось никакой еды, зато бренди полно. Хочешь глоток? — Она повернулась к графину, но я схватила ее за рукав.

— Ты что, не посылала за мной?

— Нет. — Она расширившимися глазами смотрела на меня.

— Так почему… — меня прервал на полуслове раздавшийся с улицы шум. Он раздавался издалека, рокочущий шум, который мне уже доводилось слышать раньше, из этой самой комнаты, и ладони мои вспотели при мысли, что придется противостоять толпе.

Я вытерла руки о юбку. Шум приближался, и не было времени, да и нужды, задавать вопросы.

Глава 25

Ворожеи не оставляй в живых

Чьи-то обтянутые темно-коричневым плечи разорвали тьму. Меня грубо швырнули через какой-то порог, я ударилась локтем обо что-то деревянное, причем кость сразу онемела, и полетела головой вперед в черное зловоние, живое, в котором шевелилось что-то невидимое. Я пронзительно закричала и начала лупить руками, чтобы стряхнуть с себя бесчисленные царапающиеся маленькие лапки и что-то более крупное, которое с писком напало на меня, сильно стукнув по бедру.

Я сумела откатиться в сторону, но всего на пару футов, потому что ударилась о земляную стену, и меня засыпало пылью. Я скорчилась, как можно ближе прижавшись к стене, и попыталась выровнять дыхание, чтобы слышать то, что оказалось вместе со мной в этой зловонной яме. Что бы это ни было, оно было большим и хрипло дышало, но не рычало. Может, свинья?

— Кто здесь? — послышался из черной, как воды Стикса, тьмы голос, испуганный, но довольно громкий. — Клэр, ты?

— Гейли! — ахнула я и метнулась к ней, наощупь отыскивая ее руки. Мы крепко вцепились друг в друга, слегка покачиваясь.

— Здесь есть еще что-нибудь? — спросила я, осторожно оглядываясь. Глаза уже немного привыкли к темноте, но я все равно почти ничего не видела. Откуда-то сверху проникали слабые полоски света, но мрачные тени начинались уже на высоте плеч, и даже лица Гейли, всего в нескольких дюймах от моего, я почти не различала. Она засмеялась, но голос ее дрожал.

— Думаю, несколько мышей и другие паразиты. И запах, который и хорька собьет с ног.

— Запах я заметила. Но где мы, во имя Господа?

— В яме для воров. Отойди назад!

Над головой что-то заскрежетало, и внезапно возник столп света.

Я прижалась к стене как раз вовремя, чтобы уклониться от потока грязи, который обрушился на нас из маленького отверстия в потолке этой тюрьмы. Следом что-то шлепнулось.

Гейли наклонилась и подняла это. Отверстие осталось открытым, так что я разглядела, что она держит в руках небольшой хлебец, черствый и перемазанный грязью. Гейли предусмотрительно обтерла его подолом.

— Обед, — сказала она. — Есть хочешь?

Отверстие наверху так и не закрыли, но в нем никто не показывался, так что, к счастью, случайные прохожие не бросали в нас всякой дрянью. В яму попадал моросящий дождик и дул пронизывающий ветер. Было холодно, сыро и невыразимо тяжело на сердце. Вполне подходящее место, подумала я, для тех злоумышленников, кому и предназначалась эта яма. Для воров, бродяг, богохульников, прелюбодеев и… ведьм.

Мы с Гейли прижались друг другу у стены, чтобы было теплее, но почти не разговаривали. Говорить нам, в сущности, было не о чем, и сделать мы тоже ничего не могли, только терпеливо сберегать свои души.

В отверстии наверху темнело, наступала ночь, и наконец все погрузилось во тьму.

— Как по-твоему, долго нас будут здесь держать?

Гейлис пошевелилась, вытянув ноги, и солнечный луч наступившего утра осветил полоски на ее юбке, когда-то розовые и белые, а теперь непристойно грязные.

— Недолго, — ответила она. — Они ждут инквизиторов. В прошлом месяце Артур писал письма — занимался подготовкой. Вторая неделя октября. Они прибудут в любой момент.

Она потерла руки, согревая их, и положила их на колени, в маленький квадратик солнечного света.

— Расскажи мне об инквизиции, — попросила я. — Что должно произойти?

— Я толком и сама не знаю. Я никогда не видела, как судят ведьм, хотя, конечно, слышала об этом. — Она задумалась. — Вообще они не готовились к процессу над ведьмами, потому что собирались разрешать какие-то земельные разногласия. Так что по крайней мере шипов для ведьм у них не будет.

— Чего не будет?

— Ведьмы не испытывают боли, — объяснила Гейли. — А когда их прокалывают иглой, кровь не течет.

Шипы для ведьм со множеством иголок, ланцетов и других острых приспособлений, использовались для подобной проверки.

Я смутно припомнила, что об этом говорилось в книгах Фрэнка, но была уверена, что они применялись в семнадцатом веке, а не в этом. С другой стороны, подумала я с кривой усмешкой, нельзя считать Крэйнсмир очагом цивилизации.

— Очень плохо, что у них не будет этой штуки, — сказала я, хотя и похолодела при мысли о том, что меня будут прокалывать иголками. — Мы бы запросто прошли это испытание. Во всяком случае, я, — язвительно добавила я. — Подозреваю, что из тебя потечет не кровь, а ледяная вода.

— А вот я в этом не уверена, — задумчиво протянула Гейли, не обратив внимания на оскорбление. — Я слышала о шипах для ведьм с особыми иголками, которые складываются, когда их прижимают к телу. Кажется, что они втыкаются внутрь, а на самом деле — нет.