Барбара Смит - Искушай меня снова

Они чокнулись, Гейб не стал говорить о своем скептическом отношении к любви. Одна лишь мысль о женитьбе вызывала оскомину, стоило вспомнить о несчастливом браке родителей и рассказах отца. Его мысли перешли на брата. Он подумал о том, как изменился старший брат. Четыре года назад Майкл овдовел и пустился во все тяжкие, чтобы заглушить боль утраты. Теперь его было не узнать. И Гейб невольно подумал о том, не упустил ли он сам чего-то важного в жизни.

И почему-то вспомнил о Кейт с ее холодными зелеными глазами и чопорными манерами. Уж она-то превратит жизнь любого мужчины, решившегося на ней жениться, в сущий ад. Слава Богу, это будет не он.

Откинувшись на спинку, он наслаждался своей свободой и вкусом напитка.

– Хорошее виски. Ради этого стоило вернуться в цивилизацию.

– Расскажи о своем путешествии, – попросил Майкл. – А главное, о том, что случилось с Генри Талисфордом.

Гейб глотнул еще виски и почти не почувствовал вкуса. Даже в тридцать он боялся признаться старшему брату в своем поражении.

– Это длинная история, – попытался он вывернуться.

Майкл пристально посмотрел на него:

– Сегодня вечером я свободен.

Повернувшись к окну, Гейб вспомнил ту страшную ночь и содрогнулся.

– В тот вечер я вышел в город, – начал он неохотно. – Неподалеку от гостиницы познакомился с женщиной. Очень красивой...

Она игриво улыбнулась ему. Темнокожая, глаза с поволокой, в просторном одеянии. Он забыл обо всем. Ведь целых четыре года он провел в дикой пустыне. Ясмин, так звали женщину, привела его в маленький домишко неподалеку от рынка, напоила густым сладким вином и стала плясать. Кровь у него забурлила...

Много часов спустя он очнулся и понял, что уже далеко за полночь и Ашраф, должно быть, уже отправился в гавань.

Несмотря на протесты Ясмин, он поднялся и шатаясь вышел в темноту. Каким-то чудом нашел гостиницу, и как только он вошел в апартаменты, почуял опасность.

Голова закружилась, и он схватился за стену. Грубый камень все еще хранил дневное тепло. Вино, с досадой подумал он. Она что-то в него подсыпала?

Он заморгал, пытаясь сосредоточиться, и постепенно стал различать столы и стулья, банку с водой возле двери. Ничего необычного. И все же что-то было не так.

Он потянулся к поясу за ножом, но его не оказалось на месте – забыл в доме Ясмин.

Слегка пошатываясь, он направился к спальне. Там было тихо. Слишком тихо. Балконная дверь открыта, прохладный ночной бриз колышет шторы, деревянные ставни распахнуты. Лунный свет змейками извивается на полу. Постель профессора пуста.

– Генри, – прошептал он. Никто не ответил.

Гейб внимательно всмотрелся в угол комнаты. В полутьме увидел открытый сундук. В душу закралась тревога. Статуэтка!

Он направился к сундуку и заметил, что кто-то лежит на полу. Опустился на колени. Ужас охватил его. Генри Талисфорд лежал неподвижно. С замирающим сердцем Гейб потрогал шею профессора, но не нащупал пульса. Темная лужица растеклась у его головы. Гейб почувствовал запах крови.

Убийцы!

Легкое движение в темноте заставило его напрячься. Сжав кулаки, он вскочил на ноги. Фигура в длинном балахоне стояла в темном углу. Озаренный лунным светом мужчина держал в руке золотую статуэтку. Его бледное аристократическое лицо показалось Гейбу знакомым.

– Кто вы такой, черт возьми! – вскричал Гейб. Мужчина рассмеялся.

Гейб метнулся к нему и получил удар ножом в спину. Жгучая боль пронзила его. В следующий момент он увидел грабителя.

Нож блеснул, и Гейб получил второй удар. Ноги у него подкосились. По спине текла кровь. Перед глазами все поплыло. Уже теряя сознание, он услышал смех...

Гейб вскочил с кресла.

Он пересек кабинет, подошел к окну, открыл его и полной грудью вдохнул прохладный ночной воздух. Пальцы крепко сжали белый подоконник. Глядя в темноту, он бесстрастно произнес:

– Ясмин вошла в сговор с грабителями. Подсыпала мне в вино опиум.

– Ты не пытался ее отыскать? – спросил Майкл.

– Она исчезла. Соседи о ней ничего не знали. Видимо, сняла дом на один день.

– А убийцы?

– Их и след простыл. – Гейб стукнул кулаком по подоконнику. – Надо же быть таким идиотом! Это из-за меня Генри погиб.

– Но тебя могли убить, – возразил Майкл. – Слава Богу, ты жив.

– Жив. – Именно это и мучило Гейба. – Я должен был охранять статуэтку. И Генри.

– Почему? Ты кому-нибудь о ней говорил?

– Нет, черт возьми. А вот Генри говорил. Доверчивый как ребенок, он готов был любому рассказать о нашем путешествии и находках, в том числе и о статуэтке богини. Судя по его записям в дневнике, он поделился тайной с Дэмсоном.

– Прошлого не вернешь. Что собираешься делать? – Майкл взволнованно посмотрел на него. – Похоже, ты знаешь, кто похитил статуэтку?

Гейб потер подбородок. Плохо, что Кейт об этом узнала.

– Да, – выпалил он. – Я заставлю их заплатить.

– Кого именно?

– Не имеет значения. Это моя забота. Только моя.

– Не будь идиотом. Я тоже имею право знать. Поставь себя на мое место.

Майкл прав. Возможно, Гейбу понадобится союзник в борьбе с Кейт и бабушкой.

– Того, кто меня ранил, зовут Фиггинз. Его хозяин, сэр Чарлз Дэмсон, держал статуэтку.

– Дэмсон... – Майкл задумался, будто что-то припоминая. – Фатоватый, со светлыми волосами, остер на язык. Несколько лет назад он был замешан в скандале, пытался обесчестить одну юную леди, но ему удалось убедить общество, что она истеричка.

– Как всякий блудливый кот, Дэмсон всегда приземляется на четыре лапы. – Гейб сжимал и разжимал кулаки. – Но на этот раз ему не уйти от ответа.

Брат кивнул.

– Опиши статуэтку.

– Есть идея получше. Если дашь мне карандаш и бумагу...

Майкл указал на стол:

– Бери все, что нужно.

Гейб нашел в ящике листок бумаги с гербом рода Стоукфордов. Опустив заточенное перо в серебряную чернильницу, он набросал силуэт статуэтки, овальное лицо и пухлые губы, округлые груди и пышные бедра.

Майкл склонился над столом, рассматривая рисунок.

– Какой она величины?

– Приблизительно в две мои руки. Это наиболее впечатляющая деталь. – Гейб нарисовал камень между бедер статуэтки. – Самый большой бриллиант, какой я когда-либо видел.

Взяв в руки рисунок, брат присвистнул:

– Твоя богиня стоит целое состояние. Ты уверен, что Дэмсон не продал ее?

– Статуэтка нужна ему для коллекции.

– Коллекции?

– У Дэмсона огромная коллекция реликвий. Особенно его интересует эротика.

Майкл ухмыльнулся:

– Понятно. Женщин, видимо, ему не хватает, нужны еще и неодушевленные предметы.

– Вот именно. – У Гейба кровь стыла в жилах при мысли, что Кейт могла оказаться в руках этого негодяя. Будь на то его воля, он запер бы ее, чтобы не приближалась к Дэмсону даже на расстояние пушечного выстрела.