Сабрина Джеффрис - Коварный повеса

— Поверьте, я не настолько плох, как вам кажется, — улыбнулся он.

Она посмотрела ему в глаза:

— Я никогда не говорила, что вы плохой. Кроме того, меня совершенно не заботит ваша нравственность. — Она кивнула в сторону девочек. — Все дело в том, как воспринимают нас мои ученицы. Из–за вашего неблагоразумного поведения у них могут возникнуть…

— Успокойтесь, — прошептал он, наклонившись к ней. — Я буду вести себя самым примерным образом, когда они рядом. Но только в том случае, если наедине вы будете называть меня по имени, то есть Энтони. Согласны, дорогая Мэдлин?

— Не забывайтесь, сэр.

— Так как же, согласны?

Заметив, что партнерша снова пытается наступить ему на ногу, Энтони, чтобы воспрепятствовать этому, стремительно закружил ее. Она гневно взглянула на него и ущипнула за плечо.

Он поморщился, но тут же улыбнулся:

— Скажите, что будете наедине называть меня по имени.

Она решительно покачала головой:

— Нет, и мы никогда не будем оставаться наедине, если это будет зависеть от меня.

Бог свидетель, будут!.. Потому что только так он сможет раскрыть ее секреты.

— Не понимаю, почему вы упрямитесь, дорогая? Неужели я прошу так много?

— Видите ли, я могу забыться и назвать вас по имени в присутствии девочек. И если они скажут об этом миссис Харрис, то я потеряю свое место.

Посмотрев ей в глаза, он понял, что она действительно тревожится. Покосившись на девочек, внимательно наблюдавших за ними, Энтони проговорил:

— Но они ведь обожают вас… Поверьте, они ничего не расскажут директрисе.

Мэдлин грустно улыбнулась:

— Увы, мы часто ошибаемся в людях. Даже в тех, которым вроде бы доверяем. Поверьте, мои девочки столь же склонны распространять сплетни, как и все остальные. Кажется, вы вчера сказали, что сплетни — это платежное средство нашего общества. И даже мои девочки живут по законам общества.

Грусть и боль, промелькнувшие в глазах Мэдлин, отозвались внезапной болью в его груди. Сам себе удивляясь, Энтони вдруг понял, что хотел бы оградить ее от сплетен, защитить, если ей действительно что–то угрожало. Но что же ей могло угрожать? Откуда у него такие нелепые предположения?

Однако боль и тревога в ее янтарных глазах были явно непритворные, и это заставляло задуматься…

В смущении откашлявшись, он проговорил:

— Не беспокойтесь, я постараюсь быть предельно осторожным в их присутствии.

Губы ее тронула благодарная улыбка.

— Спасибо вам за это… Энтони, — прошептала она неожиданно.

Она произнесла его имя, и его тотчас же словно подхватил горячий вихрь эмоций и нахлынули чудесные воспоминания: родители, тихонько перешептывающиеся, сидя у камина, и идиллическая атмосфера в доме. Но все это было до того, как умерла мама…

Господь милосердный, откуда это взялось? И почему именно сейчас, при разговоре с этой хрупкой школьной учительницей? Нет–нет, ему нужно держать себя в узде. Ведь он не очень–то доверяет этой женщине. Да и как он может ей доверять? Не исключено, что она самая настоящая интриганка, просто умело скрывает это.

— А что теперь сыграть? — раздался вдруг девичий голос.

Проклятие, музыка стихла. А ведь они даже не заметили этого. Мэдлин нахмурилась и посмотрела на часы.

— Вы пропустите свою встречу с управляющим, если задержитесь еще, лорд Норкорт.

Она заставляла его уйти, и он знал, по какой причине. Она не могла больше выносить их доверительный разговор. И он тоже, если уж на то пошло.

Энтони кивнул:

— Да, полагаю, мне пора уходить.

И тотчас же раздался хор голосов — девочки протестовали и просили его остаться. Он улыбнулся:

— Но ведь я приеду и завтра. А завтра у меня не будет важных встреч.

— Завтра нас здесь не будет, — пожаловалась мисс Ситон.

Мэдлин вздрогнула.

— Боже, я совершенно забыла о нашей поездке в зверинец! — Она повернулась к виконту: — Милорд, вся школа едет. Мы планировали эту поездку уже несколько месяцев.

— Могу я сопровождать вас?

— Прекрасная мысль! — удивила она его своим ответом. — Миссис Харрис любит, чтобы в таких поездках нас сопровождали мужчины, если удается это организовать. Итак, предположив, что она будет согласна… встретимся с вами здесь в восемь. Устраивает? — Ее губы тронула лукавая улыбка. — Если вы, конечно, сможете встать так рано два утра подряд.

Он тоже улыбнулся:

— Смогу, если сможете вы, мисс Прескотт. А за меня не беспокойтесь. Я могу сделать почти все, если захочу. — «И даже соблазнить школьную учительницу под носом у директрисы», — добавил он мысленно.

Соблазнить ее? Действительно, а почему бы и нет? Он смотрел, как она, покачивая бедрами, направилась к своим ученицам. Что ж, если он и впрямь ее соблазнит, то тогда непременно узнает, зачем ей понадобилась эта проклятая вечеринка. Да–да, так и следует поступить. Потому что в этом случае она обязательно выполнит свое обещание и сделает так, чтобы Тессу приняли в школу. И тогда уже не важно, что будет с вечеринкой. К тому же она, судя по всему, женщина с некоторым опытом. Поначалу он считал ее девственной и совершенно невинной, но теперь был почти уверен, что это не так. Действительно, что она скрывает? Возможно, какую–то предосудительную любовную связь. Как бы то ни было, ему надо переспать с ней, потому что только так он заставит ее сдержать слово и устроить прием Тессы в школу. Да, только из–за Тессы…

Глава 8

Дорогой кузен,

не буду больше препираться с Вами из–за лорда Норкорта, хотя мне очень нравится Ваше раздражение. Я знаю, что бы сохраните этот секрет: лорд Норкорт хочет поместить сюда свою племянницу, так что мисс Прескотт предложила, чтобы взамен он провел с моими девочками несколько уроков и научил их распознавать негодяев. Он согласился. Вы, возможно, не одобрите это, но теперь, после первого его урока, я начинаю думать, что поступила правильно и что уроки эти очень полезны…

Ваш лукавый друг Шарлотта.

Мэдлин вошла в школу и стала поспешно подниматься по лестнице, радуясь, что никто не заметил, как она проскользнула через черный ход. Все уже собрались на лужайке перед школой и теперь, дожидаясь экипажей, завтракали на скорую руку булочками и чаем.

Но Мэдлин хотелось побыть одной, чтобы собраться с мыслями и приготовиться к предстоящему. Ведь если приедет виконт, ей придется держать себя под полным контролем. Энтони не удастся застать ее врасплох только потому…

О Господи! Из груди ее вырвался стон. Она не должна называть его по имени даже мысленно! Потому что это самый верный способ совершить ошибку и назвать его по имени вслух, при ученицах. Кроме того, он через две недели исчезнет. И вообще, неразумно думать, что в будущем их может что–то связывать.