Миган Маккини - Как прелестна роза

Кристал сидела не дыша. Своим телом она торговать не намерена. Честь и достоинство для нее превыше всего. Без этого ей не жить.

Кейн вновь поднял глаза к лицу девушки и, встретившись с ее надменным взглядом, стал смотреть куда-то в сторону.

— Что бы ты ни сделала, что бы ни предложила, я не отпущу тебя на свободу. — Он осмотрелся, до самого горизонта объяв взором бескрайнюю прерию. — Если я приеду с тобой в город, на этот раз меня точно повесят. — Он стянул с шеи выцветший красный платок. Увидев его красноватый шрам, она опять внутренне содрогнулась. — У меня нет желания еще раз встречаться с палачом. Удача может изменить мне.

В отчаянии Кристал решила разыграть свою последнюю карту.

— Если ты отвезешь меня в Кэмп-Браун, я никому и словом не заикнусь о тебе. Просто сообщу властям, где находятся остальные пассажиры. А ты сразу же покинешь форт. Исчезнешь.

— Я не могу этого сделать.

— Неужели ты не понимаешь, что Кайнсон ненавидит тебя? Тебе нужно золото. А если Кайнсон не захочет делиться? — От бессилия она готова была разрыдаться. — Я не выдам тебя. Отвези меня в Кэмп-Браун. Ты ведь не бандит. Поступить так, как ты вчера, способен только человек с добрым сердцем…

— Забудь про вчерашний вечер, — вспылил Кейн. — Ты ошибаешься, полагая, будто я могу помешать осуществлению задуманного. Чему быть, того не миновать.

И если ты будешь сговорчивее, то, может быть, нам всем удастся выбраться из этой переделки живыми.

Надежда покинула ее, испарилась, как вода в реке во время засухи. Кристал отодвинулась от Кейна, устремив взор в бескрайнюю даль стелющейся зеленым ковром прерии. Больше говорить было не о чем.

Кейн в сердцах натянул поводья. Лошадь остановилась.

— Какое тебе дело до моей шеи? Подумай лучше, как спасти свою задницу.

Девушка молчала. Тогда Кейн, тряхнув ее за плечо, опять спросил:

— Почему ты так беспокоишься за мою жизнь?

Кристал пристально посмотрела на разбойника.

Так же, как и Кейн, она не на шутку рассердилась.

— Потому что у нас с тобой схожие судьбы, Кейн. Только поэтому. Я хорошо понимаю тебя. На нас с тобой устроили охоту, словно на диких зверей. Я не заслужила такой участи. Может быть, ты тоже. Тогда докажи, что это так. Отвези меня в Кэмп-Браун.

Его рука еще крепче сжала плечо девушки.

— Твой муж… это он преследует тебя или… — начал Кейн и умолк, прокручивая в голове все возможные варианты.

— Ну, не стесняйся. Можешь думать самое худшее. Другие ничего иного и не предполагают. — Кристал постоянно помнила, какая горькая правда заключается в се словах.

Кейн внимательно вглядывался в ее глаза, в прозрачные голубые хрусталики, искрящиеся в лучах ослепительного солнца.

— Нет… — медленно произнес он, — ты его не убивала. Ты бы не носила эти траурные одежды, если бы сама убила его. Не стала бы оплакивать мужа, которого собственноручно лишила жизни.

— Нет, не стала бы, — прошептала Кристал, вновь с беспокойством ощутив, как ее наполняет чувство глубокой признательности к разбойнику. Она три года скитается по свету, скрываясь от правосудия. Маколей Кейн — первый человек, который сразу поверил в ее невиновность, не требуя доказательств.

— Расскажи, что он был за человек?

Вполне естественный вопрос, но ответа на него нет. Кейн спросил о муже, но девушка догадывалась, что на самом деле он желает услышать рассказ о ее жизни. Он хотел знать, каким образом она оказалась в этом злополучном дилижансе, куда направлялась, почему не носит обручального кольца, почему у нее нет детей. Он хотел выяснить, была ли она счастлива в супружестве, чтобы вынести приговор ее прошлому и предсказать будущее. Если только у нее есть будущее.

Кристал обнимала взором мертвую ширь, над которой висело такое же пустынное ярко-голубое небо. Прерия манила ее; на этих безграничных просторах легко затеряться. Пока еще она не может открыть свое настоящее имя, хотя душа ее жаждала довериться Кейну, поведать ему о дяде, который разыскивает ее, и о том, как он убил ее родителей, а всю вину свалил на племянницу. Наверное, она просто надеется, что, рассказав Кейну о себе, заставит его понять: она тоже несчастна, как и он сам, и ее нужно спасти, равно как и остальных пленников.

Но, впрочем, вряд ли он поймет ее, и, следовательно, она напрасно подвергает себя опасности.

Глубоко вздохнув, Кристал огляделась. Во все стороны тянулась широкая степь. Три последних года в Нью-Йорке она провела в психиатрической лечебнице. То было тяжелое время. Смятение, горе и страх отравляли каждую минуту ее жизни. Она истерзала себя, полагая, будто и впрямь в безумии погубила своих родителей, как лживо утверждал ее дядя. А потом вдруг, словно пробудившись от кошмарного сна, она вспомнила, как все произошло. Кристал надеялась, что в один прекрасный день справедливость восторжествует. Или, наоборот, когда-нибудь дядя отыщет ее. Ну а пока положение остается без изменений, лучше держать язык за зубами.

— Что этот сукин сын сотворил е тобой? — Кейн, приставив шершавый палец к щеке девушки, чуть повернул ее голову, чтобы она смотрела ему в лицо.

Кристал видела, что он встревожен ее взглядом. Так реагировали многие, потому что в ее глазах отражалась необъяснимая боль когда-то полученного сокрушительного удара.

— Какое тебе до этого дело? — прошептала она. — Мое прошлое касается только меня. Я просто хочу, чтобы ты знал: я понимаю, почему ты избрал для себя жизнь изгоя. И у меня есть на то свои причины.

— Я — преступник. У женщины вроде тебя не должно быть ничего общего со мной. — В голосе Кейна прозвучало явное неодобрение.

— Да что ты можешь знать о женщинах вроде меня?

— Я всегда считал, что знаю достаточно.

Кристал посмотрела Кейну в глаза.

— Давай убежим, Кейн. Спасем людей, которых держат в плену в Фоллинг-Уотере, и сами спасемся. А потом ты скроешься, начнешь новую жизнь. И я тоже.

Ласковый степной ветерок теребил его волосы, в глазах цвета зимнего неба искрилось солнце. На долю секунды Кристал померещилось, что сердце разбойника откликнулось на ее призывы, что они достигли взаимопонимания, обрели друг в друге близкое по духу существо; так обитатели леса даже в темной глуши всегда чуют себе подобных. Но это длилось лишь мгновение. Кейн пришпорил кобылу, и они, словно гонимые пожаром, понеслись в Фоллинг-Уотер. Кристал возвращалась в лагерь в унынии: Маколей Кейн не оправдал ее надежд.

Глава 5

К лагерю разбойников они подъехали уже в сумерках. Кейн напоил и накормил лошадь и только потом отпустил Кристал готовить на ужин бобовую похлебку и печь булочки. Всем своим существом девушка восставала против того, что ее заставляют прислуживать, как рабыню, но разум, стремившийся выстоять в борьбе за жизнь, укротил кипевший в ней дух непокорности. Кристал вынуждена была смириться со своим положением, и принялась устало копошиться у очага, стряпая пищу для своих похитителей. В данной ситуации по-другому она и не могла поступить.