Джо Фергюсон - Радуга любви

– Я надеюсь, Гвен, – только и могла сказать Саманта. Еще в начале путешествия она поняла, что ее новая подруга вела жизнь, которую в ее собственной семье назвали бы «аморальной». Предположения подтвердились после того, как Гвен сошлась со вторым помощником капитана и на ночь уходила к нему в каюту.

За время путешествия в этот чуждый мир многие представления, которые Саманта считала незыблемыми, существенно изменились. Еще несколько месяцев назад она не поверила бы, что подружится с проституткой. Или, оказавшись в высшей точке земного шара, свыкнется с запустением здешних мест. Проплыв по Юкону от Сент-Майкла до западного побережья Аляски, она научилась восхищаться севером. Этими пустынями, не значившимися на карте до той поры, пока два года назад не распространилась весть о золоте. Дикими местами, которые видели не многие из мужчин.

Саманта схватилась за перила, когда «Мервин» сбавил обороты. Пронзительный корабельный свисток рассек воздух. Она подобрала свою сумку с немногочисленными пожитками, держа их при себе с того дня, как покинула свой дом с видом на берега Огайо. Большинство вещей, которые она везла для себя и своего нового дома, запакованные в две более вместительные сумки, хранилось в трюме.

Подойдя к трапу, она не удивилась, заметив ожидающего ее у мостика первого помощника капитана. Он с самого начала не скрывал своего интереса к ней. Однажды Саманта позволила ему усыпить ее бдительность. Но теперь знала, как застраховаться от его посягательств. Одного урока оказалось достаточно. Мистеру Пенну больше не удалось подкараулить ее одну.

– Вы уверены, мисс Перри? – спросил он, когда она приготовилась ступить на сходни.

– Я вам уже все объяснила, – сказала Саманта, не скрывая своего раздражения. – Мистер Хаусман сделал мне достойное предложение. Намного отличающееся от вашего. – Она посторонилась, пропустив Гвен и других пассажиров.

Помощник капитана нагло ухмыльнулся, видимо, вспомнив, как держал ее однажды в объятиях, прильнув губами к ее губам, после чего получил звонкую пощечину.

– Нельзя винить мужчину в том, что он испытывает к вам влечение, – сказал мистер Пени. – Жаль, что мы с вами не смогли договориться, как ваша подруга со Скелли. Путешествие могло быть гораздо приятнее.

Саманта, выгнув брови, гневно сверкнула глазами.

– Мисс Перри… Саманта… послушайте. – Пени взял ее за руку, не обращая внимания на пронзительные крики Гвен, торопившей, девушку. Похотливая усмешка сошла с его лица. – Ведь вы совершенно не знаете этого Хаусмана, – продолжил он серьезным тоном, какого Саманта никогда от него не слышала. – Возможно, это не то, что вы ожидаете. Если захотите уехать от него, приходите прямо в линейное отделение пароходства. Контора вон там, где склады, в первом здании. Скажете, что я оплачу ваш обратный проезд.

– Мистер Пенн, я…

Он замотал головой:

– Не поймите меня превратно. Это вас ни к чему не обяжет, разве что пообедать со мной в Сент-Майкле. – Глядя мимо нее на беспорядочную толпу на берегу, он добавил: – Я просто не могу спокойно оставить вас этому скопищу глупцов. Если у вас вдруг не заладится с этим Хаусманом, они будут рады сделать очаровательную Саманту Перри звездой Доусона. Смотрите только, как бы вам не пришлось за это дорого заплатить.

– Вам нет нужды беспокоиться, – сказала она, поправляя плащ. – К тому времени, когда вы снова вернетесь в Доусон, я уже буду миссис Джоул Хаусман. И мой муж сам позаботится о том, чтобы оградить меня от всяких неприятностей. – И уже мягче добавила: – Тем не менее, спасибо вам, мистер Пенн.

Не оглядываясь, она сошла по шаткой доске на берег. Гвен широко улыбалась, окруженная толпой поклонников, и, кажется, не торопилась разыскивать своего мистера Манроу.

К Саманте потянулась чья-то рука, но она отбросила ее и, не замечая суетившихся мужчин, направилась к своей подруге, пропуская мимо ушей замечания в собственный адрес. Она похлопала Гвен по плечу:

– Тебе не кажется, что нам пора идти?

– Не торопись. – Гвен улыбнулась окружающей их толпе и обратилась с открытым призывом к мужчинам: – Разглядывайте все, что вам хочется, ребята, но мисс Перри тоже забронирована, как и я.

– Гвен, надо идти, – повторила Саманта, чувствуя, как пылает лицо. Взяв подругу за руку, она потянула ее за собой и тихо добавила: – Не надо их подзадоривать!

– Я знаю, ты уверена, что полюбишь своего мистера Хаусмана. А я пока не уверена, что останусь довольна моим мистером Манроу. – Она оглянулась через плечо и подмигнула мужчинам, бесцеремонно следовавшим за ними. – Если я решу, что он меня не устраивает, по крайней мере, будет из кого выбрать.

– Но ведь ты собираешься за него замуж! – вне себя от удивления воскликнула Саманта.

– Не будь такой пуританкой, Саманта, – сказала Гвен и вдруг закричала: – Смотри! Это он! Мой мистер Манроу! Мистер Манроу!

Гвен побежала к толстому, круглому, как яйцо, коротышке, его лысина сверкала под палящими лучами солнца – такая же красная, как его фланелевая рубаха. Выгоревшие каштановые усы свисали с верхней губы на подбородок. Растерянное выражение сошло с лица мужчины, и он протянул руки, приветствуя свою долгожданную невесту.

Саманта не подошла к ним, чтобы не мешать. Гвен между тем бросилась в объятия мужчины, который был ниже ее ростом дюйма на три. Саманта улыбнулась. Возможно, все будет замечательно. Несмотря на свою внешнюю вульгарность, Гвен втайне мечтала о любви.

Неожиданно Саманта осознала, что находится в толпе мужчин, разглядывающих ее со всех сторон. Одинокие мужчины жаждали женщину почти так же сильно, как золото.

Один из них выступил из толпы и коснулся кончиками пальцев своей хрустящей от грязи шляпы.

– Добро пожаловать в Доусон, мисс.

Саманта не нашлась что ответить и собралась уходить.

– Мисс!

Она оглянулась на осклабившегося мужчину с изможденным, покрытым грязью лицом. Засунув руки в карманы джинсов, он зашагал к ней.

– Я должна идти, сэр, – мягко произнесла Саманта.

– Сначала один вопрос, если позволите, – проговорил мужчина. – Та женщина сказала, что вы забронированы! Это правда? Она имела в виду мужа? Или вы собираетесь работать в городе? – продолжал он. – Мы с ребятами были бы очень рады видеть вас в «Монте-Карло» или в «Отеле».

Щеки ее снова вспыхнули. То, на что деликатно намекал мужчина, было в высшей степени оскорбительно. Он явно принял ее за шлюху, но не это ее беспокоило, а нескрываемое восхищение в его взгляде.

– Сэр, – сказала она, попятившись, – я не собираюсь работать ни в «Монте-Карло», ни в «Отеле». Я приехала в Доусон к своему жениху. Всего доброго.