Дениз Робинс - Любить — значит жить

— Что ж, тебе следует быть с ним любезной. Он может оказаться полезным. А кроме того, мы собираемся жить в его доме.

— О, может, мы поговорим о чем-нибудь еще, — взмолилась девушка.

— Ты странная женщина, — засмеялся молодой человек. — Как скажешь. Мы можем поговорить о нас.

Он обнял Гейл и страстно поцеловал в губы. Она постаралась ответить на этот поцелуй. Ведь это ее долг. Она не может огорчать мужа оттого, что в ее жизни снова появился Ян.

Глава 9

Всего за одну неделю, прошедшую с последнего вечера, ее жизнь полностью изменилась. С тех пор как они прибыли в замок Яна, Билл еще ни разу ничем не огорчил Гейл. Вскоре его послали обратно в Лондон, чтобы отобрать новобранцев, которые могли бы пригодиться ему для той работы, которую он выполнял в данное время. Ему надо было сопровождать их по дороге из Уилуича в Эдинбург. Предполагалось, что вся поездка займет сорок восемь часов, и Гейл радовалась, что сможет побыть одна, полюбоваться чудными видами местной природы.

По прибытии в Лох-Касл девушка сразу же уселась за письмо к брату. Она очень подробно рассказывала ему об истории этого места. Крис собирался в будущем поступать в Оксфорд на историческое отделение. История всегда интересовала его, да и Гейл тоже.

Девушка провела в замке всего несколько часов, но уже успела побывать в библиотеке и найти сведения о Лох-Касле, восходящие к тысяча сотому году. И разумеется, здесь, в доме Яна, была комната, в которой Мария Стюарт имела удовольствие однажды переночевать во время своего путешествия из Эдинбурга в Лондон.

Гейл писала следующее:

«Крис, ты даже не представляешь, какое впечатление произвел на меня замок, когда я впервые попала сюда. В этот день шел сильный дождь, и небо выглядело безрадостно серым. Мы медленно поднимались по крутому склону, на котором был разбит парк. Сильный ветер срывал с черных ветвей последние красные, золотые, оранжевые листья и поднимал их в воздух. Нам повстречались олени. Они оказались настолько ручными, что спокойно подошли к нам, и мы смогли покормить их прямо с руки. Затем через пелену дождя я увидела замок с двумя круглыми башнями по краям и зубчатой стеной с бойницами. Он стоял на самом краю озера.

Возможно, ты сделаешь вывод, что здесь очень мрачно. Да, наверное, с первого взгляда так действительно может показаться. К тому же дождь с тех пор, как мы приехали сюда, все еще не кончился. Но, говорят, когда выглядывает солнце, все здесь преображается и перед глазами открывается необыкновенно красивое зрелище. Со стены можно видеть далеко-далеко впереди пурпурные вересковые пустоши, а в ясный день даже башни Эдинбурга.

Интерьер замка совершенно лишен мрачной атмосферы Средневековья. Его владельцы собрали большую коллекцию редких предметов искусства, и мне кажется, я никогда не устану бродить по залам и рассматривать все это. Яну Далмиеру очень повезло в том, что он получил такое наследство. Он сам прекрасно понимает это и ценит…»

Гейл закончила писать. Она о многом рассказала Крису, а теперь ей хотелось поздравить Перчинку, которая только что сдала экзамен по музыке.

Ян внимательно следил за тем, чтобы никто в замке не страдал от отсутствия чего-то необходимого. В Лох-Касле старались по возможности поддерживать тепло, для чего постоянно жгли торф и древесину. Гейл сидела перед огнем и представляла себе жизнь с Яном на Гибридах.

Комнаты, в которые их с Биллом поселили в замке, были значительно лучше квартиры в Эдинбурге. Стены покрывали панели из темного дуба, на полу лежал голубой ковер, а на окнах — серебристые парчовые шторы. К гостиной примыкала спальная комната с еще более изысканной и дорогой отделкой. Также в их распоряжении была и отдельная ванная комната.

Когда они приехали в замок три дня назад, Ян предложил Гейл самой выбрать себе комнату.

— Мне бы хотелось, чтобы ты выбрала себе комнату по вкусу, — предложил он.

И девушка остановилась на этой, потому что окна спальни выходили на вересковую пустошь, что казалось Гейл необыкновенно романтичным.

Миссис Ногтон и другие женщины предпочли поселиться в комнатах, больших по площади и располагавшихся на нижних этажах.

Гейл наслаждалась каждой минутой пребывания в замке. Ей нравилось каждый день видеть Яна. Но, надо признать, для нее это удовольствие было весьма сомнительным. Пока Билл отсутствовал, девушка предпочитала обедать и ужинать в обществе Ногтонов за общим столом в столовой. Во время обеда она могла видеть за другим столом прямо напротив них Яна в компании неженатых офицеров. Они обменивались улыбками и приветствиями. Вечером ей иногда удавалось даже немного поговорить с ним. Но он знал, что нельзя привлекать внимание, и очень быстро исчезал в библиотеке.

Как бы то ни было, в эти дни она чувствовала себя счастливой. Она не хотела, чтобы возвращался Билл: Одна только мысль о том, что ей придется отвечать на его поцелуи и объятия, заставляла ее сердце сжиматься в комок. Ее чувство к мужу уже никогда не вернется. Даже для дружбы у нее в душе не осталось места.

А в это время Билл Кардью пытался в Лондоне совместить приятное с полезным за те сорок восемь часов, которые ему предоставили для поездки.

Сначала его совсем не радовала мысль, что придется оставить Гейл одну в замке. Не из-за каких-то эгоистических побуждений, а просто потому, что Биллу нравилось быть рядом с женой. И поездка в Лондон казалась ему утомительной.

Но вдруг Билл обнаружил, что положение «веселого холостяка» не только не обременительно, но доставляет массу всевозможных радостей. Он даже не потрудился сходить в Кингстон навестить мать. Также без внимания остались и Патнеры. У Билла были совсем другие цели.

Кардью случайно встретил своего старого приятеля Фрэнка Пиэрса, который собирался на вечеринку в «Парижское кафе» со своей подружкой леди Борли из Мейфера. Девушка еще раньше просила Фрэнка захватить с собой какого-нибудь знакомого парня.

— Ты как раз подойдешь! — радостно воскликнул Фрэнк и хлопнул Билла по плечу. — Леди Борли сказала, чтобы я нашел кого-нибудь посимпатичней.

Эти слова были словно бальзам для самолюбия Билла. Свою работу в Уилуиче он успеет закончить до вечера, а затем с удовольствием отправится на вечеринку. Тем более платить ему не придется.

Начищенный, наглаженный и отполированный, Кардью был готов к «подвигам».

И сразу же он забыл о том, что у него есть жена. Девушка, хозяйка приема, из светского общества, накрытые столы, симпатичные гостьи, великолепный оркестр, шампанское, праздничная атмосфера в одно мгновение перевесили те нудные разговоры об истории, которые без конца заводила Гейл.