Мэри Спенсер - Поверь в любовь

– И вовсе не глупо! Наоборот, прекрасно, мистер Киркленд. Правда замечательно. И вы так и не достроили дом? Решили все бросить?

– Просто руки не доходят, – уныло признался Натан. – Со стадом хлопот полон рот, ведь, когда связываешься с этим делом, вдруг оказывается, что столько всего надо... Я два года прожил в палатке, а потом приехал Джим и буквально выломал мне руки, лишь бы я построил ту хибару. Мы возились с ней чуть ли не все лето, и лучшего времени я не упомню. – Лицо его тотчас расплылось в улыбке.

– Стало быть, вы собираетесь достроить его потом?

– Ох, теперь даже и не знаю. На что он мне? Женщины на примете у меня все равно нет, а ездить в город приглядывать невесту недосуг. – Он вдруг стал похож на обиженного ребенка, который сам не понимает, как это он так опростоволосился. – Так для чего достраивать эту махину, коли ей все равно суждено стоять пустой?

Элизабет окинула его строгим взглядом, и Натан невольно напрягся.

– В жизни не слышала подобной глупости, мистер Киркленд! – фыркнула она. – Если вы вообще намерены жениться, «го должен же у вас быть дом, куда бы вы могли привести свою жену?! И я очень сомневаюсь, что приличной женщине охота будет жить в одной комнате с четырьмя посторонними мужчинами!

– Э... конечно, мэм. Ясно, что не захочется.

– Ну а теперь, – перебила его Элизабет, сложив руки на груди, – покажите мне, где у вас будет кухня.

– А? О, так вам кухня нужна? Э... черт возьми, кажется, где-то здесь. – Натан принялся разглядывать фундамент. – Вот... – он протянул руку, – я решил, что ей понравится, если окна кухни будут выходить на долину.

– Чудесная мысль, – одобрила Элизабет, оглядываясь по сторонам. – Любая женщина была бы счастлива хозяйничать в кухне, из которой открывается такой восхитительный вид!

– Вы думаете? – Он был явно польщен. – А вот тут... тут я собирался поставить китайский шкафчик, прямо возле двери в столовую, чтобы ей было удобно брать посуду. – Убедившись, что Элизабет слушает с интересом, Натан повел ее в другую комнату своего будущего дома. – А вот тут будет кладовая, так все продукты у нее будут под рукой.

– Замечательно! – воскликнула Элизабет. – А плита у вас будет большая или вроде той, что сейчас? И куда вы ее поставите?

– Господи, ну конечно же, сюда! – Натан указал куда-то за спину. – Плиту я хочу большую. Куплю ее на востоке. Самую лучшую – ведь это для моей жены! А вот тут, рядом, будет ящик с дровами и углем. А вон там – шкафчики для всяких кухонных мелочей. Здесь будет раковина с насосом – так, чтобы ей не приходилось таскать воду со двора. Я все уже продумал.

– О Боже! – На Элизабет его план явно произвел впечатление. – Да это просто здорово, мистер Киркленд!

Он смущенно всплеснул руками.

– Конечно, звучит все это неплохо, только вот что вы скажете после того, как увидите Лос-Роблес. Роскошное местечко, прямо возле Вудсен-Хиллз. Мое ранчо и в подметки ему не годится.

Элизабет опять смерила его строгим взглядом.

– Ваше ранчо тоже будет чудесным, мистер Киркленд, и ваша будущая жена будет счастлива и благодарна вам за такой великолепный дом. И выкиньте из головы эти глупые мысли! Так, а где у вас будут жилые комнаты?

И весь следующий час, пока солнце весело карабкалось вверх, заливая долину щедрым теплом, Натан Киркленд с увлечением строил свой будущий дом, а Элизабет внимательно слушала. Когда он закончил, оба мысленно полюбовались им, будто он уже существовал на самом деле.

– Прекрасный дом, мистер Киркленд, – одобрительно кивнула Элизабет.

Натан с трудом вернулся к действительности и взглянул на стоящую рядом женщину. Глаза ее были мечтательно устремлены вдаль, на губах играла легкая улыбка. Улыбка! Как странно, впервые женская улыбка наполнила его тихой гордостью, и на душе стало светло, будто он совершил что-то достойное и удивительное. И вдруг Натан похолодел: он внезапно понял, что строил этот воображаемый дом не для какой-то незнакомой женщины. Нет, он строил его только для нее, для Элизабет Кэган.

Глава 5

– Не сейчас, Элизабет. Пока еще рано. Не открывай глаза...

– Но, мистер Кэган...

– Я крепко держу Элли под уздцы, так что не волнуйся. Просто не открывай глаза, пока я не скажу. Тебе понравится, я клянусь.

– Хорошо, сэр.

– Такой красоты больше нет в мире. В целом мире, дорогая! Мы здесь, в Санта-Инес, называем это место Землей Обетованной. Через минуту ты поймешь почему.

Элизабет послушно закрыла глаза, подставив лицо жарким лучам солнца и свежему ветерку. Распрощавшись с Натаном Кирклендом, они уже больше часа ехали по горам Санта-Инес.

Тропа привела их на самый верх, к перевалу Сан-Маркос, и тут Джеймс вдруг схватил кобылу жены под уздцы, заставив ее остановиться.

– А теперь, милая, открой глаза и взгляни на свой новый дом.

– Ох! – изумленно выдохнула она. Перед ней, насколько хватало глаз, расстилалась желто-зеленая долина. Заросшие дубами склоны холмов казались светлыми на фоне мрачных гор, шаловливый ветерок играл с могучими великанами, заставляя их взволнованно шуметь листвой. Будто зеленый океан тихо рокотал у их ног, а вдалеке среди изумрудной листвы золотом отливали поля. – Какая красота!

– Да, – кивнул он, – красота. Знаешь, я ведь прожил тут все свою жизнь, но до сих пор не устаю любоваться. И каждый раз, возвращаясь сюда, вижу словно впервые. Хорошо, верно? Дома вообще хорошо. – Он улыбнулся жене. – Тебе нравится здесь, Бет?

«Нравится ли мне?» – задумалась она. Господи, да такое ей и не снилось! Хорошо бы родители были живы и могли убедиться, что и вправду есть на свете та земля обетованная, о которой они так много слышали.

– Да, мистер Кэган, нравится.

Он рассчитывал совсем не на это будничное «да», но тем не менее улыбнулся как ни в чем ни бывало.

– Что ж, рад за вас, миссис Кэган. Отсюда долина просматривается лучше всего, а вот Лос-Роблес пока не виден. Он вон там, – Джеймс указал на тропу, которая, извиваясь, круто уходила вверх, – за горами десять тысяч акров лучших в мире пастбищ для скота, – с гордостью сообщил он и с удовлетворением отметил изумление, мелькнувшее в глазах Элизабет. – И погода у нас здесь что надо. – Отдав Элизабет поводья, Джеймс двинулся вверх по тропе. – Весной тепло, летом не слишком жарко, и не слишком холодно зимой. Дожди тут бывают часто, а вот снег – никогда.

– Нет снега?! – Элизабет решила, что ослышалась.

– Нет. Это ж земля обетованная! Зачем здесь снег?

Он перехватил ее взгляд – один из тех, к которым уже успел привыкнуть и который ясно давал понять, что Элизабет не в восторге от подобных шуток.

Джеймс хмыкнул.

– Подожди, Элизабет. Ты полюбишь свой дом так же, как и я.