Сильвия Эндрю - Аннабелла

Что у него на уме? Ведь после поездки в Гайд-парк он старательно ее избегал. Аннабелла решила отбросить осторожность и сказала:

— Я выпила бы вина. Если это к тому же будет сопровождаться приятной беседой…

Он рассмеялся, и они прошли в гостиную. Уиткрофт принес вина и разлил по бокалам, оставив графин на столике рядом с диваном. Джайлс занял свое излюбленное место у камина.

— Ты уже получше выглядишь. Там, в театре, мне показалось, ты потеряешь сознание от духоты и давки, и я испугался, что не успею тебя подхватить.

— Мне несвойственно падать в обморок. Скорее это было похоже на приступ лихорадки. Сейчас уже все прошло.

— Я видел, как ты уронила веер. Что за мужчина тебе его подал? Ты его знаешь?

— Темноволосый джентльмен? — Аннабелла вздрогнула. — Я никогда его раньше не встречала.

Джайлс с минуту молча смотрел на нее.

— Странно! — Он сделал глоток вина. — Моя мачеха сказала тебе что-то неприятное? — Аннабелла молчала, тогда он натянуто произнес: — Я полагал, что тетя Лаура сообщила тебе, кто эта женщина в красном платье. Я видел, как она говорила с тобой.

— Тетя Лаура сказала мне. И эта леди мне очень не понравилась. Она спросила про ожерелье. Решила, что его мне дали вы.

— Мне очень жаль, что я оставил тебя одну. Я не должен был уходить из ложи. — Джайлс, опершись обеими руками о каминную полку, уставился невидящим взором на консоли, изображавшие херувимов. — Просто… я не в состоянии ее видеть.

— Да, я понимаю, — тихо ответила Аннабелла. Она встала и подошла к камину. — Тетя Лаура все мне рассказала, и я вам сочувствую. — Она положила руку Джайлсу на плечо.

Он молча смотрел на нее, и Аннабелла, внезапно смутившись, отдернула руку, испугавшись, что он сочтет ее поведение неприличным.

— Нет! Розабелла, подожди… — Он потянулся к девушке и заключил ее в объятия. От его взгляда сердце у нее подпрыгнуло и замерло. — Не уходи! — медленно произнес он, наклонил голову и легонько коснулся ртом ее губ.

У Аннабеллы по спине пробежал озноб, а ноги подкосились, но на этот раз не от слабости, а от удовольствия. Она придвинулась к Джайлсу и обхватила его за плечи, чтобы не упасть. Джайлс снова поцеловал ее, на этот раз покрепче. Теперь ее бросило в жар — такого с ней никогда еще не было. Сама того не сознавая, она ответила на его поцелуй, сначала робко, затем, по мере нарастания странных, дотоле неведомых и восхитительных ощущений, смелее. Аннабелла закрыла глаза и прильнула к нему, податливая и уступчивая. Но это длилось недолго, к ней вернулось благоразумие.

— Джайлс, — прошептала она и отстранила его ладонью.

Он поймал ее руку и поднес к губам. Аннабелла, как завороженная, наблюдала за тем, как он целует ее в серединку ладони, и не удержалась от восторженного возгласа. Он засмеялся, прижал ее к себе и начал страстно целовать. Ноги Аннабеллы едва касались пола, а он, шепча ее имя, покрывал поцелуями глаза, волосы и губы. Она тоже с жаром целовала его, но, когда он потянул ее к дивану, страх оказался сильнее желания.

— Нет, Джайлс! — задыхаясь, произнесла она и решительно отодвинулась от него. Волосы у нее растрепались, платье оказалось помятым, а губы распухли и саднили. Ей стало стыдно. — Это нехорошо! Этого не должно быть! Вы… и так презираете меня, я знаю, но, что бы вы обо мне ни думали, я не развратная женщина!

Джайлс был возбужден не меньше Аннабеллы. Он тяжело дышал, и руки у него дрожали. Казалось, он не слышит ее слов, так как, шагнув к ней, схватил ее за руку и обнял. Он приподнял ей подбородок и наклонился, собираясь снова поцеловать.

— Нет! — крикнула Аннабелла и с силой оттолкнула его.

Он замер и как во сне смотрел на нее. Циничная усмешка появилась на его лице. Он отпустил ее, отвернулся и отошел к камину. В комнате царила тишина.

— Прости меня! — ровным голосом сказал он. — Я забылся… Черт возьми, Розабелла, что ты за создание? Я-то считал, что знаю все женские уловки, но ты меня озадачила. — (Она была потрясена.) — О, ради Бога, не смотри на меня словно обиженное дитя! Только что твое поведение было совсем не детским.

— Я… я не притворялась, Джайлс. Я сознаю, что повела себя ужасно, что мне следовало сразу положить этому конец. Не знаю, что со мной произошло. Я никогда прежде ничего такого не испытывала… Вы застали меня врасплох.

— Ну, Розабелла, я не настолько легковерен!

— Вы можете мне не верить, но для меня это было внове. — Она замолчала и с трудом сглотнула. — Мне с огромным трудом удалось остановиться. Но я это сделала ради себя и ради вас.

— Какое благородство!

— Если бы мы зашли слишком далеко, то потом оба сожалели бы. Для нашей любви существует чересчур много препятствий.

— Любви? О чем вы, милая моя?

Аннабеллу покоробило от его презрительного тона, но голос у нее не дрогнул, когда она продолжила:

— Вы ведь знаете, что я права. Потом вы стали бы презирать себя за то, что поддались искушению и минутной слабости. А… — она замялась, — для меня оправданием такого поведения может быть только настоящая любовь. Мне стыдно за себя, — она гордо подняла голову, — но я не притворялась. Извините, если вам это показалось.

Глава седьмая

Как ни странно, но ее прямота тронула Джайлса. Ни одна знакомая ему женщина так откровенно не призналась бы в своих чувствах.

— Наверное, я был не прав, обвиняя тебя в уловках. Меня оправдывает лишь то, что я… я тоже был застигнут врасплох. — Он вдруг нахмурился, так как не в его характере терять голову. — Я не об этом думал, приглашая тебя выпить вина. Я видел, как ты была расстроена в театре. Я хотел успокоить тебя, но когда ты сама стала меня утешать…

Видя, что он искренне сожалеет о случившемся, Аннабелла решила удовлетвориться его извинением и ничего больше не говорить. Она никак не могла прийти в себя, и больше всего ей хотелось скрыться в своей комнате. Но когда она шагнула к двери, он воскликнул:

— Нет-нет, подожди! Ты еще не допила вино, и… я должен кое о чем тебя спросить. Пожалуйста, останься. — В его голосе прозвучала просьба, и Аннабелла, поколебавшись, вернулась и села в кресло. — Спасибо. — Джайлс принес ей бокал с вином, а сам отошел к камину. Немного помолчав, видно собираясь с мыслями, он сказал: — Розабелла, у меня в отношении тебя сложилось предвзятое мнение. — Он замолк, а у Аннабеллы перехватило дыхание: неужели Розабелла оправдана? — Я уже говорил тебе, — продолжил он, — что собираюсь разузнать побольше о жизни Стивена и о его смерти. Я разыскивал в Лондоне людей, знавших его. — Лицо Джайлса посуровело. — Постепенно я стал понимать, что тот мальчик, которого я знал… думал, что знал… существовал только в моем воображении. Я, вероятно, сделал ошибку, безоговорочно веря всему, что он мне говорил. Возможно, в вашем неудавшемся браке виновата не ты одна. — Он подождал, что она ответит, но Аннабелле было нечего сказать. Тогда он со вздохом продолжил: — Понимаю, тебе нужно время, чтобы поверить в мою искренность. Я не виню тебя, так как, должно быть, сильно обидел. Но, рискуя снова тебя обидеть, спрошу: можешь ли ты рассказать мне о Селдере? Я ничего не смог о нем разузнать. Не качай головой, Розабелла! Поверь, я сейчас не говорю о вашей возможной связи. Я готов понять, что, хотя это было дурно, ты могла искать утешения.