Лиз Карлайл - Соблазн на всю ночь

Федра стояла на месте, словно пораженная молнией.

Этот мужчина, у которого были повадки дикого зверя, мог быть таким удивительно нежным…

Потом так же неожиданно это все закончилось. Он отстранился от нее, и на его лице появилась самоуверенная и насмешливая ухмылка. В глазах — озорные огоньки. Ничто, кроме влажно поблескивавших губ, не выдавало того обстоятельства, что он только что поцеловал леди Федру. Казалось, он даже и не прикасался к ней, все происшедшее было какой-то мистификацией, иллюзией. Леди Федра выглядела сейчас как человек, у ног которого только что остановилось цунами.

— Вот так-то, — тихо проговорил он. — Пусть это послужит вам хорошим уроком.

Немного придя в себя, она тихо спросила:

— Уроком?

Тристан многозначительно подмигнул ей.

— Молодая девушка никогда не должна оставаться наедине с отъявленным повесой, — сказал он, — особенно с таким, кто не может похвастаться наличием мозгов. Но вы должны знать, леди Федра, что я очень вам благодарен за все, особенно за восхитительный поцелуй, который вы мне подарили.

Он повернулся и зашагал по коридору, затем прошел в холл. Надевая перчатки, Тристан шагал с таким видом, как будто весь этот огромный роскошный особняк, все слуги в этом доме, да и вообще весь мир вращались вокруг него.

Да, он был прав, и он сказал правду, подумала про себя Федра. Этот человек был всего лишь обаятельным пройдохой, повесой с красивым лицом. Собственно говоря, он был недостоин даже пощечины.

Она подошла к двери, распахнула ее и бросила на Тристана высокомерный взгляд.

— Я бы дала вам пощечину в ваше чертово ухо, сэр, если, бы была уверена, что это принесет вам пользу, — проговорила она низким, звеневшим от напряжения голосом. — А теперь всего хорошего, мистер Толбот.

К ее ужасу, Толбот обернулся и вдруг весело рассмеялся.

— Леди Федра! — воскликнул он. — Что за язык!

После этого он бросился вниз по лестнице. Что-то насвистывая, Тристан бежал так быстро, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, что, наблюдая за ним со стороны, нельзя было и предположить, что несколько минут назад ему зашили глубокую рану на голове.

Но, достигнув нижней ступеньки, Тристан вдруг остановился, как будто в чем-то засомневавшись. Продолжая держаться рукой за перила, он обернулся и посмотрел на Федру. В его лице появилось что-то мрачное, на нем проступили какие-то неясные эмоции.

— Только один вопрос, леди Федра. Можно?

— А разве у меня есть выбор?

Глаза Тристана поймали ее взгляд, сделавшийся мгновенно тяжелым, темным и непроницаемым.

— Тот умерший мужчина… — тихо проговорил он. — Вы назвали его Горским.

Невидимые чаши весов опасно сменили свое положение. Федра почувствовала, что ее сердце остановилось.

— Да? Неужели я назвала его имя? — резко спросила она. — Но разве его не так зовут?

— Его зовут именно так. — Теперь ни в лице Тристана, ни в его тоне не ощущалось ни малейших признаков веселости. Наоборот, он вдруг сделался очень серьезным. — Но кто вам это сказал?

Она заколебалась, пауза затягивалась.

— Я… но почему… мой брат, думаю… — солгала она.

Пронзительный взгляд Тристана продолжал упорно сверлить ее.

— Вы уверены в этом, миледи?

— Я… да, абсолютно.

Он не отводил взгляда, и ей пришлось смотреть ему прямо в глаза.

— Понятно, — наконец сказал он, в его голосе появилась опасная мягкость. — В таком случае я прощаюсь с вами, леди Федра. Благодарю вас за то, что уделили мне время.

Тристан повернулся, и Федра почувствовала, что ее колени сделались слабыми и задрожали. Внезапно у нее появилось ощущение, что она в чем-то просчиталась, где-то допустила ошибку. Возможно, она увидела в этом человеке только то, что он захотел ей показать. Неожиданно Федра заметила за воротами похожую на тень хрупкую фигуру в темном плаще.

— Мисс Армстронг! — воскликнула она удивленно.

— Здравствуйте, Фе. — Зоуи бросила на Тристана взгляд, который можно было однозначно классифицировать как кокетливый. — И Эйвонклифф! — пробормотала она. — Смотрю, вы опять истекаете кровью, но все еще живы.

Тристан почтительно приподнял шляпу.

— К огорчению моих врагов, — сказал он, кланяясь. — Вы прекрасно выглядите, мисс Армстронг.

— Но я должна выглядеть именно так. Разве нет? — сухо заметила Зоуи. — Ведь я занимаюсь только собой и своей внешностью, как вы изволили однажды заметить. Вы и Фе друзья?

Толбот оглянулся и подмигнул Федре.

— Я не совсем уверен, — сказал он, его настроение мгновенно улучшилось. — Фе? Мы друзья?

Федра проигнорировала вопрос Тристана.

— Мистер Толбот приходил по поручению отца, чтобы задать мне несколько вопросов, — сказала она, спускаясь на несколько ступенек. — Его интересовало то, что случилось вчера.

— В самом деле? — загадочно улыбнувшись, спросила Зоуи. — Как интересно.

— Да, но мы уже все закончили. — Толбот взял Каллидору под уздцы — ее только что подвел к лестнице один из конюхов. — А теперь, дорогие леди, мне придется вас покинуть. Дела ждут.

— О, это все ерунда. — Зоуи сделала к нему шаг. — Всем известно, какие у вас дела, Толбот. У вас на уме одни развлечения. Кстати, я попрошу тетю Уинни прислать вам приглашение на вечер в четверг.

Он заулыбался еще шире и затем вежливо поклонился Зоуи.

— Мисс Армстронг, можно мне навестить вас и вашу тетю немного пораньше, скажем, завтра? — сказал он уже более серьезно. — И если это возможно, то в час дня.

Стоя рядом с Федрой, Зоуи подняла руку и прикоснулась тыльной стороной ладони ко лбу.

— Господи, меня собирается навестить скандально известный лорд Эйвонклифф! — объявила она. — Тетя Уинни упадет в обморок. — Зоуи закатила глаза, изображая свою тетю. — Хорошо, приходите, если это вам так необходимо, но только не в час, а в два. Я постараюсь проснуться к этому времени.

— Отлично. Значит, в два.

Лошадь Тристана уже начала проявлять нетерпение она слегка пританцовывала, поводила крупом и крутила головой, пуская из влажных шелковых ноздрей клубы белого пара. Федра отметила про себя, что это животное было необыкновенно большим и черным. И, кажется, она уже раньше видела эту лошадь. Впрочем, в Лондоне немало лошадей. В ту ночь, когда ее подвезли на лошади до дома, она была очень испугана и у нее не оказалось с собой очков. А тот человек был совершенно пьян. Он назвал ей свое имя, и теперь Федра мучительно пыталась вспомнить его. Но это имя было не Толбот. И не Эйвонклифф.

Глава 4

Узнаю твой язык легко,