Джулия Куин - Гретна-Грин

Маргарет от неожиданности закашлялась:

— Я … как вы узнали, что она выходит замуж?

— Вы упомянули это сегодня вечером, — ответил Ангус.

Она прочистила горло:

— А, упомянула. Да … хорошо … должна вам пояснить, что нежно люблю свою сестру.

— Преданность семье видна во всем, что вы делаете, — сказал Ангус спокойно.

Она взяла свою салфетку и начала ее крутить.

— Я волнуюсь за Алисию. И желаю ей огромного счастья.

Ангус пристально наблюдал за ней. Маргарет не лгала, но и не говорила правду.

— Уверен, вы счастливы за сестру, — мягко сказал он. — Ничего другого вы и не можете чувствовать по отношению к ней. Но что вы чувствуете по отношению к себе?

— Я чувствую… Я чувствую… — Она сделала длинный, тяжелый вздох. — Никто никогда не спрашивал меня об этом.

— Возможно, время пришло.

Маргарет кивнула:

— Я чувствую себя брошенной. Я потратила так много времени, воспитывая ее, посвятила свою жизнь этому моменту, этому финалу, и где-то по пути забыла о себе. Теперь уже поздно.

Ангус поднял темную бровь.

— Едва ли вы похожи на старую беззубую каргу.

— Знаю, но для мужчин в Ланкашире я давно на полке. Когда они начинают думать о будущих невестах, то думают не обо мне.

— Тогда они глупцы, и вам не следует иметь с ними дело.

Она печально улыбнулась:

— Вы такой милый, Ангус Грин, независимо от того, насколько старательно пытаетесь скрыть этот факт. Но правда в том, что люди видят то, что хотят видеть, а я потратила так много времени сопровождая Алисию, что была переведена на другую роль. Я сижу с матерями и наблюдаю за танцующими. Боюсь, там я и останусь.

Она вздохнула.

— Возможно ли быть настолько счастливой за близкого человека и, в то же время, так грустить о себе?

— Только самые щедрые духом могут справиться с этим. Остальные не знают, как быть счастливым за другого человека, когда собственные мечты растаяли.

Одинокая слеза защипала глаз Маргарет.

— Спасибо, — поблагодарила она.

— Вы — прекрасная женщина, Маргарет Пеннипакер, и …

— Пеннипакер? — Пробегающий мимо владелец гостиницы остановился. — Вы только что назвали ее Маргарет Пеннипакер?

Маргарет схватилась за горло. Она знала, что только что была поймана на лжи. Впрочем, ей никогда не удавалось притворяться даже в любительских спектаклях.

Но Ангус только спокойно поглядел Джорджу в глаза и сказал:

— Это ее девичья фамилия. Я использую ее время от времени как ласку.

— Хорошо, тогда, вы должно быть недавно женаты, потому что от гостиницы к гостинице ходит посыльный и справляется о ней.

Маргарет сидела очень прямо:

— Он все еще здесь? Вы знаете, куда он пошел?

— Посыльный сказал, что он собирается зайти к «Безумному кролику». — Перед тем как уйти, Джордж указал головой направо. — Это вниз на улице.

Маргарет поднялась настолько резко, что опрокинула свой стул:

— Пойдемте, — сказала она Ангусу. — Мы должны догнать его. Если он проверит все гостиницы и не найдет меня, то может вернуться в деревню. И я никогда не получу сообщение, и …

Ангус успокаивающим жестом положил свою тяжелую руку на ее плечо:

— Кто знает, что вы здесь?

— Только моя семья, — прошептала Маргарет. — О, неужели что-то ужасное случилось с одним из них? Я никогда не прощу себя в этом случае. Ангус, вы не понимаете. Я отвечаю за них, и никогда не прощу себя, если …

Он сжал ее плечо, и это движение помогло успокоить ее мятущееся сердце.

— Почему бы нам не узнать, что скажет посыльный, прежде чем паниковать?

Маргарет не могла поверить, сколько сил ей придало использованное Ангусом слово «нам». Она поспешно кивнула:

— Вы совершенно правы. Давайте пойдем за ним.

Он покачал головой:

— Я хочу, чтобы вы остались здесь.

— Нет. Я не могу. Я …

— Маргарет, вы — женщина, путешествующая в одиночестве, и … — Он заметил, что девушка открыла рот в возражении, и продолжил:

— Нет, не говорите мне, что вы способны сделать все самостоятельно. Я никогда в жизни не встречал более способную женщину, но это не означает, что мужчины не сделают попытку обмануть вас. Кто знает, действительно ли этот человек — посыльный?

— Но если он — посыльный, то не передаст письмо в ваши руки. Оно адресовано мне.

Ангус пожал плечами:

— Тогда я приведу его сюда.

— Нет, я так не могу. Не хочу чувствовать себя бесполезной! Если я останусь…

— Я бы чувствовал себя лучше, — прервал он.

Маргарет судорожно глотнула, стараясь не обращать внимание на теплое беспокойство в его голосе. Почему этот проклятый мужчина должен быть настолько убийственно хорош? И почему она вообще заботится о том, чтобы ее действия позволили ему «чувствовать себя лучше»?

Но она, несчастная, заботится.

— Хорошо, — медленно ответила она. — Но если вы не вернетесь через пять минут, я пойду за вами.

Он вздохнул:

— Иисус, виски, и Роберт Брюс! Не могли бы вы быть настолько любезной, чтобы предоставить мне десять минут?

Ее губы сложились в улыбку:

— Хорошо, десять.

Ангус весело указал пальцем на ее рот:

— Попалась! Вы улыбаетесь, а значит, не сердитесь на меня.

— Только помогите мне получить это письмо, и я буду любить вас вечно.

— Окх, прекрасно. — Он поклонился ей и пошел к двери, делая паузу чтобы напомнить: — Не позволяйте Джорджу отдать мой кранахан кому-либо еще.

Маргарет моргнула, затем вздохнула. О Господи, а она только что сказала ему, что будет любить вечно!

Ангус вернулся в «Осторожного человека» спустя восемь минут с письмом в руке. Было совсем нетрудно убедить посыльного отдать конверт. Ангус просто сказал, достаточно твердым голосом, что он защищает мисс Пеннипакер и проследит, чтобы она получила письмо.

Также не помешал тот факт, что рост Ангуса на четыре дюйма превышал шесть футов, что дало ему преимущество в целый фут над шагом посыльного.

Маргарет сидела на том же месте, рисуя пальцами круги на столе и игнорируя два большие блюда с кранаханом, которые Джордж, должно быть, поставил перед ней.

— Вот, пожалуйста, моя леди, — весело сказал он, вручая ей послание.

Она, похоже, удивилась, потому что резко дернула головой, а потом кивнула, прежде чем взять письмо.

Письмо действительно было от родственников. Ангус сумел получить эту информацию от посыльного. Он не беспокоился, что в послании написано о несчастье. Посыльный на прямой вопрос твердо ответил ему, что сообщение очень важное, но передавшая его женщина не казалась чрезмерно взволнованной.