Джейн Бонандер - Танцующие на снегу

Натан проглотил полную ложку супа.

– Я имел в виду койотов, медведей, горных пум. – Он прищурился. – Стоит им увидеть мою безобразную вывеску, и они сразу поджимают хвосты.

– Вы вовсе не безобразны, – живо возразила Сюзанна.

– Объясните это моей лошади.

Сюзанна ощутила, как на ее лице расплывается улыбка.

– Лошади?

– Она счастлива, что ей приходится смотреть в другую сторону, когда я сижу в седле.

Сюзанна усмехнулась:

– Вам досталась очень умная лошадь.

Натан изучал ее долгую минуту.

– А вам – очень милая улыбка.

Изменившись в лице, Сюзанна в замешательстве уставилась на свои колени. Ни один мужчина прежде не делал ей комплиментов – ни искренних, ни притворных.

– Я заметил: вы носите кольцо, – небрежным тоном продолжал Натан.

С трудом глотнув, она отвела взгляд от собственных пальцев.

– Мой… муж до сих пор не вернулся с войны, – быстро заключила она. Странно, но произнесенная в который раз ложь сейчас далась ей с трудом. Она взглянула на Натана и поняла, что он усомнился в ее словах. – Вы мне не верите?

Он откинулся на спинку стула и переплел пальцы па плоском животе.

– Почему я должен не верить вам?

Сюзанна растерянно вертела на пальце кольцо.

– По-моему, вы настроены скептически.

Он вновь долго вглядывался в глаза Сюзанны, прежде чем ответить:

– Да, я настроен скептически, но только потому, что считаю: если мужчина не вернулся к такой красавице, значит, он либо мертв, либо безумен.

Сюзанна была польщена.

– Он жив, – чересчур поспешно возразила она. – Я знаю, он… скоро вернется домой. – Эта ложь была ей ненавистна. Сюзанна всеми силами стремилась положить ей конец.

Кори сполз со стульчика и отправился играть с кубиками у камина.

Сюзанна начала убирать со стола и потянулась за тарелкой Кори одновременно с Натаном. Пальцы их встретились.

Сюзанна тут же отпрянула, изумленная теплом его прикосновения и удовольствием, вспыхнувшим в ней. Тарелка стукнулась об стол.

– Я не кусаюсь, Сюзанна.

Мгновенно залившись краской, польщенная почти насмешливым тоном Натана, она заставила себя взглянуть ему в лицо. В его глазах отражалось понимание и сочувствие, он явно стремился успокоить ее взглядом. Это было странно: Натан не мог знать, что сейчас она испытывает не страх, а другое, гораздо более пугающее и новое для нее чувство – физическое влечение, которого она не понимала до сих пор.

Глава 3

Проснувшись на следующее утро, Сюзанна услышала, как Макс бродит по веранде, постукивая когтями по доскам. Улыбнувшись, она подошла к двери и открыла ее. Только что улегшийся Макс поднял голову и гавкнул, радостно молотя хвостом по полу веранды.

Сюзанна шагнула к псу и склонилась над ним, почесывая за ухом:

– С добрым утром, обормот.

– Спасибо. И вас с добрым утром. Сюзанна вздрогнула и выпрямилась, глядя, как Натан Вулф поднимается на крыльцо.

– Я не знала, что вы уже здесь.

Он прислонился к перилам веранды, отбросил папиросу и криво улыбнулся, окинув Сюзанну неторопливым взглядом.

– А я думал, вы обращаетесь ко мне.

Насмешливый тон Натана встревожил Сюзанну. У нее неожиданно екнуло сердце. Подмеченные детали – мягкое обращение Натана с Кори, его трудолюбие, теплота прикосновений – смущали ее.

Вспомнив, как она одета и как мало надо, чтобы возбудить мужчину, она попыталась потуже затянуть пояс халата и сжала отвороты на груди. Метнув быстрый взгляд в сторону Натана, она заметила, что он по-прежнему разглядывает ее.

– Я не бросаюсь на женщин, – сухо заметил он, отталкиваясь от перил и спускаясь с крыльца.

Горячая вспышка согрела грудь Сюзанны, краска медленно залила ей лицо.

– Как мне повезло! – фыркнула она.

Войдя в дом, она намеренно хлопнула дверью, сердясь скорее на себя, чем на Натана. Постоянные напоминания о прошлом отравляли настоящее. Харлен и Натан Вулф были такими разными!

Медленно покачивая головой, Сюзанна отправилась в спальню, чтобы переодеться. Старые раны затягивались с трудом. Как бы там ни было, она прожила с Харленом слишком долго, чтобы вмиг забыть о нем. Воспоминания всплывали то и дело, проскальзывали в мысли, подобно холодным, омерзительным змеям.

Если бы она так дерзко ответила Харлену, то отделалась бы в лучшем случае щипком или пинком, а в худшем ее ждало бы насилие. Вырваться из порочного круга было невозможно. Ответы Сюзанны на слова или поступки Харлена с легкостью могли разозлить его, вместе с гневом приходило возбуждение, и тогда Сюзанна оказывалась во власти его карающих кулаков, твердых сапог или… или еще чего-нибудь. Несмотря на отчаянное стремление защититься, появление Кори поколебало ее решимость. Но она ни о чем не жалела. Она ни разу не пожалела о том, что у нее есть Кори.

А теперь она желала, чтобы Натан ушел, и вместе с тем одевалась непривычно долго и тщательно. Но когда пришло время причесываться, Сюзанна почти не смотрела на себя в зеркало. Слишком долго собственное отражение вызывало у нее только досаду: круги под глазами, припухшие губы, синяки на скулах. Она не могла припомнить, когда в последний раз видела себя без одежды, но, по крайней мере, синяки на теле было легко спрятать.

Застегнув последний крючок синего ситцевого платья, она открыла дверь спальни и застыла как вкопанная. Перед мысленным взором Сюзанны вспыхнула давняя картина: Харлен, склонившийся над Кори в тот день, когда она убила его. Она ощутила приступ паники.

– Что вы делаете? – произнесла она, стараясь сохранить спокойствие и торопясь к Кори.

Должно быть, Натан почувствовал ее испуг:

– Незачем делать из мухи слона. Я всего лишь сменил ему подгузник. А чем еще, по-вашему, я мог заниматься?

Облегчение Сюзанны сменилось гневом. Грубо оттолкнув Натана, она сама закончила переодевать Кори, стараясь не обращать внимания на трясущиеся пальцы.

– Это было вовсе ни к чему. Вы не обязаны переодевать ребенка.

Он стоял рядом, слегка касаясь ее бедра.

– Сожалею, – судя по тону, он не раскаивался. – Но мальчик бродил по дому голышом. Я отвел его в комнату и заметил на полу мокрые трусики и пижаму. Очевидно, он искал вас. – Помолчав минуту, Вулф добавил: – А нашел меня.

Колкое замечание вертелось на кончике языка Сюзанны, но она сумела сдержаться. Скрепив подгузник булавкой, она притянула Кори ближе, не замечая, что он старается вырваться.

– Мама! – захныкал Кори, упираясь кулачками ей в грудь.

Сюзанна нехотя отпустила его. Не глядя на Натана, она ушла в комнату Кори и собрала разбросанную одежду. Когда она вернулась, Натан уже ушел, а Кори направлялся на веранду.