Джулия Хилпатрик - Ретт Батлер

– Я даже не знаю, зачем приехал. Простите меня, кроме того… О, Боже! Я не знаю, Анна, но вы медсестра и подруга… вы были в прошлый раз… Господи, неужели я убиваю Кэт этим?.. Не знаю, как все объяснить. Кэт в истерике. Никогда не видел ее такой расстроенной.

Анна, слушая, кивала головой.

– У нее есть основания так расстраиваться.

– Неужели все будет так плохо, как осталось у нее в памяти?

– Нет. Хуже уже некуда.

– О, Боже! – И ненавидя себя за эти слова, Джейсон произнес, пытаясь ухватиться за соломинку. – Нельзя ли сделать аборт сейчас, на четвертом месяце беременности?

– В крайних случаях, можно, но это очень опасно. – А через минуту Анна добавила. – А вы в самом деле этого хотите?

– Этого хочет Кэт. Она так говорит. – Джейсон был готов заплакать.

– Она просто боится, – и Анна рассказала Джейсону, почему так произошло. Этот рассказ заставил его содрогнуться. – У Кэт в жизни было много трудностей, но то, что тогда с ней сделали, у любой женщины может отбить желание иметь ребенка. Но ведь все могло быть и по-другому, если бы доктор был более человечным, да и Билл тоже. – А Кэт понимает это?

– Умом да, а в душе не может осознать. Это приводит ее в панику. Я понимаю. Мы говорили об этом с ней. Она решила больше никогда не рожать ребенка. Если бы мне было суждено перенести то, что пережила Кэт, я бы приняла такое же решение. Но, Джей, сейчас все должно быть иначе.

– Почему вы так думаете?

– Любой доктор может сказать вам об этом. И ее врач, вероятно, уже сказал ей это.

– Но Кэт не прошла даже обследование.

– Ну, тогда постарайтесь, чтобы она попала к хорошему врачу. Используйте все возможности, Джей, это очень важно. Нельзя допустить, чтобы Кэт еще раз перенесла подобное.

– Я постараюсь, – Джейсон с облегчением вздохнул. – Спасибо, Анна. Извините, что побеспокоил вас своими проблемами.

– Глупости, – и улыбнувшись, Анна добавила, – Джей, я очень рада.

Джейсон снова вздохнул.

– И я. Но, Боже, как я не хочу подвергать ее этим мучениям.

– Кэт скоро успокоится. Направьте ее только к надежному доктору.

Он пробыл у Патерсонов до вечера и отдохнул душой в их гостеприимном доме. А тем же вечером Дэн отвез его к нью-йоркскому поезду.

Джейсон приехал домой и сразу же принялся за дело. Он съездил к четырем своим близким друзьям по газете, у кого недавно родились дети. К счастью, у их жен был один и тот же доктор, и они считали, что он – чудо. Джейсон записал имя доктора, а через час уже был у него и смог поговорить с ним.

– Доктор Салберт, меня зовут Джейсон Кэлмен… – и Джейсон подробно обрисовал сложившуюся ситуацию.

– Приезжайте вместе утром. Скажем, около 10–30.

– Отлично. А что я могу сделать прямо сейчас?

Доктор усмехнулся: – Дайте жене выпить что-нибудь покрепче.

– Это не повредит ребенку?

– Нет, если доза не будет слишком большой.

– А шампанское можно? – Джейсон еще никогда не был так взволнован и озабочен, но доктор улыбался.

– Это будет превосходно. До завтра.

– Спасибо. Всего хорошего. – Джейсон, едва попрощавшись с доктором вскочил в машину и поехал домой. По пути он заехал в магазин и купил бутылку шампанского. Через пять минут, поставив бутылку, два фужера, тарелку с фруктами и миндалем на большой поднос, Джейсон постучал в дверь спальни, где опять укрылась Кэт.

– Да, – услышал Джейсон ее глухой голос.

– Можно мне войти?

– Нет.

– Прекрасно, – Джейсон тихо открыл дверь. – Люблю, когда меня так гостеприимно встречают.

– О Боже! – сидя в кровати, Кэт округлила глаза, когда увидела бутылку шампанского. – Что за торжество, Джей?

– Это не Ваше дело, Кэт Батлер. Я праздную начало пути моего ребенка, которого я, несмотря ни на что, очень люблю. – Джейсон поставил поднос и посмотрел на Кэт. – К тому же я безумно влюблен в мать моего ребенка. – Он сел рядом с Кэт и потрепал ее по волосам.

– Не надо. У меня нет настроения.

Но Джейсон облокотился в кровати рядом с Кэт, глядя на нее полными любви глазами.

– Малышка, я понимаю, что ты можешь ощущать. Я ездил к Анне, она объяснила мне, какой кошмар тебе пришлось пережить. Но в этот раз я не допущу повторения этого ужаса. Ни за что, никогда, клянусь тебе.

– Ты ездил к Анне? – Кэт взглянула на Джейсона с неожиданным подозрением. – Зачем ты сделал это?

– Потому что я люблю тебя, очень волнуюсь и не хочу подвергать тебя опасности. – Тон, каким Джейсон сказал это, вызвал у Кэт новую волну слез.

– Ах, Джей, я люблю тебя… дорогой мой, – всхлипывала она в объятиях Джейсона.

– Все будет хорошо.

– Ты обещаешь? – Кэт казалась совсем маленькой напуганной девочкой, и Джейсон улыбнулся.

– Обещаю. Завтра мы идем на прием к доктору, которого все любят.

– Ты нашел мне доктора? – Кэт была ошеломлена.

– Конечно. Вот такой я ужасный. Разве ты не замечала этого раньше?

– Да… случалось… Как тебе удалось найти доктора? – Кэт улыбалась Джейсону, который наклонился, чтобы поцеловать ее.

– Я посоветовался с приятелями, чьи жены недавно рожали, а потом поехал к этому врачу. Он очень симпатичный.

– А что он сказал?

– Что тебе нужно выпить шампанского, – Джейсон выпрямился и улыбнулся, – по предписанию доктора. – Он открыл бутылку, наполнил фужеры искрящимся вином.

– А это не повредит ребенку? – с сомнением спросила Кэт, беря фужер в руки, а Джейсон только улыбался. Билл запрещал Кэт любую дозу спиртного, когда она ждала Филиппа.

– Нет, дорогая, ребенку это не повредит. – Джейсон взглянул с благодарностью на Кэт, когда услышал, что она волнуется за ребенка. – У нас будет милый ребенок, Кэт.

– Откуда ты знаешь? – Кэт улыбнулась, в глазах ее стояли слезы.

– Потому что он наш.

В последние месяцы беременности у Кэт пропал интерес даже к собственной пьесе. Казалось, что ей ничего не нужно в жизни, только быть с Джеем, тихо сидеть в саду, наблюдая, как играет Филипп. Кэт рано ложилась спать, полноценно питалась, мало читала, как будто ее мозги находились на полном отдыхе. Кэт не хотелось никаких волнений, никаких разговоров с Нортоном о делах. Она готовилась к важному событию, и это ожидание полностью захватило ее. Оно поглотило всю ее жизнь.

За два дня до намеченной даты родов из Сан-Франциско приехала Анна, оставив всех детей с Дэном.

– Поверь мне, я так рада за тебя, – Анна с радостью смотрела на Кэт, – что происходит с тобой?

– Абсолютно ничего. Я превратилась в сморчок. Я уже никогда не смогу написать ни одной пьесы. – Кэт могла думать теперь только о ребенке и уходе за ним.

Она стала даже меньше времени уделять Филиппу. Это было странное, обращенное в себя существование. Но Джейсон понимал это, потому что доктор предупредил его, что такое возможно в конце беременности.