Вирджиния Браун - Лунный цветок

— Готов, Корделл? — Она твердой рукой сдерживала пляску лошади, сверху вниз глядя на Райана Корделла.

Он стоял, расставив ноги и упершись руками в узкие бедра, опоясанные двойным оружейным ремнем. Шляпа скрывала выражение глаз, но Стефани разглядела скривившийся рот.

— Готов, мисс Эшворт.

В это время солнце лениво выползло из-за гор, позолотив их края. Стефани и Райан выехали за ворота и стали спускаться по каменистой дороге, подковы с цокотом выбивали искры из камней. Форт Дифайенс остался позади.

Подул резкий ветер, Стефани вдохнула его полной грудью. Здесь воздух был совсем не такой, как в других местах, где она бывала. Резче, что ли. Его сухие порывы наводили на мысль о древнихлюдях, об их магических загадках. Тени посветлели, пейзаж смягчился, бесплодный, суровый мир неуловимым образом превратился в землю, тронутую позолотой. Вокруг было море летних цветов, словно какой-то великан расстелил ярко-желтый ковер, накрыв им жесткую почву и торчащие камни. Это неласковая земля, и хорошо бы Райан Корделл знал, что делает. Чем скорее они найдут Джулиана, тем лучше.

Карта все еще оставалась в подсумке Стефани. Он уже проследил по ней маршрут и буркнул, что направление указано очень приблизительно:

— Должна быть другая карта, где обозначен Магический камень.

Магический камень. Стефани порасспрашивала окружающих и нашла старика, который за бутылку скверного виски рассказал кое-что об этом районе.

— Так вот, тысячу лет назад здесь в горах жило древнее племя. Однажды у них выдался плохой год: посевы погибли, олени и бизоны доставались другим, на них постоянно совершались набеги. Шаман потребовал жертву — привычное дело. Но на этот раз он приказал, чтобы в жертву богам принесли единственного ребенка вождя. Однако вождь был не дурак, он понимал, что шаман, его брат, станет после него вождем, раз у него не останется детей. Следите за мной? — Стефани кивнула, и старик продолжал. — Ладно. У этого вождя, похоже, был туз в рукаве, чтобы спихнуть шамана, он оспорил его приказ, и внутри племени началась драка. Тогда боги в наказание пролили на людей огненный дождь. Этот дождь поджигал траву и убивал людей и зверей. Когда он кончился, боги оставили на земле огненный шар как напоминание о том, что случается, когда люди забывают о справедливости. Этот огненный шар не поджигал дерево, он просто раскалял его докрасна. Кто дотронется до него, тот сразу умрет, а кто окажется поблизости, умрет чуть погодя. Со временем этот народ вымер, а на области вокруг Магического камня лежит табу. — Старик заговорщически понизил голос: — Туда никому нельзя ходить, только шаманам. Там древние погребения. Когда появилась опасность испанского вторжения, индейцы закопали под Магическим камнем свои золотые статуи. Этот камень богов охраняет их сокровища.

— Очаровательно. Камень все еще имеет магическую силу? — Стефани не поверила старику. Он осклабился, показав редкие, желтые от табака зубы.

— Насчет магии не уверен, а золота там закопано до черта. Это привлекает…

Золото. Конечно, вот в чем главная, а может, и единственная причина, почему Корделл ей помогает, поняла Стефани. Райан Корделл заинтересован не столько в том, чтобы найти ее отца, сколько в золоте, закопанном под камнем. Должно быть, поэтому он согласился искать Джулиана — он хочет золота. А чтобы найти его, ему нужна карта.

Глава 6

Джулиан Эшворт направлял мула вниз по крутому склону, внимательно выбирая дорогу среди россыпи камней, которые в любой момент могли сойти лавиной. Когда мул остановился у подножия, Джулиан улыбнулся и оглянулся на крутой утес:

— Чертовски замысловатая езда, что скажешь, Бинго? Под Бинго скрипнуло седло. Он вытер пот со лба тыльной стороной ладони. Лицо скривилось в улыбке.

— Да, сэр, так и есть… Хорошо, что мы крепко сидим в седле, а не болтаемся, как мешки с костями.

— Я в этом не так уверен, — усмехнулся Джулиан. — Но по крайней мере путешествие прошло сравнительно безболезненно, и мы добрались до подножия.

Морщины на лице Бинго стали глубже, он сплюнул табачную жвачку на раскаленный камень и бесстрастно следил, как она шипит и испаряется.

— Ну что ж, мулы — это была моя идея, и, надо сказать, неплохая. Их поступь надежнее, чем у горных пони, хотя ездить на них и не так удобно. Но для горожанина вы неплохо справляетесь!

— Твоя похвала, Бинго, особенно ценна. Мул Джулиана громко завопил, и по продуваемому всеми ветрами коридору между рыжими, изъеденными временем скалами прокатилось долгое эхо.

— Знаешь, Бинго, я уверен, что мы неправильно расшифровали карту, — хмуро сказал Джулиан. Он снял шляпу и вытер лоб красным платком, который достал из-за подкладки. Нарядная шляпа по-прежнему выглядела так, как будто ее только что сняли с полки магазина. Он щелчком стряхнул пылинку. — Ты уверен, что север там, куда указывает стрелка?

Бинго поскреб затылок узловатыми пальцами, скрюченными от суровых зим Дакоты, и сказал:

— Нет, не скажу, что у меня нет сомнений.

Эшворт склонил голову набок — солнце сверкнуло на белокурых волосах — и посмотрел вверх на узкий палец скалы, указывавший в небо.

— Потому что если считать, что мы правильно прочли карту, то этот шпиль стоит не на месте. Но если ее немного повернуть… — он двумя руками показал, как это сделать, — тогда получится, что мы на правильном пути. Как считаешь?

— Согласен, после поворота выходит точнее.

Бинго слез с мула и прошелся по скале, потом присел на корточки и стал в пыли чертить пальцем карту, как ее помнил. Бахрома на рубашке из оленьей кожи захлопала на ветру, и высоко над головой старика орел прорезал воздух криком, означавшим, что он видит добычу.

Джулиан посмотрел на крохотное пятнышко высоко в небе. Всю жизнь Эшворт полагался на интуицию и удивлялся причудам фортуны. Вот и теперь ему в голову пришла идея, рожденная бредовым предчувствием.

— Орел, Бинго! На карте в углу был орел. Что, если ее повернуть так, чтобы орел оказался наверху, это будет север, а река внизу — юг? Куда это нас приведет?

Бинго сменил позицию, при этом подошвы его мокасин взбили клубы пыли вокруг начерченной карты, которую он хотел рассмотреть под другим углом. По кругу были отмечены фигурки и скалы, загогулина изображала изгиб реки. Бинго хмуро смотрел на невразумительные значки.

— Я довольно легко читаю язык знаков. Вот река, утес, который… — Он остановился. Лицо его разгладилось, он поднял глаза на Джулиана и сказал: — В трех милях отсюда есть похожее место, и там долина. Через три мили к северу от того места, где мы находимся, будет ущелье, похожее на то, которое прорезает эту долину. И река… — он провел пальцем по карте в пыли, — а потом группа скал, как эти на карте.