Розанна Битнер - Нежное предательство

И снова воспоминания заставили его достать из сумки фляжку. Он отпил немного виски и заду­мался, не зная, как жить дальше с постоянно мучившими его кошмарами. Он снова и снова будет просыпаться в поту, ему снова и снова будет чудиться, что стреляет винтовка, пуля пробивает грудь Джоя, в глазах мальчика застыли ужас и удивление.

Ли положил фляжку в сумку, вставил ногу в стремя, но неожиданно его сильно ударили по затылку. Он упал, попытался уцепиться за ло­шадь, но не удержался и сполз на землю. Сразу после первого удара в голове все помутилось, Ли не мог понять, что случилось и не мог сопротив­ляться. Молодые люди, с горящими от злобы глазами, склонились над ним, он узнал одного из них. Ли разговаривал с этим парнем раньше, спрашивал именно у него, как проехать к зданию суда. И теперь он сообразил, что случилось. Груп­па молодых головорезов решила учинить распра­ву над янки за все, что им пришлось пережить во время войны. Они воспользовались тем, что в городе, по сути дела, нет никакой власти. Напа­дение оказалось неожиданным и жестоким.

Ли знал, что на него напал не один человек, их собралось не менее десятка. Но все равно он смог бы дать им отпор, был сильнее и опытнее каждого из них, однако они ударили его сзади так сильно, что он не мог двигаться. У него не было сил протянуть руку и достать револьвер. А потом на него обрушился град ударов, его били кулаками и пинали по голове, спине, в пах. И снова кто-то с такой силой ударил по голове, что Ли погрузился в бес­памятство.

– Убейте этого сукина сына! – кричал кто-то.

– Ты освободил негров, ты янки-ублюдок!

– Ты сжег дом моей матери!

– Ты убил моего брата!

«Брат! Брат!» – это слово болью отозвалось в мозгу. Да, он убил чьего-то брата. Он убил Джоя и, возможно, еще чьих-то братьев и отцов. Но его брат тоже убит. Не была ли смерть Дэвида нака­занием за Джоя? Обрывки мыслей возникали в мозгу и куда-то ускользали. Ли неподвижно рас­простерся на земле, а парни продолжали избивать бесчувственное тело. Ли еще пытался вспоминать об… Одри… Джое… войне. Звуки и голоса отда­вались болью в голове, солнце исчезло… вокруг сомкнулась тьма.

– А ну убирайтесь отсюда! – раздался муж­ской голос. Но Ли этого уже не мог услышать. Он не видел, как убежали парни. Над ним склонился священник.

– О Боже! Только посмотрите! Кто-нибудь по­могите мне отнести его к врачу. Они избили его почти до смерти.

– Он заслужил этого. Он янки, – вмешался какой-то прохожий.

– Но прежде всего, он – человек, мы тоже люди, – ответил священник. Он поднялся и гнев­ным взглядом окинул толпу, собравшуюся вокруг северянина. Люди угрюмо смотрели на пастора, который до войны служил в этой церкви, помещение ее временно использовалось как здание суда.

– Неужели эта война сделала нас такими? – увещевал пастор толпу. – Неужели она превра­тила нас в зверей? Неужели мы разучились про­щать, перестали быть людьми? Война закончена! Пусть несколько человек подойдут сюда и отнесут этого человека к доктору Вильсону. А я позабо­чусь о его лошадях и багаже.

Несколько мужчин неохотно подняли размяк­шее тело Ли и понесли. Священник взглянул на небо, затем закрыл глаза и начал молиться. Он молился о том, чтобы мир снова пришел на эту истерзанную землю, чтобы Юг смог найти пра­вильный путь, забыть и простить все, что про­изошло. Он открыл глаза, оглядел людей, окру­жавших его; кое-кто смотрел на пастора виновато и растерянно.

– Я напомню вам об учении Иисуса, – при­нялся увещевать он. – В Евангелии от Матфея, в главе шестой, стихи четырнадцатый и пятнадца­тый гласят: «Ибо если вы будете прощать людям согрешения их, простит и вам Отец ваш Небес­ный, а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших».

– Христос научил нас молитве Бога Отца. А первосвященники, – уставший от сжигающей души ненависти, продолжал проповедовать пас­тор, – первосвященники учили: «Прости людей, которые совершили грех против тебя и все их прегрешения против тебя и прояви к ним состра­дание». – Ему хотелось убедиться, осталась ли в душах этих людей хоть какая-то любовь к Богу. – С ненавистью пора покончить, люди! Мы никогда не сможем возродиться и начать жить нормальной жизнью, если позволим ненависти управлять нашими сердцами! А теперь идите и просите Бога простить вас за то, что не хотели сегодня помочь страдающему человеку.

Люди разошлись, священник отвязал лошадей, поправил вьюки и повел коней к дому доктора. Необходимо было осмотреть вещи приезжего, что­бы определить, откуда он, где живут его родствен­ники. Нужно будет послать весточку в случае смерти этого янки. Священник покачал головой, осознав, что война еще не закончена. Для южан страшная, непримиримая война будет длиться еще долгие годы.

Глава 31

Одри бросила картофелину в мешок, который тащила за собой. На минутку остановилась, при­села прямо на рыхлую землю картофельного по­ля, внимательно посмотрела па руки. В морщин­ках на суставах и под ногтями чернела земля. Одри выкапывала картофель вилами и выби­рала клубни, отдельно откладывая поврежден­ные зубьями вил. Эти клубни необходимо съедать в первую очередь, пока они не загнили. Непо­врежденные крупные клубни отбирались на про­дажу.

Она невесело засмеялась, представив, как, на­верное, нелепо выглядит со стороны. Лучше сме­яться, чем плакать. Этой мудрости ее научили негры. Надо смотреть на все с положительной стороны и надеяться на лучшее. Если человек будет постоянно относиться к трудностям с уны­нием и печалью, то однажды утром ему не захо­чется вставать с постели.

Они радовались тому, что удалось получить землю в центре штата Канзас, удалось благо­получно пережить первую, ужасно холодную зиму. Им даже оказали помощь индейцы. Сначала они испугались и подумали, что индейцы пришли их убивать, так как наслуша­лись много плохого о племенах, которые жили на Равнинах[7].

Племена чейни и пони вечно враждовали между собой. Однако и те, и другие очень полюбили негров и сразу принялись торговать с ними. Мясо буйволов меняли на одежду, картофель на шкуры. В ту первую зиму чейни пришли в их жалкий палаточный лагерь и научили негров утеплять жилища при помощи шкур, снабдили хорошим запасом мяса буйво­лов. Одри не могла представить, что подумал бы отец, если бы увидел, где она пережила холодную зиму.

Весной они провели первый сев. Единственное, что негры умели делать хорошо, так это возделы­вать землю и выращивать овощи. Летом они ста­рательно ухаживали за посевами кукурузы, кар­тофеля и овощей. Слава Богу, солнца и дождей было достаточно. Одри считала, что оказалась права, сказала Элиа, что на этот раз Бог обяза­тельно поможет им. Они благополучно перезимо­вали, Бог послал им на выручку чейни, индейцы не дали умереть от голода и холода.