Фабио - Влюбленный повеса

– А в чем же тогда цель этого урока истории, друг мой?

– Я имел в виду, что причин, из-за которых вы уехали из Лондона, больше нет.

В знак согласия Дезире мрачно кивнула головой.

– Должна согласиться, что с поражением Наполеона обстановка во Франции изменилась. Париж потерял многое из своего прежнего, вот даже Версаль покинут. Теперь в палате депутатов у нас реакционеры, а публика стала как никогда настроена монархически.

– Таково и мое мнение. Франция, которую вы любили, исчезла. Возвращайтесь в Лондон. Вам с Чарльзом Десмондом не о чем больше спорить.

Дезире презрительно фыркнула.

– Не рассчитывайте на это, друг мой. Мы с Чарльзом ожесточенно спорили на протяжении всего нашего супружества.

– Но там, где гнев и страсть, часто присутствует любовь. Так же было и у нас с Натали. Натали хочет вернуться в Лондон прямо сейчас. Должен ли я сказать вашей дочери, что мы с нею потерпели неудачу и возвращаемся в Англию с пустыми руками?

Дезире посмотрела в зал ресторана, и ее глаза наполнились слезами при виде любимой дочери.

– Вы думаете, Натали вас простит, если Чарльз умрет до конца года, а вы не сделали попытки повидать его? – спокойно спросил Райдер.

– Вы жестоки, – произнесла Дезире, повернувшись к нему.

Райдер сжал ее руку.

– И вы нужны вашей дочери, мадам, – улыбнулся он. – Поезжайте, чтобы Натали знала, что вы, по крайней мере, сделали попытку. А если вы поможете спасти красавицу Женевьеву от опасности, которая ей грозит со стороны легкомысленного Хэмптона, то все мы будем лучше спать, не так ли?

Ночью в отеле Райдер сообщил Натали результаты беседы с Дезире.

– Твоя мать согласилась вернуться в Лондон с нами.

Сидевшая за туалетным столиком Натали от неожиданности уронила щетку для волос.

– Правда? – радостно воскликнула она. – Что заставило ее передумать?

Он подошел к ней, поднял щетку и стал водить ею по густым шелковистым волосам жены.

– Она согласилась поехать из-за Женевьевы в качестве ее покровительницы.

Натали почувствовала облегчение оттого, что девушка будет под присмотром, но к этому чувству примешивалось и раздражение. Раздражало то, что мать поедет в Англию ради чужой девушки, а не ради родной дочери.

Райдер наклонился и поцеловал ее в щеку.

– Успокойся, дорогая. Конечно же, она возвращается ради тебя, любовь моя. И чтобы повидать твоего отца. Но ей нужен был подходящий предлог. Думаю, Дезире начала колебаться задолго до того, как мы встретили Женевьеву. А сегодня вечером мне удалось убедить ее тогда, когда я напомнил, что в случае ее отказа увидеться с твоим отцом сейчас она может не увидеть его никогда.

Натали вскочила и бросилась в объятия мужа.

– О, Райдер, спасибо тебе!

– Не за что, моя дорогая.

– Ты сражался и победил, ты выиграл еще одну битву ради меня.

– Ну вот, теперь ты знаешь, что я обожаю сражаться за твои интересы?

Вдруг она задумчиво посмотрела на него.

– Райдер, ты хотел бы быть свободным?

– Никогда!

Прошептав ей это слово, он заключил ее в свои объятия и понес в постель. Натали очень хотелось надеяться, что в этот момент Райдер был счастлив. Решение матери вернуться в Лондон придало Натали больше уверенности и относительно собственной семейной жизни.

Их путешествие в Лондон началось два дня спустя. Почтовой каретой они благополучно добрались до побережья. Натали заметила, что как только они прибыли в Кале, Женевьева побледнела и стала нервной. Она испуганно цеплялась за Гарри, пока все они не поднялись на борт небольшого судна, которое Райдер нанял специально до самого Лондона. Как только они отчалили, Женевьева стала спокойной и беззаботной.

Раннее летнее утро выдалось туманным, пролив оказался спокойнее обычного. Женщины сидели в шезлонгах на палубе и пили вино. Одновременно с Женевьевой продолжались уроки английского языка, которые начались еще в карете. Девушка оказалась способной и сообразительной, она довольно быстро выучила несколько сотен английских слов.

Вскоре Натали отвлеклась от урока, так как напротив них Райдер и Гарри начали свой обычный урок фехтования. Можно было предвидеть, что ее свадебное путешествие не обойдется без сражения на саблях. У обоих сабли оказались при себе.

Глядя, как двое мужчин, пританцовывая, носятся вокруг мачты, как блестят их сабли, и солнце ярко освещает их высокие стройные фигуры, Натали подумала о том, что эти двое ненормальных никогда не изменятся. Матросы изумленно покачивали головами, глядя на сражающихся англичан.

Дезире и Женевьева скоро поставили свои пустые бокалы и задремали. Натали поразилась, как они могли задремать, когда Райдер и Гарри бешено носились, прыгали и наскакивали друг на друга совсем рядом. Оставалось только одно объяснение, что обе женщины как настоящие француженки просто отмахнулись от созерцания этой безумной забавы англичан. А Натали – англичанка, и ее вот-вот хватит удар.

Натали подумала, что, наверное, и ей нужно попробовать больше быть француженкой. Да, если она с Райдером хочет обрести вечную любовь, то ей нужно научиться больше позволять ему и больше доверять. Она всегда опиралась на консервативные суждения и судила о других в соответствии со своими жесткими стандартами. Райдер ослабил многие тяготевшие над нею запреты и условности. Она хотела видеть Райдера счастливым. Таким, какими они оба были в Париже.

Когда сабля Гарри прошла на волосок от шеи Райдера, Натали невольно вздохнула и отвела глаза в сторону. Она заметила, что Женевьева открыла глаза и с недоумением посмотрела на Натали.

– Извини, дорогая, – пробормотала Натали.

Девушка улыбнулась.

– Надеюсь, Гарри собирается на тебе жениться, – добавила Натали.

– Извините, мадам, – прошептала девушка.

– Ничего, – похлопала Натали Женевьеву по руке. – Может быть, тебе повезет. Райдер изрубит Гарри на мелкие кусочки, и мы будем иметь удовольствие найти тебе кого-нибудь получше.

– О, мадам, – пробормотала девушка и заснула.

Когда урок фехтования, наконец, закончился, Гарри отправился к рулевому. Натали подошла к поручням, где остановился Райдер. Он подмигнул ей.

Она внимательно осмотрела его, с развевающимися волосами, в расстегнутой рубашке. К счастью, нигде не оказалось ни царапин, ни пятен крови.

– Ну, как, твои пальцы на руках и ногах целы? – сухо спросила она. – А голова?

Муж засмеялся и обнял ее.

– Я теряю голову только с тобой.

Она с улыбкой смотрела на его веселое лицо.

– В чем дело, милая? – спросил он с недоумением. – Ты больше не извергаешь своих проклятий по поводу фехтования?