Возлюбленная распутника - Виктория Анатольевна Воронина

Но хуже всего мне по ночам. Я закрываю глаза, но сон не идет ко мне. Еще один день прошел без желанного письма из Лондона, и сердце мое сжимает невыносимая тоска…'

И последнее письмо.

'Любовь моя, я получила известие от Джорджа. Он пишет, что, не смотря на все его старания и уговоры, ты так и не захотел простить меня. Более того, ты снова женишься и эта невеста не я! Остается надеяться, что мисс Мэллард в самом деле достойная девушка и с нею ты обретешь заслуженное счастье. А я все равно буду любить тебя, мою любовь к тебе ничто не уничтожит. Она также извечна и прочна, как каменные пласты в недрах земли, и неизменна, как солнце, встающее рано утром над горизонтом.

Прощай, мой Альфред, я больше не потревожу тебя. Да хранит тебя Бог!'

Эти нежные строки, за которыми чувствовалась бездна душевной муки и боли покинутой женщины прожигали насквозь, как раскаленное железо. Бумага выпала из рук потрясенного графа Кэррингтона, и он в отчаянии подумал: «Боже, каким я был глупцом! Как мог я так резко и необдуманно оттолкнуть искренне любящее меня сердце, и связать себя с девицей, ничего не имеющей кроме смазливого личика. И главное, не разглядел двуличия Джорджа, не распознал его коварства!».

Теперь до Альфреда дошел весь потаенный смысл поступков Джорджа Флетчера. Оказывается, лучший друг может быть самым грозным соперником в любовных делах, и еще более опасным его делало открытое дружелюбие. Джордж довольно быстро понял, что у него нет шансов добиться взаимного чувства у Мейбелл, отдавшей свое сердце его другу, и это не смутило его, он всего-навсего поменял тактику своих действий. Как мудрый змей, он временно отступил от Мейбелл со своими притязаниями на нее, и начал выжидать, делая ставку на то, что размолвки влюбленных неизбежно сблизят его с девушкой, которая им обоим была дорога. По тону писем Мейбелл Альфред догадался, что она уже была в одном шаге от того, чтобы по-своему влюбиться в очаровательного услужливого молодого человека, который всегда приходил в трудную минуту к ней на помощь. Ради этого Джордж обманул их обоих, и внес свою лепту в устройстве помолвки Альфреда Эшби и Пэнси Мэллард. Но граф Кэррингтон все же не мог до конца поверить в такое утонченное коварство молодого человека, которого он искренне считал своим другом и, едва на востоке забрезжил рассвет, он поспешил выяснять отношения с Джорджем в дом Флетчеров, находящийся в фешенебельном западном районе на окраине.

Это было красивое новое здание на улице Сент-Мартин-Лейн, стоящее между Друри-лейн и Линкольнз-Инн Филдз. Его окружали большие дома, принадлежавшие людям из высшего общества, и Флетчеры, хотя они не были особо знатного рода, были вхожи в него благодаря своему богатству. Несмотря на раннее утро, подтянутые лакеи уже несли свою службу в прихожей, и Эмилия носилась по дому, отдавая распоряжения слугам.

Граф Кэррингтон поцеловал руку молодой женщины и восхитился ее цветущим видом. Она уже была беременна вторым ребенком и до сих пор пребывала в состоянии счастья, которое для нее наступило после венчания с Джорджем.

— Благодарю вас, милорд, — сияя радостной улыбкой, ответила Эмилия. — Как хорошо, что вы навестили нас, я задумала подать на стол смешанное рагу из крольчатины и ягненка — Джордж его очень любит.

— О, не беспокойся, Эмилия, я буквально на полчаса, чтобы выяснить кое-что с Джорджем, — приятно улыбаясь ей в ответ, сказал лорд Эшби.

— Мой муж находится в библиотеке, рассматривает покупки, которые он вчера совершил на аукционе, — сообщила хозяйка дома, и с гордостью показала гостю изумрудные браслеты, которые красовались на ее тонких запястьях. — А это он приобрел для меня на том же аукционе.

— Прекрасные драгоценности, у Джорджа отличный вкус, и это касается не только украшений, но и жены и дома, — похвалил граф Кэррингтон, в душе желая, как можно быстрее добраться до горла Флетчера. — А теперь мне хотелось бы увидеть его самого.

Дворецкий пошел с докладом к хозяину дома. Джордж в самом деле рассматривал в это время свои приобретения в библиотеке среди ценных раритетных книг. У него была страсть коллекционировать редкие и красивые произведения искусства, и, узнав, что на аукционе будут выставлены к продаже часть вещей сбежавшего короля Якова Второго он не преминул воспользоваться таким случаем. Самыми видными покупками были золотая рама изумительной работы, шкатулка для драгоценностей, сделанная из перламутра и статуэтка арапа — вырезанная из черного дерева, в юбочке из страусовых перьев, сделанной из эмали, и с настоящими драгоценными камнями на тюрбане и мускулистых руках. Но с особенным удовольствием взгляд Джорджа Флетчера останавливался на овальном портрете Мейбелл, ранее висевший в кабинете короля Якова. В нем очаровательная девушка имела воздушный вид сильфиды, мимолетно залетевшей в земной мир и пленяющей все взоры. Флетчер предчувствовал, что очень скоро она окажется в его объятиях и тем самым вознаградит его за терпеливое многолетнее ожидание. Дела молодой леди Уинтворт были совсем плохи, но на этот раз молодой человек не спешил прийти к ней на помощь, дожидаясь того момента, когда она сама обратится к нему и за его поддержкой, и за его любовью. Не сдержавшись, Джордж припал губами к изображению Мейбелл, желая, чтобы она ожила на портрете и ответила ему таким же пылким поцелуем. И, под его ласками, выражение глаз нарисованной девушки стало еще более нежным, словно его любовные прикосновения обладали волшебной способностью одухотворять мертвый холст и неподвижные краски.

Дворецкий доложил о неожиданном визите графа Кэррингтона, и Джордж, очнувшись от своей мечтательности, вызванной созерцанием любимой девушки, поспешно накинул на портрет покрывало.

Демонстрируя радость по поводу неожиданного визита друга, молодой офицер направился к вошедшему графу Кэррингтону с протянутой рукой, но на этот раз Альфред не спешил пожать ее. Он с хмурым видом уставился на Джорджа, словно видел его в первый раз, и тот ощутил смутное беспокойство.

Лорд Эшби быстрым движением бросил свою шляпу на полированный столик, где стоял закрытый портрет, и резко спросил:

— Скажи, Джордж, тебя самого не смущает та подлость, которую ты проявил по отношению к леди Уинтворт? Ведь ты обещал ей помирить нас, но вместо этого сделал все, чтобы разлучить меня с нею.

Полные губы Флетчера невольно дрогнули, он совершенно не ожидал того, что его так скоро разоблачат. Но у него была чрезвычайно мощная воля, которая помогала ему легко переносить самые сильные удары судьбы, и он