Элизабет Бэйли - Китти, любовь моя!

— Мне кажется, что тебе надо жениться на Кейт и зажить своим домом, — сказал Ралф. — Только так ты избавишься от нападок тети Лидии.

— Я не женюсь на Кейт, так как она тоже этого не хочет. — Клод пристально посмотрел на Ралфа. — С чего это ты встал на сторону моей матери, хотел бы я знать?

— Ничего я не встал, — поспешно ответил кузен. — Просто я хорошо знаю тетю Лидию. Знаешь, говорят, лето будет чудесное, — поменял он тему. — Не отправиться ли мне в Италию? Как ты думаешь?

— Нет, ни в коем случае... — начал Клод. — Ралф, мне понадобится твоя помощь, — доверительным тоном проговорил он, кладя руку ему на плечо. — Не могу сейчас сказать тебе, какая, но через день-два произойдет потрясающее событие!

— Не пугай меня!

Заметив, что карие глаза Ралфа оживились, Клод пожалел, что был так откровенен с ним. Но в то же время он понимал, что надо перетянуть на свою сторону хотя бы одного из членов их семьи. Правда, стоит ли посвящать Ралфа в свои планы? Пожалуй, это рискованно. Барон Ралф Ротли слыл человеком без царя в голове, как и его отец. Чтобы замять свою оплошность, Клод хлопнул кузена по плечу.

— Что-то мне надоело танцевать. Не сыграть ли нам партию в вист?

По пути в комнату, где стояли карточные столы, к ним подошла Кейт и потребовала от брата, чтобы он оставил их с Клодом одних.

— Ралф, пожалуйста, уйди. Нам с Клодом надо поговорить.

Но Клод не был расположен к разговорам наедине. Он схватил Ралфа за руку и попросил его не уходить.

— Вы меня заинтриговали, — оживился Ралф. — Кейт встревожена, ты какой-то странный, мама сегодня чем-то расстроена... Я пропустил что-то очень интересное?

— О, черт! — Клод отпустил руку Ралфа и повернулся к кузине. — Вот видишь, что ты наделала?

— Что мне еще оставалось, если ты упорно избегаешь меня? — покраснев, возразила Кейт. — Я только хотела спросить, что произошло после того, как вы от нас ушли.

И Кейт стала рассказывать брату о том, что случилось у них дома сегодня утром. Клод глухо застонал.

— Ралф, ты старше нас с Клодом. Вспомни, в нашей семье не было каких-нибудь ужасных скандалов? — спросила Кейт.

Барон Ротли покачал головой, хотя видно было, что сообщение о существовании Кэтрин Меррик его и удивило, и немало позабавило.

— Может, все произошло, когда я учился в Итоне? Сколько лет этой девушке? — спросил Ралф.

— Почти двадцать один год, — неожиданно для себя выпалил Клод.

— Мне кажется, был какой-то грандиозный скандал, возникший именно из-за этой девушки! Кейт посмотрела на Клода. — Мама долго не могла успокоиться после того, как вы ушли. Она не переставала причитать, что если тетя Лидия об этом узнает, то очень рассердится. Я все спрашиваю себя: почему мама упала в обморок, едва увидев эту девушку?

— Понятно, почему! — заметил Ралф циничным тоном. — Я думаю, наша мама не первая женщина, что родила от нашего отца!

— Ралф!

— Не говори так при Кейт, Ралф! — возмутился Клод.

— Вздор! — стоял на своем его кузен. — Кейт уже не ребенок и должна знать всю правду! Пусть лучше узнает от меня, чем от кого-нибудь другого, что наш папенька был неисправимый повеса!

— Разумеется, я знаю, только...

— Только тебе не хочется признавать, что его отпрыски разбросаны по всей стране. Я догадываюсь, как все произошло. Мать этой девушки разыскала нашу маму и все ей рассказала. Наша мама в панике бросилась к тете Лидии, а та откупилась от несчастной женщины.

— Ты так думаешь, Ралф?

Кейт с облегчением вздохнула, зато Клод пришел в ужас. Если все происходило именно так, то от его союза с Китти графиня определенно придет в бешенство. К тому же он скажет Китти плохую услугу, женившись на ней. Не похоже, что найдется подходящий способ замять подобную историю. В глазах высшего света Китти навсегда останется изгоем. И он вместе с ней.

Впервые он пожалел о своем поспешном решении. Скорей всего, девушка уже настроилась на путешествие в Гретна-Грин. Он определенно сел в лужу.

Глава четвертая

Какое-то шестое чувство заставило Китти открыть глаза. Еще не совсем проснувшись, она увидела над собой чье-то хмурое лицо освещенное колеблющимся светом свечей. Она приподнялась, и лицо, и свечи отодвинулись в сторону.

— Не думал, что испугаю вас, — сказал Клод извиняющимся тоном.

Китти машинально откинула упавшую на лоб прядь волос. Она приподнялась на локте и увидела, что лежит на диване в гостиной Клода, одетая в новое, отливающее серебром платье. Она вспомнила, что надела его, надеясь развлечься в отсутствие жениха. Она и не предполагала, что он застанет ее в таком облачении.

— Который час? — спросила она, окончательно проснувшись.

— Точно не скажу. Что-то около часа или двух.

Китти следила за ним взглядом, когда он подошел к камину и поставил подсвечник на каминную полку, еще один подсвечник стоял на столе у окна. Что-то подсказывало ей, что отношение Клода к ней изменилось. Она молчала, стараясь выиграть время.

— Было весело? — наконец спросила она.

— Совсем нет. Сказать по правде, я пожалел, что сразу не ушел.

Он произнес это с едва заметным ожесточением, и смутное ощущение, что он отдалился от нее, у Китти усилилось.

— Там что-то случилось? — с тревогой спросила она.

— Эта проклятая семейка забросала меня вопросами.

— Обо... обо мне?

— О ком же еще?

Он повернулся и, подойдя к окну, нервно отдернул занавеску. Китти молчала. Похоже, он раскаивается, что пообещал на ней жениться.

— Я поняла: вы передумали, — не выдержав гнетущего чувства неопределенности, тихо проговорила она.

Клод обернулся. Он остро ощутил в ее голосе боль и страдание. Копна темных волос обрамляла хорошенькое встревоженное лицо девушки... и в душе Клода что-то дрогнуло. В неверном свете свечей она казалась ему эфемерным, неземным созданием, и он сказал совсем не то, что хотел сказать:

— Нет, не передумал. Я все еще хочу жениться на вас...

До него донесся приглушенный ответ:

— Но понимаете, что не должны этого делать.

Проницательность Китти поразила его, и ему не хватило духу согласиться с ее утверждением. Он молча подошел к дивану и сел на стул, стоявший рядом. Ему вдруг пришло в голову, что, может быть, сама Китти ответит на мучившие всех вопросы. Хотя ее происхождение окутано тайной, что-то же могло сохраниться в ее памяти!

— Китти, кто были ваши родители? — без обиняков спросил он.

— Бесполезно меня об этом спрашивать. Я не знаю, — ответила она, удивленно взглянув на него.

— Но что-то же можно установить! Вот вы сказали, что у вас никого нет, выходит, вы сирота?