Маргарет Уэй - Австралийское сокровище

— Уверена, в этом она не изменилась, — сказала Джуленн, довольная затеей Митча. — А твое предложение не застанет ее врасплох?

— Не застанет, — сухо сказал Митч. — Как-то на рассвете я видел ее на лошади. Она не растеряла свои прежние навыки.

— Тогда да благословит тебя Господь, — сказала Джуленн, и в ее материнском сердце забрезжила надежда.

Он встретил Кристин, когда она шла к себе в спальню.

— Уделишь мне минутку?

«Тебе — все время в мире, Митч», подумала Крис.

— Конечно. — Она старалась говорить ровным тоном.

В свете канделябра его волосы отливали чистым золотом, ей захотелось их взъерошить. Какими сложными вдруг стали их отношения…

— Не хочешь немного подвигаться?

Она громко рассмеялась, хотя сердце ухнуло в груди.

— Хитро сказано.

— Ну не секс же у тебя на уме? — с упреком спросил он.

— С тобой? Разве ты не отверг меня? — Рядом с ним она не могла расслабиться.

— Только если ты собралась шить атласное свадебное платье цвета магнолии и кружевную фату.

При этих словах, совершенно неожиданных, она окунулась в прошлое.

— Неужели ты помнишь?

— Я ничего не забыл, — сказал он с легкой хрипотцой в голосе. — Ты же часами рассказывала мне, что хотела надеть на собственную свадьбу.

— Да. — Она вздохнула печально и обиженно. Мы были так юны.

— Юны? Слава богу, юность не воротишь. Тогда я все бы бросил ради тебя. Теперь, к тому времени, когда я соберусь жениться, я обзаведусь защитным чехлом для сердца.

Она смотрела в эти глаза цвета моря и видела в них стальной блеск.

— Ты слишком циничен, но это твои проблемы, Митч. Как бы не случилось как с Сюзанной Гилроу.

— С За-За? — Теперь он улыбался по-настоящему.

— Кажется, это ее кандидатуру ты рассматривал в качестве невесты — наряду с Ди Маршалл и Кейси Томас.

— Удивляюсь твоей информированности.

— Время от времени я просила Кайла сообщать новости о тебе.

Он бесстрастно пожал плечами.

— У нас обоих случались романы. Но мои не так известны, как твои. Мне не удалось завлечь в свои сети ни одну рок-звезду.

— Он — не рок-звезда. Я уже говорила тебе, он звезда телесериалов и очень хороший парень.

— Ах, да! Герой дневных сеансов по телевизору.

— Расслабься. Это несерьезно. Итак, что ты говорил насчет движения? — Кристин перевела разговор на нейтральную тему.

Он сделал вид, что не заметил.

— Мы собираемся на поиски необъезженного жеребца по кличке Гром. Без сомнения, в нем течет племенная кровь. Гром уже увел у нас пару кобыл и молодую кобылицу для своего гарема.

— Думаешь, он станет хорошим объезженным конем?

— Я уверен. И мне хотелось бы прибрать к рукам кобылиц. Гром великолепен. Но я хотел бы знать — ты справишься?

Она возбужденно закивала головой, восхитительный румянец окрасил щеки.

— Кто-то забыл, как я умею скакать верхом?

Он оперся руками о полированные перила красного дерева и молча изучал ее.

— Речь идет о быстром галопе, и вероятно, нам придется пересекать речки.

Она поджала свои полные губы.

— Благодарю тебя, Митч, за доверие, но я езжу верхом так же хорошо, как и раньше. Кажется, это тебя я видела, когда ты шпионил за мной с холма.

— Шпионил?! Никогда! — легко солгал он. — Я просто убил двух зайцев одновременно. Присматривал за тобой и давал распоряжения рабочим, ответственным за данную территорию.

— Ладно. Мне бы очень хотелось поехать с вами, Митч. Итак, когда?

— Выезжаем на рассвете. Нужно проехать как можно больше до наступления жары. Поездка может оказаться достаточно сложной.

— Мне нужны перчатки и кожаные штаны.

— Что-нибудь еще? — сухо поинтересовался он.

— Не то чтобы я думала об этом каждую минуту… — мягко начала она.

— Ты говоришь о дружеском поцелуе на ночь?

Ее нервы натянулись, словно звенящие струны.

— Ты дразнишь меня!

— Какая выдержка! — ехидно заметил он. — Во всяком случае, кто сказал, что я дразню?

— Я ослышалась? Может, это такая форма заботы? — Его глаза скользнули по ней, и Крис вздрогнула. Она почувствовала, как тело ожило под тонким шелком рубашки.

Митч с явным удовольствием отметил ее возбуждение.

— Нет. Впрочем, ты — настоящая красавица. — Он сделал шаг вперед, прижал пальцы к нежным полным губам. — Но ты очень высокомерна.

— Не думала, что мне это свойственно. — Ее мягкий рот пульсировал под его пальцами.

— Ты — Маккуин.

А значит, тебе присущи черты данного клана.

— Рирдон, — резко поправила она.

— Но так близка к Маккуинам, как может быть только дочь и внучка. — Его руки опустились ей на плечи.

Крис стояла неподвижно, пока его пальцы перебирали ее темные густые волосы, как когда-то в юности.

— Теперь я не в твоей власти, Крисси, — произнес он подозрительно тихо. — Господь помогает мне.

— Докажи. — Они оба чувствовали, как растет притяжение между ними.

— Ты не хочешь никого от себя отпускать, я прав? — с укором спросил он, его руки сомкнулись на ее высокой шее.

— Зачем тебе целовать женщину, которая ничего, кроме проблем, не принесет? — с вызовом поинтересовалась она, придвигаясь ближе. Ее желание было безрассудным, мощным, первобытным.

— Похоже на борьбу огня с огнем, — проворчал Митч. В выражении его лица не было ничего, что хотя бы отдаленно напоминало нежность. — Ты можешь не закрывать глаз, если не хочешь.

Звучит так просто. Не закрывай глаза. Но это невозможно. Когда его голова склонилась, ее веки непроизвольно дрогнули и закрылись, длинные темные ресницы коснулись щек. Она вздрогнула, когда мощный заряд восторга прошел сквозь гибкое тело, увлекая ее в зыбучие пески страсти.

Годы разлуки закончились. Она позволила себе увлечься манящим ароматом его дыхания, танцем языка, чудесным мужским благоуханием волос и кожи.

Вспыхнули звезды, целые галактики.

Для Митча поначалу поцелуй был упражнением в самоконтроле, который убедил бы Кристин в том, что он больше не в ее власти. Только откуда такой приступ страсти и ярости? Страсть набирала силу, уничтожая так тщательно выстроенную им защиту.

С бессвязным бормотанием он обнял Крис за талию и прижал к себе. Их тела слились воедино — бедра, руки, ноги — каждый отчаянно старался растаять, расплавиться в другом. С немым гневом он ласкал ее спину. Вот подрагивающее тело изогнулось, стало ближе, голова откинулась назад так, что теперь он мог целовать ее неистово и проникновенно.

Она не имела ни малейшего понятия, сколько времени длился поцелуй — вечность?

Когда он отпустил ее, в воздухе повисла звенящая тишина.

Кристин пришла в себя и поняла, что, не отрываясь, смотрит ему в лицо, напряженное от желания.