Челси Ярбро - Кровавые игры

тогда…

– Тогда,- подхватил Юст,- хозяева тоже попадают под следствие и вопрос легко разрешается. В противном случае надо доказывать, что рабы втянуты в заговор другими людьми, а это весьма заковыристый путь.- Он глубокомысленно засопел.- Затруднительная ситуация, цезарь, но разобраться с ней можно. У меня есть одна идея, требующая, правда, времени, однако…

Веспасиан выпрямился и в упор посмотрел на Юста.

– Продолжай.

– Никто из тех, кого ты упомянул, не состоит в родстве с монархическими династиями. Правда, я слышал, что Гектор с Франциском имеют какие-то титулы, но, полагаю, лишь на словах. Значит, нам не угрожают претензии со стороны каких-либо королевских домов. Мы имеем дело с торговцами, обменивающимися товарами с купцами других стран, несомненно, к Риму лояльных. Но,- Тут Юст воздел палец и торжествующе улыбнулся,- эти другие купцы безусловно сносятся с государствами, враждебными нашей империи. Если, умело лавируя, пойти по цепочке, можно самым недвусмысленным образом доказать, что владельцы арестованных аренных рабов имеют связи с врагами Рима, за что их самих следует бросить в темницу, а им принадлежащих невольников уничтожить. Конечно, потребуется время для сбора такой информации, но она наверняка существует, и верные слуги империи сумеют ее раздобыть

– Весьма хитрый план,- медленно произнес Веспасиан.- Я в этом случае оказываюсь не гонителем беспомощных чужестранцев, а защитником Рима от коварных интриг чужаков. Ловко, ловко: – Цезарь заулыбался, потом лицо его напряглось.- Даже если мы выявим подобные связи, посредники могут не подтвердить выводов, сделанных нами, и тем самым сведут нашу работу на нет.

– Люди смертны, мой император,- быстро сказал Юст.- Если упомянутые посредники к моменту обнародования наших выводов уйдут из жизни, эти выводы невозможно будет оспорить.- Он ждал, затаив дыхание. Это был авантюрный ход, способный как возвеличить его, так и стереть в порошок.

– Уйдут из жизни? – спокойно произнес император, остановив взор на какой-то точке, находящейся далеко за пределами беседки, увитой виноградной лозой.- Это рискованная затея.

– Не более, чем другие твои начинания, государь,- парировал Юст. Смелый шаг, но он подтолкнул Веспасиана к вопросу.

– Сколько уйдет времени на сбор информации?

– Месяцев шесть-восемь.- Юст закусил удила и решил дожать ситуацию.- А риск можно свести к минимуму, если во главе этого дела поставить твоего старшего сына и верных ему людей. С людьми этими, кстати, после того как все будет запротоколировано и должным образом… обустроено, тоже может что-нибудь приключиться. Тогда никто не изобличит тебя, государь.

– Кроме Корнелия Юста Силия,- мягко заметил Веспасиан.

– О государь! – Юст опешил, у него заныло под ложечкой. Охваченный сильным волнением, он привстал со скамьи.- Понимаю. Ты полагаешь, что я ищу личной выгоды, и хочешь поймать меня за руку? Что ж, отлично. Я отдал Риму большую часть жизни. Почему бы мне не отдать ее целиком? – Он выпятил подбородок и приосанился, ничуть не бравируя, хотя и знал, что сейчас решится его судьба. Веспасиан хохотнул.

– Сядь, Юст. Во имя стрел Аполлона. Садись же. Он иронически наблюдал, как Юст садится, держа спину неестественно прямо и отвернув в сторону окаменевшее от почти непритворной обиды лицо.

– Нет нужды разыгрывать передо мной этот спектакль. Я отдаю себе отчет в том, что ты рвешься к власти. Можно ли принадлежать к клану Силиев и не бороться за власть? Нет, как нет и ничего плохого в твоих амбициях, если только твои замыслы не простираются чересчур далеко. Пожелай ты порфиры, и между нами возникли бы трения, но пока твои действия не выдают в тебе безрассудства. Я приму твой план, если ты согласишься войти в мой личный совет. Мне нужны остроумные люди. А ты, безусловно, остроумен и проницателен, ибо сумел продержаться в сенате столь долго.- Он уперся локтями в колени и наклонился вперед.- Обдумай мое предложение. Ты можешь вознестись высоко. Так высоко, что станешь первой фигурой в империи – после меня, разумеется, и моих сыновей. Ты получишь огромную власть и вместе с ней возможность обогащаться. Я буду смотреть на это сквозь пальцы, если ты не зароешься и не переступишь известную черту.

– Государь,- заговорил Юст, встревоженный размахом посулов и угадывая за ними возможный

подвох.- Мне кажется, ты не вполне верно оцениваешь меня. Ты прав в одном; я хотел бы иметь побольше возможностей влиять на политику Рима Мне давно надоело смотреть, как алчность и себялюбие расшатывают империю и подминают ее под себя. Что до богатства, то я не беден и не рвусь к новым землям и жирным кускам. Если тебе и впрямь хочется меня возвеличить, то мне требуются гарантии прочности моего положения.

– Какие же? – спросил с долей скепсиса озадаченный Веспасиан. Вскружить голову Юсту не удалось, и это в какой-то степени было ему неприятно.

– Чуть раньше у нас заходил разговор о моей жене,- сказал Юст.- Возможно, тебе известно, что мы с ней живем порознь. Я пока еще не располагаю вескими доказательствами ее недостойного поведения, но доподлинно знаю, что у нее много любовников, и вижу, как за моей спиной шушукаются рабы. Когда у меня на руках будет достаточно улик для развода, дашь ли ты согласие на мой брак с одной из твоих племянниц?

– Обладающей правом наследования порфиры? – Веспасиан заулыбался.- Дом Флавиев небогат, захочешь ли ты взять девушку с небольшим приданым?

– Я уже говорил, что имею достаток. Альянс для меня более важен, чем деньги. О цезарь, изволь навести справки, и ты узнаешь, что я оплатил все долги семейства моей жены. Хотя корм пошел не в коня,- добавил он словно бы про себя и громким кашлем прочистил горло.- Ты хочешь закрепить порфиру за домом Флавиев на долгие времена. Я верю в успех этого замысла и хочу, чтобы клан Силиев осенила часть вашей славы. У меня нет детей, и если у тебя есть племянница, способная мне их подарить, моя заинтересованность в укреплении дома Флавиев возрастет многократно.

– Ты хочешь, чтобы твои потомки обрели право встать в очередь к тронув – Веспасиан внимательно изучил лицо Юста и удовлетворенно кивнул,- Прекрасно. Я соберу семейный совет. Если у нас найдется подходящая племянница или кузина, я дам тебе знать. Я намерен сделать ее детей условными наследниками порфиры, после детей моих сыновей. Это тебя устроит?

Юст онемел от радости и замер, не смея показать, насколько она глубока У Веспасиана два сына, но ведь они могут до трона и не дожить. И в этом случае порфиру будут носить дети Корнелия Юста Силия. Голова его закружилась, он сдвинул брови, словно бы погрузившись в раздумье.