Таня Вэллинг - Поцелуй крови

— Так, так, так! Кого я вижу? Подружка вампиров! — Он выглядел молодо, на вид — лет тридцати: немного рыжеватые кудрявые волосы, довольно высок, с такого расстояния определить трудно, но не намного выше меня, худощавого телосложения. Цвет глаз в темноте было не разглядеть — слишком далеко стоит.

— Может, выйдешь? — Хищная улыбка и вежливый тон не сулили ничего хорошего, но меня это никогда не останавливало.

Хлопнула дверца машины. Ночной воздух мгновенно окутал своим покрывалом.

— Что тебе нужно вампир?

— Хотел посмотреть в глаза убийце моей девушки.

Я стояла молча, не вполне понимая, кого именно он имеет в виду.

— Ты даже не помнишь ее! — Молодая ель, росшая по правую руку от него, мгновенно прекратила свое существование, пролетела в пяти сантиметрах от моего лица. То ли он плохо целится, то ли промахнулся специально? Так или иначе, стоять смирно и не шелохнуться, когда в тебя летит опасный и тяжелый предмет — для этого нужно иметь железную силу воли и мгновенную реакцию, вдруг попадет — благо для меня и то и другое неотъемлемые части моего существа.

— С чего ты решил, что это была я?

— Полтора месяца назад — в Дубае — на крыше остался твой запах. — Спокойно, без эмоций, как будто сейчас не было вспышки гнева, произнес пришелец. Констатация фактов и ничего личного.

Я вспомнила. Это Нина услышала об исчезновении детей в Дубае, уговорила меня отправиться выяснить правду, с явным намерением растормошить меня. Воспоминания мгновенно всплыли на волнах памяти, принеся с собой всю ненависть и злость, которые вызвала во мне та вампирша.

— Она убивала детей!

— А кто не грешен в этом мире? Детская кровь подобна изысканному дорогому вину из лучших погребов истинных ценителей. Она молодая и легкая — бодрит и освежает, как ничто другое.

— Это были дети! — То, с каким спокойствием он говорил о детях ради удовлетворения своих вкусовых пристрастий, начало распалять меня: руки сжались в кулаки, глаза уже вычисляли расстояние до объекта атаки, а мозг в это время просчитывал как быстро можно будет уничтожить это подобие на человека.

Я сделала шаг вперед, когда его довольная улыбка, заставила остановиться и завертеть головой, ища подвох по сторонам.

— Я отомстил тебе. — Его радостная улыбка и счастливые глаза привели в недоумение.

— Что ты имеешь в виду? — Нехорошее предчувствие сковало голосовые связки и слова давались с трудом.

В этот момент зазвонил телефон, но все внимание сейчас было сосредоточено на этом вампире.

— Возьми трубку. — Он наслаждался каждым мгновением. — Сейчас тебе сообщат плохие новости.

— Что ты хочешь этим сказать? — На автомате повторила я, одновременно медленно доставая мобильник из кармана кофты.

— Такое несчастье! Один дорогой тебе человек попал в аварию и разбился! — Искренние переживание и сочувствие в голосе друмира еще раз подтвердили — какими хорошими актерами были вампиры и почему жертвы так легко шли с ними на контакт и доверяли им. — Такое горе!

Не знаю — почему, но я сразу подумала о Диане, о моей жизнерадостной и любимой сестренке. Не раздумывая больше ни секунды, я нажала на кнопку приема и поднесла аппарат к уху.

— Да! — С затаенным дыханием я слушала взволнованный голос отца сообщивший, что Диана с тремя подругами попали в аварию и сейчас находятся в больнице. Только слова о том, что они отделались легким испугом и царапинами, вернули способность дышать.

Все время разговора с папой я не сводила пристального взгляда от вампира.

Я прекрасно понимала, что девочки могли пострадать сильнее, если бы вообще выжили, пожелай этого друмир.

— Зачем? — Я убрала телефон в карман, сказав папе, что скоро приеду в больницу.

— Это было только предупреждение.

— Хочешь отомстить — вперед! — Я сделала пару шагов в его сторону, он отступил. — Чего ты ждешь? Мы здесь одни.

— Я не сумасшедший, чтобы убивать тебя на земле принца.

— Я не с ним.

— Не имеет значения — ты принадлежишь ему.

— Боишься?

— Их — возможно, тебя — (усмешка) — нет. Но один вопрос мне все же не дает покоя. — Он оценивающим взглядом окинул мою фигуру.

— Какой же?

— Как тебе — простому хрупкому человеку — удалось убить трехсотлетнюю вампиршу? Кто тебе помогал — твоя белобрысая подружка? Она могла это сделать, но к несчастью для тебя, там сохранился твой запах и твоя кровь.

— Ты за этот месяц мог отомстить мне ни один раз. Почему медлил?

— Выжидал. Надеялся, ты начнешь нервничать. Будешь бояться.

Снова зазвонил мобильный.

— Ответь. Поезжай в больницу. Сестра у тебя красавица. Жаль, если с ней еще что-нибудь случится или с кем-нибудь другим из твоих родных. В сумке своей сестры ты найдешь записку. Буду с нетерпением ждать нашей следующей встречи через три дня. Не опаздывай и не говори никому. — Он подошел так близко, что я уловила исходивший от него запах хвои и табака. — И никому ни слова. — Он втянул своим носом воздух и плотоядно улыбнулся: — Ароматная. Мне не терпится попробовать тебя на вкус.

Глава двадцать пятая. Месть

Палата сестры располагалась прямо за поворотом. Сделав глубокий вдох я повернула и тут же наткнулась на офицера Мура, собственной персоной.

— Привет! — Дружелюбный голос и хорошие манеры. Ну почему, он не может понравиться мне?

— Здравствуй!

— С тобой все хорошо? — Озабоченность, прозвучавшая в этом вопросе показала, что все попытки обуздать волнение, после недавней стычки с вампиром, не прошло бесследно и мои старания скрыть нервозность и страх оказались тщетными. Ну и пусть! У меня сестра попала в больницу — этим пусть все и объясняется.

— Прости, я спешу к сестре, — говоря, я пыталась обойти Адама и пробраться к палате за его спиной. Безрезультатно. Он поворачивался одновременно со мной.

— Я как раз нахожусь здесь — в связи с аварией.

— Что-нибудь выяснилось? — Я затаила дыхание в ожидании ответа.

— Похоже, это был несчастный случай. Девочки говорят, что на дорогу выскочило какое-то животное, прямо под колеса. Чтобы не задавить его, Диана резко повернула руль, машину занесло в кювет и она опрокинулась.

— Папа сказал, что девочки не пострадали. Это так?

— Да, пара царапин. Девочки были пристегнуты. Ты выбрала прекрасную машину для сестры, благодаря этому с ними не случилось ничего страшного.

— Ладно, Адам. Мы можем поговорить как-нибудь потом? Я хочу увидеть сестру.

— Да, конечно. Прости, что задержал. — Адам отступил и если я не ошибаюсь, слегка покраснел, а может это игра моего воображения.