Антон Соя - З.Л.О.

— Похоже, наш друг переломил ситуацию. Пойдем-ка, Следак, поищем твоих подружек. — Абигор ловко перепрыгнул через дымящуюся кучу праха и подал Ольгерту руку. — Давай скорее, чудик, следующий может прямо на голову упасть.

Следак не принял протянутую руку аггела, а просто прыгнул через поверженного вампира и с полуприкрытыми глазами, закрыв ладонями уши, побежал к выходу из зала. Абигор следовал за ним. Сверху снова полыхнуло. За их спинами раздался свист, и очередной горящий труп рухнул на подоконник разбитого окна, от которого они только что отбежали. Пока они пробегали через зал, еще один вампир-метеор разбился о мозаичный паркет комнаты для собраний. Как говорится, собрание проходило в обстановке полного доверия и взаимопонимания. Следак и аггел вбежали в соседний зал, захлопнули тяжелую дверь и в изумлении остановились.

Они попали на склад «восьмерки», который с одной стороны оказался завален брезентовыми мешками с маркировкой «ЗЛО», а с другой стороны под потолком были подвешены пластиковые пакеты с донорской кровью. У стены стояли тара для молочных бутылок и высокие холодильники, полные, надо думать, третьего необходимого элемента для приготовления абсолона. Посреди зала стоял старинный обеденный дубовый стол на восемь персон, весь уставленный колбами, ретортами, весами и центрифугами. В высоких остроконечных окнах светились утренним солнцем разноцветные стеклышки прекрасных витражей с евангельскими сюжетами, а из-за мешков с райской пыльцой выглядывали блестящие оловянные трубы органа. Это был зал капеллы. Глумливые вампиры превратили его одновременно в склад, нарколабораторию и столовую. И тут Следак увидел двойняшек. Они на четвереньках ползали по полу рядом со штабелями мешков со ЗЛОм. Пару мешков Ане с Яной удалось распотрошить, и теперь сестрички набивали карманы ЗЛОм. При этом они пытались одновременно нюхать и есть его. Что происходит вокруг, они, очевидно, не видели и не слышали. Постепенно теряя человеческий облик, они становились все больше похожими на хищных зверюшек, барахтались на грязном полу среди рассыпанной райской пыльцы и разлитой крови из случайно сдернутых ими пакетов. Их милые девичьи черты чертовски исказились, заострились, платья бесстыдно задрались, движения напоминали судороги и вызывали отвращение. Следак застыл, не зная, что делать, как спасать сестричек. Пока он переживал, рядом с двойняшками выросла гибкая фигура Охотника.

— О, это я удачно зашел! Вечеринка в разгаре! Эй, девчонки, а можно с вами?

Яна никак не отреагировала на вопрос, продолжая набивать рот перемазанным в крови ЗЛОм. Аня, не прекращая распихивать пыльцу в карманы и в низкий вырез платья, лишь слегка повернула голову на голос Абигора и хриплым низким голосом спросила:

— Ты вернул демона в Ад?

— Пока нет. Он занят, а я в раздумьях.

— Иди и убери его, когда он закончит с вампирами. Ты что, забыл, кто ты и зачем ты здесь?

— Точно, я же Охотник! — Абигор картинно хлопнул себя ладонью по лбу в шапке, затем поднял очки.

Под ними разгорались красным светом праведной ненависти огненные глаза аггела.

— Нет! — закричал Следак и рванулся к двойняшкам, но опоздал.

Девушки буквально растаяли в воздухе, расплылись, как мираж, от жара глаз Абигора.

— Все нормально. Я вернул их на место, — сказал юноша и посмотрел куда-то вверх.

Затем, не обращая внимания на плачущего Следака, аггел огненным взглядом методично уничтожил все запасы ЗЛА, крови и молока в капелле. Вокруг все горело, взрывалось, шипело и плавилось, когда двери распахнулись и в капеллу влетел сияющий, как маленькое солнце, Димон. В одной руке — горящий меч, в другой он держал за волосы отрубленную голову монстра, которая с ужасом взирала на разруху в капелле. На расцарапанном лице Димона, напротив, светилась довольная улыбка.

— Всех загасил! Чего ревешь, Следак? Победа за нами.

Не дожидаясь ответа от Следака, Димон, то есть Уриил, перешел на странный, похожий на птичий язык. На этом языке они и общались дальше с Охотником, оставив Следака наедине со скорбью по двойняшкам. Если бы Следак понимал их странный язык, он услышал бы примерно следующее:

— А ты, Абигэль, смотрю, за меня всю грязную работу сделал.

— Всегда готов, брат. Обращайся.

— Как тебе мой трофей? Это Сангров. — Уриил потряс за волосы еще живую ощеренную морду. Листовидный сплюснутый нос на пол-лица с большими ноздрями, закрытыми дрожащими перепонками, маленькие красные глаза, выдвинутая вперед нижняя челюсть, обломанные кривые верхние клыки и огромные лохматые треугольные уши — глава Черняевска сильно изменился за последний час.

— Отличный трофей.

Аггел и Уриил обнялись, как старые друзья после долгой разлуки.

— Ничего, что я с тобой так фамильярничаю, Уриил? Ты ж по иерархии надо мной стоял.

— В прошлой жизни, Абигэль. Ты теперь свободный. Кстати, Абигэль, ты же знаешь, что тебя давно простили, чего не возвращаешься?

— Здесь веселее, брат.

— Согласен. Давно так не веселился. С допотопных времен. Нет худа без добра. Нашли лазейку паразиты и стырили в Раю пыльцу. Решили строить здесь свой Эдем своеобразный, кровососы. Еще и в людях научились множить ЗЛО. Господь, естественно, мне надавал по шапке, отправил подчищать вампирское дерьмо. А чтобы не смущать своим величием людей, просил меня под видом демона явиться и трудиться. Пойдем посмотришь, какой порядок я там навел.

Уриил и Абигор зашли обратно в комнату для собраний, где уныло лежали восемь кучек праха тех, кто еще недавно собирался править миром. Уриил прицепил голову Сангрова за прядь волос к поясному кольцу кольчуги и добродушно сказал ей:

— Погуляй!

Глаза у трофея сразу же закатились, а Уриил продолжил общение с аггелом:

— Сильный, матерый зверь попался! Ну что, брат Абигэль, неплохо мы сегодня с тобой поработали?

— Да, брат Уриил, совместная операция прошла удачно, пожалуй, я не буду тебя сегодня отправлять в Ад.

Уриил и Абигор дружно расхохотались, хлопая друг друга по плечам. Потом Уриил сказал шутливо:

— Спасибо, брат, а то я так разволновался. Кстати, они, похоже, успели экспортировать часть пыли, — возможно, придется еще поработать. Может, в Москве свидимся или в Нью-Йорке. Так что отправишь меня в Ад в следующий раз. А где сестрички?

— Не волнуйся, — ответил аггел, — они уже с папой. Если, конечно, гомункулусы попадают в Ад.

Абигор легкими шагами вернулся в капеллу, подозвал Уриила и указал пальцем на потолок комнаты. Там в полумраке свода поблескивала золотом фреска, которой раньше не было. На ней была изображена сцена казни двух ведьм и алхимика: простоволосых красавиц уже почти поглотило пламя, а алхимик в остроконечной шляпе со звездами с тоской взирал на них, готовясь принять ту же участь. В левом верхнем углу три черта дожидались окончания действа, чтобы утащить души грешников в Ад.