Кэт Ричардсон - Полтергейст

Я решила присмотреться к этой новой нити. Я рискнула воспользоваться темнотой и толчеей часа пик и шагнула во Мглу. Когда миры пришли в движение, я качнулась, почувствовав легкую тошноту.

Туманный мир Мглы серебрился узорчатым полотном кружевных облаков, сплетенных из нитей, по которым легко перемещались узелки магической энергии. Я поискала путеводную нить и нашла оборванный конец у громады массивного здания, рядом с холодной чернотой перил, огораживающих край какой-то ямы. Я бочком походила вокруг, но так и не нашла ни входа в здание, ни второго конца нити. Разочарованная, я вернулась в обычный мир.

На меня уставился сидевший на углу попрошайка, взвизгнула женщина, которая чуть не наступила мне на ногу. Я по-прежнему стояла возле «Дикого имбиря», только гораздо ближе к боковой дорожке, спускающейся к «Тройной двери». Я положила руку на кованую чугунную решетку, которая окружала вентиляционную шахту возле здания. Посмотрев вниз, я увидела Ану, которую было легко узнать в пушистом белом пальто. Она стояла у входа и кого-то высматривала, то и дело поглядывая на часы.

Обнаружила я и любопытную желтую змейку, свернувшуюся кольцом возле Второй авеню. Ана ее не видела, в отличие от меня. Слегка прихрамывая и морщась при каждом шаге, из-за угла следом за нитью показался Кен Джордж. Ана его заметила и бросилась вниз по дорожке навстречу. Они обнялись. Барьеры Кена во Мгле упали, и их нити энергии переплелись, танцуя вокруг парочки и мерцающего силуэта Селии, повисшей неподалеку. В воздух с шипением и треском взлетели фейерверки из розовых, белых и синих искр; в отсветах алых молний стали видны острые лучи, вырывающиеся из существа… А затем оно последовало за Кеном и Аной в клуб и скрылось из виду.

Селия уменьшилась в размерах и вела себя пассивно. Было над чем задуматься.

Лжепризрак подребезжал стеклом в Сити-центре, но больше ничего не предпринимал. А теперь он уплыл за влюбленной парочкой, переливаясь всеми цветами радуги, смирный как овечка. Хотелось бы мне знать, что означал весь этот спектакль… Я уже жалела, что полезла во Мглу: иногда лучше избегать глубокого погружения. Каждый раз, когда мне казалось, что я наконец с чем-то разобралась, я натыкалась на новую головоломку — и снова билась лбом о ту же глухую стену…

Я подумала, а не пойти ли мне следом, чтобы понаблюдать, и решила, что не стоит — меня бы обязательно заметили. В толпе Музиквариума я вряд ли что разгляжу, а если эти двое сядут в главном зале, мне придется выгрести всю мелочь, чтобы купить билет — если билеты еще есть. Оставив эту затею, я решила направить энергию в другое русло и заняться чем-то более продуктивным.

Я позвонила Маре Дэнзигер.

Глава двадцать четвертая

Во время моего звонка Мара пыталась затолкнуть еду в Брайана, поэтому ее ответы для меня переводил Бен. У нее имелись кое-какие соображения, но озвучить их она желала лично, в моем присутствии, поэтому я снова отправилась в гости к Дэнзигерам. Оставалось надеяться, что Брайан не будет слишком сильно буянить — я и так изрядно устала.

Мара открыла дверь, и меня встретила блаженная тишина. Я стояла в коридоре и моргала, ожидая, когда же раздастся знакомый рык. Мара улыбнулась, и ее зеленые глаза озорно блеснули.

Я бросила на нее тревожный взгляд.

— Вы законопатили его в бочке, а бочку закатили в подвал.

— Нет, — со смехом ответила она, — хотя, боюсь, утром у него будет так трещать голова, словно он провел ночь в бочке. В нашем маленьком ирландце взыграла кровь предков: ухватил со стола стакан с виски и хряпнул, прежде чем мы успели его остановить. Наклюкался, как скрипач на свадьбе, и отключился. — И она юркнула в гостиную, не дожидаясь меня.

— И, разумеется, ему никто не помогал? И до стакана он сам добрался? — спросила я.

— Сам, сам, — сказала она, с размаху заваливаясь на светло-зеленый диван. — Перепуга-а-ался!.. Теперь в жизни капли в рот не возьмет. Узнают в фонде защиты детей, меня ж пожизненно родительских прав лишат… И нерадивая мамаша так никогда и не узнает, какой вред нанесла несчастному ребенку. Зато как здесь стало тихо! Бен пошел его укладывать.

— Сколько он выпил?

— Ох… Немного, меньше унции, и та с водой. Он схватил стакан, глотнул, а потом скорчил та-а-акое жуткое лицо! Нет, правда, будто огонь проглотил. Потом швырнул целый стакан отличного виски на пол и через десять минут отрубился тут же, на коврике. Теперь-то я понимаю, зачем тетя подливала моему двоюродному брату глоточек в стакан молока перед сном. Тот еще был монстр. — Она задержала дыхание, а затем резко, надув щеки, выдохнула. — Ну все, меня понесло… Ну-ка, что тут у тебя… Ого.

Я так и застыла над креслом, не успев сесть, Мара удивленно на меня смотрела.

— Что?

— На тебе что-то висит… Какая-то магическая штука.

Я оглядела себя.

— Наверное, проклятый полтергейст, хотя я ничего не вижу…

— А ты и не должна! С тем же успехом ты можешь попробовать разглядеть собственный затылок, не заглядывая в зеркало. Каждый раз когда ты смотришь, он двигается вместе с тобой. Сейчас попробуем отрезать…

Мне пришла в голову одна мысль, и я закрылась руками.

— Не надо. Я связана с полтергейстом, он связан со мной, значит, я смогу его выследить, если понадобится. Осталось только найти нить.

— Ты точно этого хочешь?

Я задумалась.

— Могу захотеть. Потом уберешь?

— Ну… да. Почему бы нет. Вообще-то не похоже на тот узел, который прицепил к тебе тот монстр… Хотя… подобное притягивает подобное. Вещи из Мглы притягиваются друг к другу как застежки-липучки.

— Надеюсь, в будущем это будет случаться не часто.

— Не думаю. Это ведь впервые? Секундочку… Сейчас принесу зеркало…

— Зеркало?..

Но она уже выбежала из комнаты. Я пожала плечами и устроилась поудобнее на диване, слушая, как уютно поскрипывает, что-то бормочет себе под нос старый дом. Залетел Альберт, покружил по комнате и снова исчез. Я расслабилась, пропустила Мглу сквозь себя, позволив ей течь своим чередом, и тут же заметила завивающуюся золотую лозу защитных заклятий Мары, которые она разложила по всему дому. Если бы не буйство носорожика, дом Дэнзигеров был бы спокойнее и тише моего. Похоже, полтергейсту, как и большей части созданий Мглы, путь сюда заказан.

Мара вернулась с Беном, неся в руках маленькое серебряное зеркальце. Она попросила Бена на минутку присесть и подошла ко мне.

— Сейчас мы его заколдуем, — сказала она, что-то бормоча себе под нос и касаясь края зеркала. Фигура, появившаяся на поверхности, заблестела синим и золотым, а затем нырнула в зеркало и исчезла. — Ну вот. Трюк простой, но с его помощью можно увидеть свой затылок. — Она заглянула в зеркало. — Хм… Надо расчесаться. Вот, держи! Посмотрим, заметишь ли ты нить.