Вольфганг Хольбайн - Книга мёртвых

Должно быть, стукнулся я довольно сильно, потому что в голове у меня шумело. И все же мне повезло — толстый ковер заметно смягчил удар. Я с трудом поднялся на ноги. Комната начала вращаться — по-видимому, у меня закружилась голова. Подойдя к маленькому столику рядом с камином, я налил себе виски. Руки так сильно дрожали, что я пролил большую часть виски на ковер. Что ж, миссис Уинден[14] явно не станет удерживать себя от едких замечаний, когда войдет сюда и увидит пятно на дорогом ковре.

Мысль о миссис Уинден, которая может зайти сюда и в своей неподражаемой манере нахмуриться, увидев меня со стаканом виски в руке, вызвала у меня улыбку. Я тут же забыл о падении. Наверняка я просто споткнулся о складку на ковре или неловко повернулся. Осушив стакан, я поставил его на место и обвел взглядом кабинет. Все было так, как и всегда. Андара даже не заметит, что я развлекался здесь, когда вернется через час с этого невыносимо скучного заседания совета директоров. При этом он постоянно порывался взять меня с собой. Если бы я его слушался, то всю свою жизнь проводил бы за руководством его финансовой империи, вместо того чтобы заниматься более приятными вещами.

Но, к счастью, я слушался его не всегда.

Последние пару часов, например, я провел, развлекаясь в обществе Присциллы, и, поверьте, это доставило мне намного больше удовольствия, чем ковыряние в бухгалтерских отчетах и подсчитывании баланса. Когда у меня была возможность выбора, я, разумеется, предпочитал общение с Присциллой, а не с нудными друзьями Андары. На мою беду, у меня не всегда был выбор.

Ну что ж, сегодня мне повезло, и потому последние два часа я хоть и провел в святая святых Андары — в конце концов, я послушный сын, — но вовсе не за работой.

Я ухмыльнулся, подумав о Присцилле, которая только что зашла за ширму в соседней комнате. Мысль о том, что она сейчас один за другим надевает сложнейшие и явно лишние предметы туалета, которые так нравится носить женщинам, вновь пробудила во мне желание. Два часа назад я занимался тем же, но в обратном порядке. Мельком взглянув на часы, я убедился в том, что у меня еще есть время, и, на всякий случай заперев дверь, направился в соседнюю комнату.

К моему разочарованию, Присцилла уже успела одеться. Она сидела за небольшим столиком у окна, самым обворожительным образом подперев подбородок рукой, и листала один из старых манускриптов, которыми был забит этот дом, в особенности кабинет Андары. Рядом с книгой лежал отполированный человеческий череп. Не могу сказать, что мне нравилась эта черта Присциллы. У нее был довольно мрачный вкус.

Но тут она подняла голову и улыбнулась мне, и я сразу забыл о человеческом черепе и о пауке, сидевшем на ее левом плече.

— Иди ко мне, Роберт, — прошептала она.

Кивнув, я подошел к Присцилле. Девушка протянула ко мне руки, и я понял, почему ей удалось так быстро одеться, — она просто накинула платье, не более того. Ну, с этим мы можем разобраться в мгновение ока. Но прежде чем я успел заключить Присциллу в объятия, с улицы донесся стук копыт, и я, вместо того чтобы посадить ее к себе на колени, повернулся и подошел к окну. В конце концов, Андара мог вернуться и раньше, и в случае, если он застанет нас здесь, будет скандал. А уж что бы он сказал в этой ситуации, я даже думать не хотел. Отец часто говорил мне, что мы с Присциллой женаты уже достаточно давно и пора бы нам подарить ему внука. Но сомневаюсь, что он мог бы предположить, что мы займемся выполнением его желания прямо на его рабочем столе.

Обеспокоенно отодвинув гардину, я выглянул на улицу. Шел дождь, и Эштон-плейс блестела, как огромное серое зеркало. Но это был не Андара. Перед домом пронеслась сотня трупов на мертвых лошадях-скелетах. Впереди ехал обезглавленный человек на верблюде.

Облегченно вздохнув, я повернулся к Присцилле.

— Кто там? — спросила Присцилла. — Твой отец?

— Да так, пара зомби, — ответил я и добавил: — Ничего особенного. Однако он может вернуться в любой момент.

— Но ведь он еще не вернулся, правда? — хихикнула Присцилла.

Улыбнувшись ей, я все же не смог заставить себя отойти от окна. Присцилла встала, захлопнула книгу, и я увидел золоченые буквы на черной обложке: «Некрономикон». Взявшись за подол своей юбки, Присцилла быстрым движением стянула платье через голову и бросила его на пол.

— Иди сюда, — потребовала она и многообещающе улыбнулась.

Я послушно протянул к ней руки, собираясь заключить свою жену в объятия, но вновь не довел движение до конца. Казалось, мне что-то мешало. И чего-то явно не хватало.

(Ее крылья! О Господи, что случилось с ее…)

— Что случилось? — осведомилась Присцилла. — Если так и будешь стоять столбом, то скоро твой отец вернется. И он будет не очень-то доволен, если увидит, как его сыночек трахает невестку в кабинете.

Сыночек… что делает? Я опешил. Не знаю почему, но мне трудно было поверить в то, что Присцилла действительно произнесла это слово. Я тут же отогнал от себя эту мысль и сделал еще один шаг вперед. В одном она была права — времени у нас почти не осталось.

В этот момент мне показалось, что за спиной Присциллы мелькнуло что-то белое, и я остановился. Что, черт побери, происходит? Застонав, я поднял руку к лицу и потер глаза.

(Ее крылья! О Господи, что он сделал с ее крыльями?! Кровь, повсюду кровь, одна кровь! Чудовище! Омерзительное чудовище!)

— Что с тобой? — спросила Присцилла.

— Ничего, — замявшись, ответил я. — Я просто только что упал. Наверное, ударился головой. Но ничего, мне уже лучше.

— Да уж, надеюсь, — заявил Некрон, стоявший в углу и похотливо теребивший свою бороду. — Ну, давайте, начинайте уже! Что я, зря деньги заплатил?

Смущенно кивнув, я глубоко вздохнул и подошел к Присцилле. Она обняла меня за шею и поправила воротник моей рубашки. Ладони у нее были холодными как лед.

— Поцелуй меня! — прошептала Присцилла.

Она слегка приоткрыла губы, и я увидел ее маленькие, правильной формы зубы и блестящий розовый язычок.

— Поцелуй меня! — повторила она.

— На твоем месте я бы этого не делал, — сказал кто-то за моей спиной.

Вздрогнув, я повернулся и виновато посмотрел на Андару. Он прошел сквозь закрытую дверь, поэтому я его не услышал.

— Правда, Роберт, это совершенно ни к чему, — повторил он еще раз.

— Какого черта вы вмешиваетесь? — проворчал Некрон.

Старец, возмущенный вмешательством своего давнего врага, подошел к Андаре и начал размахивать руками, плетя заклинание. Нахмурившись, Андара оторвал ему правую руку.