Бекка Фицпатрик - Крещендо

- Как дела? – спросил он, пытаясь разрушить неловкость.

- С Патчем или вообще?

- И с тем, и с другим.

- Могло бы быть и лучше, – поняв, что Риксон запросто может передать Патчу каждое слово, я быстро добавила: – Я сейчас на подъеме. Но могу я задать тебе личный вопрос? Это насчет Патча, но если тебе неудобно будет отвечать, я пойму.

- Давай.

- Он все еще мой ангел-хранитель? Какое-то время назад, после драки, я сказала ему, что не хочу больше, чтобы он был им. Но я не знаю точно, как это происходит и как теперь обстоят дела. Он прекратил быть моим ангелом-хранителем только потому, что я выразила свое желание?

- Он по-прежнему закреплен за тобой.

- Тогда почему его никогда больше нет рядом?

Глаза Риксона заблестели. – Ты порвала с ним, помнишь? Для него это неудобно. Большинство парней не получают удовольствия от идеи, что нужно находиться рядом с бывшей. Вот так, а еще я знаю, что он говорил, что архангелы дышат ему в спину. Ему пришлось отойти на задний план и вести себя сугубо профессионально.

- Так он по-прежнему защищает меня?

- Конечно. Просто находясь за спиной. 

- Кто в ответе за то, что его приставили ко мне.

Риксон пожал плечами. – Архангелы.

- А им возможно дать знать, что я хочу отказаться от него? У нас не складывается. Особенно после разрыва.

Не складывается? Это разрывало меня изнутри. Прикоснуться к нему и тут же отступать, видеть его, и не иметь - это было мучительно.

Он провел большим пальцем по губе. – Я могу сказать тебе, что знаю, но, есть вероятность, что информация устарела. Прошло время с тех пор, как я был на базе. Есть ирония – ты готова? – ты должна принести кровную клятву.

- Это шутка?

- Ты режешь руку и выдавливаешь несколько капель крови на землю. Не на ковер или асфальт  - на землю. И тогда даешь клятву, признавая перед небесами, что ты не боишься пролить собственную кровь. Из земли ты пришла, в землю и уйдешь. Произнося клятву, ты отказываешься от права иметь ангела-хранителя и возвещаешь, что принимаешь свою судьбу – без помощи небес. И запомни, что я это не поддерживаю. Они дали тебе хранителя, и не просто так, на то была особая причина. Кто-то наверху считает, что ты в опасности. Тут я полагаюсь на свое мнение, но я думаю, что это не просто параноидальные подозрения.

Не то чтобы это были неожиданные новости – я чувствовала, как что-то темное давит на мой мир, угрожая омрачить его. Особо это касалось фантома за спиной появившегося призрака моего отца. Меня осенила внезапная мысль. – А что если тот, кто преследует меня, также мой ангел-хранитель? – медленно произнесла я.

У Риксона вырвался смешок. – Патч? – его голос звучал так, будто это невозможно.

Ничего удивительного. Риксон прошел через все вместе с Патчем. Даже если Патч виновен, Риксон примет его сторону. Слепая преданность превыше всего.

- Если бы он пытался нанести мне вред, кто-то бы знал? – спросила я. – Архангелы? Ангелы смерти? Дабрия знала, когда люди были близки к гибели. Может другой ангел смерти остановить Патча, пока не поздно?

- Если ты сомневаешься в Патче, ты выбрала не того парня, - тон его голоса стал жестче. – Я знаю его лучше тебя. Он серьезно относится к своим обязанностям хранителя.

Но если бы Патч хотел убить меня, он бы подстроил идеальное убийство, да? Он мой ангел-хранитель. Его задача – беречь меня. Никто не заподозрит его…

Но у него уже был шанс убить меня. И он им не воспользовался. Он пожертвовал единственное, что хотел превыше всего – человеческое тело – чтобы спасти мою жизнь. Он бы не сделал этого, если бы желал моей смерти. Да?

Я отбросила свои подозрения. Риксон прав. Глупо подозревать Патча в чем-то подобном.

- Он счастлив с Марси? – спросила я сквозь зубы.

Поначалу я не хотела задавать этот вопрос. Просто вырвалось. Щеки залило румянцем.

Риксон наблюдал за мной, очевидно, раздумывая над ответом. – Патч – очень дорог мне, он – почти моя семья, и я люблю этого парня как брата, но он не тот, кто тебе нужен. Я это знаю, и он это знает, и глубоко внутри, думаю, ты тоже это знаешь. Может, ты не хочешь это слышать, но он и Марси похожи. Они сделаны из одного теста. Патчу можно немного повеселиться. И он может – Марси его не любит. Она ничего к нему не чувствует и поэтому не привлечет внимание архангелов.

Мы сидели в тишине, и я изо всех сил старалась скрыть свои эмоции. Другими словами, я привлекла внимание архангелов. Мои чувства к Патчу выдали нас. Не то, что Патч сказал или сделал. Виновата я. И судя по объяснению Риксона, Патч никогда не любил меня. Не отвечал взаимностью. Я не хотела принимать это. Я хотела, чтобы Патч дорожил мной так же, как и я им. Я не хотела думать, что это было просто развлечение, способ занять время.

Остался еще один вопрос, который я отчаянно хотела задать Риксону. Если бы мы с Патчем по-прежнему были в хороших отношениях, я бы спросила его, но теперь это неактуально. Однако, Риксон не менее опытный, чем Патч. Он знает то, о чем не имеют понятия другие – особенно, когда дело касается падших ангелов и нефилимов – а если он этого не знает, то может выяснить. Сейчас моя главная ставка в поиске Черной Руки делалась на Риксона.

Я облизнула губы и решилась на вопрос. – Ты когда-нибудь слышал о Черной Руке?

Риксон вздрогнул. Он изучал меня в тишине, а потом на его лице вспыхнуло удивление. – Это шутка? Давно уже я не слышал это имя. Я думал, что Патчу не нравится, когда его так называют. Но, видимо, это он тебе рассказал?

Холод медленно пробирался к сердцу. Я собиралась рассказать Риксону о конверте с металлическим кольцом и записке, говорящей, что Черная Рука убил моего отца, но вместо этого начала выпытывать новые ответы. – Черная Рука – псевдоним Патча?

- Он не пользовался им долгие годы. С тех пор, как я начал называть его Патчем. Ему никогда не нравилось прозвище Черная Рука, – он почесал щеку. – Это было в те дни, когда мы работали наемниками у французского короля. Незаконные операции восемнадцатого столетия. Приятная работа. Хорошие деньги.

Меня как будто ударили по лицу. Мир вокруг меня терял равновесие, покосившись в сторону. От слов Риксона меня окутал туман, как будто он говорил на чужом языке, а я не могла сосредоточиться. Меня тут же начали одолевать сомнения. Только не Патч. Он не убивал моего отца. Кто угодно, только не он.

Медленно, но неумолимо, сомнения отходили в сторону, сменяясь рассуждениями. Я вспоминала факты, анализировала доказательства. Ночь, когда я дала Патчу свое кольцо: в тот момент, когда я сказала, что оно принадлежало отцу, он настаивал, что не может взять его, он был решителен. И второе имя Черная Рука. Оно подходило к нему, даже слишком. Заставляя себя продержаться еще несколько мгновений, тщательно сдерживая эмоции, я осторожно подбирала следующие слова.